Агент Кэт
Шрифт:
— Да… да… да, так… поработай языком… ох, Никки… оу… оу… не там, идиот… что ты делаешь, мерзкий похотливый ублюдок… ты просто больной, больной извращенец… о нет… нет же… ладно, кретин, попробуй мою задницу… да, вот так… глубже, да, ещё… ещё… ещё!!!
Поощряя кавалера стонами и настойчивыми требованиями, Кэт судорожно качает бёдрами. С каждым движением, нос кавалера втыкается прямо в зад. На лицо падает водопад кипящих женских соков. Мистер Петерсон родился под счастливой звездой — второй раз подряд он оказывается в нужном месте в нужное время. Ему
На долю секунды в голове Кэтти возникает извечный вопрос — «Господи, что же я делаю? Неужели опять? Неужели снова с этим мудаком!!?».
И тут же исчезает от захватывающего зрелища — прямо перед носом, из серых брюк выскакивает напряженный член.
Разъярённая, распалённая дама издаёт торжествующий стон. Жадно облизывается. Закрывает глаза. Без всяких прелюдий и реверансов, берёт лучшую часть коллеги в плен жарких губ! Млея от запаха мужчины, теряя разум от пульсаций на языке, Кэт ритмично качает головой, впуская гостя глубже и глубже. Ей нет дела до искусных ласк, нежных фокусов, и прочих развлечений. Агент нацбеза просто-напросто трахает коллегу ртом. Трахает энергично и настойчиво, желая проглотить его достоинство! Проглотить без остатка!
Из-под упругой задницы слышится прерывистое сопение. Компьютерщик покорно принимает судьбу. И устремляется навстречу таинственному свету Венеры. Ладони стискивают ягодицы. Язык отправляется в путешествие между разгорячёнными холмами — и вторгается в истекающий соками колодец. Кавалер старательно делает своё дело. Движения языка заставляют петь девичье сердце. Кэтти млеет и растворяется в удовольствии. Однако же, с каждой секундой взбудораженная красотка желает большего.
Её поглощают желания, которые легче исполнить, чем озвучить вслух!
Воспоминания о чернозадых ублюдках слишком свежи!
Кэт никогда бы не призналась в чём-то подобном — но сейчас ей не хватает ещё одного окаменевшего ствола! Ещё одной пары рук! Она желает почувствовать наполненность, отдаться нетерпеливым толчкам — но не собирается выпускать любовника изо рта! Разгорячённая бестия борется между желанием оседлать член коллеги и желанием высосать его до потери пульса! Ах, почему нельзя получить всё и сразу? Ах, этот мучительный, мучительный, мучительный выбор!!!
Блестящие губы ненадолго оставляют добычу. Вместе с водопадом из слюны и смазки, Кэт выплёвывает настойчивые просьбы, одну фривольнее другой.
— Никки, засунь мне пальцы… трахни меня пальцами, сделай это… сразу туда и туда… ну же… ты ведь… понимаешь, о чём я? Давай же, Никки…
— Мффмыф!!! Мфмыф!!!
— Что?!! Ну же, быстрее, мать твою, сделай так!!! Пожалуйста, чёртов ковбой!!!
— Фмым-м-м-м-ммыф…
Вместо яростных проникновений, вместо неистовых толчков, Кэтти чувствует, как язык теряет темп. Пытаясь разобрать слова кавалера, разгорячённая фурия на краткий миг отрывает ягодицы от его лица. В ту же секунду раздаётся слабый голос компьютерщика. Вместо
— Я не могу дышать… я не могу дышать… я не могмффф…
Слова, слова, слова!
Слова вместо дела!
Кэтти издаёт разочарованный стон — и упругие полушария снова обрушиваются на щёки счастливца. Без всякой пощады, она яростно качает задницей. Вбивает многострадальную голову Ника Петесона в недра дивана. Вбивает глубже и глубже!
***
Последний день перед миссией закончился милой сердцу любовной суетой.
Крики похоти.
Крики испуга.
Попытки привести в чувство полузадушенного коллегу.
Пощёчины. Суета с аптечкой. Салфетки с нашатырным спиртом.
Радостные объятия и благодарности для Иисуса. Неискренние извинения.
Робкие прикосновения. Менее робкие прикосновения. Настойчивые прикосновения.
Неосторожные, травмирующие прикосновения. Снова стоны. Снова крики. И, наконец, страстные поцелуи! Жаркие объятия! Яростные совокупления! Брызги спермы на разгорячённой коже, губах, занавесках, потолке и обоях!
Вместе с членом Ника Петерсона, в голову Кэт пришла воодушевляющая мысль — похоже, у неё наконец-то появился бойфренд. Похоже, личная жизнь налаживается.
Засыпая на плече измочаленного любовника, Кэтти ощутила странную тоску. То ли укол тревоги, то ли шепот сожаления. Завтра она покинет серое здание на Родео-Драйв. Превратится в Катерину Альдау. И отправиться на миссию. Как скоро она вернётся? И будет ли этот засранец её ждать? Кажется, искра проскочила между одинокими сердцами. Так почему их связь должна закончиться, не успев начаться?
Смог бы блудный сын семьи Петерсонов превратиться в нечто большее, чем крепкий член, оказавшийся в нужное время в нужном месте?
Смогла бы Кэт отыскать сокровища, спрятанные в сердце бестолкового гика?
Если бы у них была ещё одна неделя, чтобы найти ответы!
Хотя бы один день!
Но из застенков под башней Дайновы — сама Свобода взывает к справедливости и мести. Корпоративные преступники насилуют Демократию. Америка нуждается в защите.
За последнюю неделю агент Смит многое о себе узнала. Многое из этого тревожит. Со многим предстоит разобраться.
Лишь в одном она уверенна на тысячу процентов — зов долга в миллион раз сильнее зова плоти, души и сердца!
11. Охота на толстяка
=================================
Луизиана
Придорожная закусочная
=================================
— Запись. Четвёртое Мая. Если слышите это сообщение — вы уже в курсе новостей. Не высовывайтесь. Это касается тебя, мой громадный друг. Не высовывайся! Я готовлю почву для нашего воссоединения. Ждите инструкций. Связь десятого Июня.
***
Пухлая ладонь сжимает трубку древнего таксофона. Пластик с треском разлетается.