Агентство "ЭКЗОРЦИСТ": CRYPTIDIS
Шрифт:
В это время стена леса справа от дороги кончилась, и нашим взорам открылось огромное пространство, покрытое желтеющей травой и кое-где поросшее бурым и, судя по виду, колючим кустарником. Метрах в ста от дороги паслось стадо овец, чёрных, как дёготь. Животные напоминали огромных сонных насекомых. Чуть левее виднелась оранжевая палатка.
Таксист свернул с дороги и подкатил к ней.
— Мы ненадолго, — пообещала Глория.
— Как хотите, — пожал плечами мистер Лэсли. — Ваше время — ваши деньги. Я лично никуда не тороплюсь.
Выбравшись из машины, мы направились к палатке. Травинки похрустывали
Перед палаткой сидел человек в плотной рубашке с закатанными до локтей рукавами и строгал широким ножом колышек. У него было круглое лицо, обрамлённое чёрной курчавой бородой, крупный мясистый нос и большие чувственные губы. На виске белел маленький шрам.
Завидев нас, пастух прекратил своё занятие и вопросительно поднял брови.
— Фрэнк Грайм? — спросила Глория, доставая удостоверение. — Лейтенант Глостер.
— Верно, это я, — ответил мужик, прищуриваясь.
— Кристофер Блаунт, консультант. Мы прибыли из Лондона для расследования убийств.
— Я уже рассказал всё, что знал! — буркнул пастух, поднимаясь на ноги и отряхивая стружки с одежды. — Сколько можно?! Мы просто нашли её, и всё!
Роста он оказался довольно высокого, плечистый и коренастый. Пахло от пастуха застарелым потом.
— Это мне известно, — сказала Глория. — Однако хотелось бы ещё раз послушать, как вы нашли тело Мэри Сандерс. Из первых уст.
— Так что, Эндрю позвать? А то мы ведь её вместе нашли.
— Позовите, — кивнула девушка.
— Эй, Эндрю! — заорал Грайм, нагибаясь и заглядывая в палатку. — Хорош спать, к нам пришли полицейские! Слышишь ты меня, нет?
Через несколько секунд на свет показалась русая голова Барса. Он ошалело оглядел нас сонными глазами и вылез, отряхиваясь и лохматя волосы. На нём была голубая рубаха и камуфляжные штаны. Выглядел он полной противоположностью товарища: тощий, костлявый, с цыплячьей шеей и выпирающим кадыком. На боку висел в кожаных ножнах большой охотничий нож.
Мы представились.
— Они из Лондона, — буркнул Грайм, усаживаясь на землю и снова принимаясь строгать. — Хотят, чтоб мы рассказали, как нашли ту женщину.
— А-а, — с ленцой протянул Барс, щурясь от солнечного света и часто моргая. — Ясно. Так мы уж рассказывали.
— А они хотят ещё послушать, — сообщил Грайм.
— Совершенно верно, — подтвердила Глория. — Рассказ из первых уст всегда надёжней, чем записанный на бумаге. Кроме того, при разговоре могут неожиданно всплыть подробности, о которых ранее вы не сочли нужным упомянуть, не придав им значения.Ну, или вы случайно можете вспомнить какую-нибудь деталь.
— Это вряд ли, — заметил Грайм, втыкая в землю свежевыструганный колышек. — Нас держали в полиции целый день и всю душу вымотали, — в голосе пастуха слышалось плохо скрываемое раздражение.
— И тем не менее, — Глория холодно улыбнулась. — Окажите мне любезность.
— Что ж, — сказал Барс, садясь на землю рядом с товарищем. — Спрашивайте, раз надо.
— Расскажите подробно, как вы обнаружили тело Мэри Сандерс.
— Мы, значит, пасли овец, — вздохнув, начал Барс. — Неподалёку от этого места,
Грайм с готовностью кивнул.
— И вот Фрэнк остался на берегу сторожить овец, а я спустился на дно, дошёл до середины русла и начал копать. Река летом пересохла, и…
— Чем? — спросил я. — Чем вы копали?
Пастух перевёл на меня взгляд, помолчал пару секунд, словно решая, стоит ли отвечать.
— Лопатой. У нас складная лопата. Очень удобно. Так вот, копаю я и вдруг вижу: на другом берегу что-то белеется. Что бы, думаю, это могло быть? Пошёл посмотреть и увидел её. Вначале-то решил, что спит, и хотел уйти, только знаете, неестественно она лежала как-то, ну я и подошёл поближе. Смотрю: а у неё кровь на шее, и глаза открыты, — Барс сглотнул. — Позвал Фрэнка, а он и говорит: надо вызвать полицию. Я поехал в Доркинг, а Фрэнк остался сторожить. Вот так всё и было.
— Вы ничего не трогали до приезда полиции? — спросила Глория.
— Неа. На кой?
— Кто-нибудь из вас знал погибшую?
— Нет. Никогда мы её не встречали. Но мы редко бываем в городе, всё больше с овцами.
— Последний вопрос: кто, по-вашему, мог это сделать?
— Цыгане, ясное дело! — ответил Грайм, не задумываясь. — Я всегда считал, что их нужно гнать отсюда. Говорят, они и детей крадут! — он сердито сплюнул. — Чтобы попрошайничать или продать.
— Они плюют на закон, — поддержал товарища Барс. — Не удивлюсь, если среди них есть и колдуны.
— Понятно, — вздохнув, сказала Глория. — Что ж, кажется, это всё, что мы хотели узнать.
— И ради этого вы тащились в такую даль? — недоверчиво спросил Барс.
— Служба есть служба. А зачем вам колышки?
— Привязывать к ним овец, зачем же ещё?
— Понятно, — кивнула девушка. — А что за дерево? Из чего выстругиваете?
— Понятия не имею! — буркнул Грайм. — Я ж не лесник. Дерево и дерево.
Распрощавшись с пастухами, мы вернулись к машине.
— Блондин прав: стоило тащиться из-за такой ерунды! — проворчала Глория, когда мы садились. — То же самое могли прочитать в полицейском протоколе. Лучше бы мне поручили дело фальшивомонетчиков! Лондон наводнён поддельными купюрами, а я тут с пастухами общаюсь!
— Надо же было на них поглядеть, — возразил я.
— Ну, и как? — саркастически скривилась Глория.
— Обычные мужики, испуганные тем, что на них могут повесить убийство. Уверен, они долго колебались, прежде чем сообщить в полицию о своей находке.
— По их словам, не теряли ни минуты.
— Ну, конечно. Как же иначе? Кстати, зачем ты спросила про колышек? Думала, он из осины?
Глория с досадой отмахнулась.
— Просто интересно, как относятся к истории с убийствами местные. Вдруг они верят в вамиров. Мистер Лэсли, в гостиницу, пожалуйста.