Агент хаоса
Шрифт:
Женщина–детектив со значком на поясе джинсов пригнулась под ленту и подошла к коронеру.
– Я – детектив Перез из специального подразделения. Можно взглянуть? – спросила она.
– У вас есть дети? – спросил коронер. – Если да, вам лучше этого не видеть.
Она указала на мешок с очертанием детского тела в нем.
– Не у всех женщин есть дети. Открывайте.
Малдер придвинулся к краю узкого укрытия. Коронер обошел носилки, закрывая верх мешка своим телом. Детектив Перез придвинулась и заслонила все
Коронер склонился над мешком и приоткрыл его.
Детектив Перез выругалась и понизила голос:
– Это Билли Кристиан? Мальчик, пропавший девять дней назад? А в груди птица?
«Птица?».
– Оба раза – да, – подтвердил коронер. – Но я не могу продолжать без разрешения.
Малдер прижался к камню, пытаясь лучше увидеть.
– Я видела много ужасов, но не такое, – сказал детектив Перез. Она немного подвинулась, и Малдер смог увидеть тело.
В мешке лежал мальчик. Его кожа была серого неестественного цвета. В фильмах мертвые выглядели так, словно спали, немного ненастоящей крови брызгали для эффекта. Этот ребенок не спал. От пепельного цвета его кожи и неподвижности тела Малдеру было страшно.
– Думаете, мы имеем дело с культом сатанистов? – встревожился коронер.
– Вполне возможно, – сказала детектив Перез. – Но сложно сказать, пока мы не поймем, что значит эта птица, и что они с ним делали.
Черно–белая птица была не больше банки с содовой, лежала на груди мальчика и тоже была мертвой.
Что–то торчало из тела птицы.
Малдер понял, на что смотрит, и зажал рот локтем, чтобы его не стошнило. Стрелы торчали из тела птицы, напоминая лучи солнца, которые нарисовал ребенок.
«Две. Четыре. Шесть. Восемь. Или девять? – Малдер сосчитал наконечники снова. – Восемь».
Но птица была не худшим в этом зрелище.
Мальчик был в белой пижаме с серыми слонами на руках и груди. Серо–белая пижама со слонами, в такой была Сара Лоуэ, когда ее похитили.
Малдер сглотнул, сердце колотилось в груди. Команда с носилками подняла мальчика и чуть наклонила в сторону Малдера. Они приподняли тело, и белые лепестки слетели на землю. А он смотрел на кофту пижамы.
«Серые слоны. И один коричневый бегемот».
Пятно было там, в том же месте, где Малдер видел его в новостях на пижаме Сары Лоуэ.
Из–за коронера раздался крик. Репортеры и копы снова боролись.
– Закрывайте, – сказала детектив Перез. – Нельзя показывать тело прессе, – она выпрямилась и снова все закрыла Малдеру.
Он услышал, как застегнули мешок, но его сердце все равно колотилось. Даже быстрее. Мальчик был в пижаме пропавшей девочки, значит, тот, кто убил мальчика и оставил в склепе старушки с мертвой птицей, был тем же, кто забрал Сару Лоуэ.
Он отошел от бреши между мавзолеями с другой стороны. В горле стояла горечь. Он не мог забыть улыбку Сары Лоуэ и ее пижаму со слонами. Или Билли
Малдер побежал по траве, огибая ангелов из камня и деревья с тонкими ветками, похожими на стрелы. Ему не нужно было других подтверждений, что детей похитил один человек. Малдер знал это. Его память записывала детали, как камера изображение, с точностью и четкостью, как это было в тот миг.
Одна мысль крутилась в его голове, пока он бежал.
«Совпадений не бывает».
ГЛАВА 6
Дом Малдеров
10:50
Малдер вернулся в дом, едва дыша. Хотя бы отца там не было. Он все еще не мог осознать увиденное на кладбище. Кто–то похитил двух детей, а похищение Сары Лоуэ повторяло похищение Саманты – время, гостиная, выключение света перед ее пропажей и открытая входная дверь.
«Саманту забрал тот же человек?».
Это было возможно. Это было близко к правде. Его нервные окончания гудели, он не переставал двигаться. Он расхаживал по гостиной, мысль вонзалась в него все глубже с каждым шагом.
Можно было только одним способом узнать, связаны ли похищения Сары Лоуэ и Билли Кристиана с пропажей Саманты. Малдеру нужно было узнать больше о Билли Кристиане и его похищении.
«Похожее уже было».
После исчезновения Саманты он был одержим мыслью, что тот, кто забрал ее, похитил и девочку по имени Венди Келли в Нью–Хейвене, Коннектикут, за день до этого. Венди похитили из ее дома, как и Саманту. Но каждый раз, когда Малдер говорил об этом, отец игнорировал, а полиция острова отказывалась исследовать.
Зазвенел телефон на кухне, и Малдер вздрогнул. Он дал ему прозвонить семь раз, а потом все–таки ответил:
– Алло?
– Фокс? Это ты, милый? Это мама.
Хоть он любил маму, у него не было настроения хоть с кем–нибудь разговаривать.
– Ага. Привет, мам. Как ты?
– Хорошо, но дом ощущается таким большим, ведь я одна.
– Я могу вернуться, – предложил он. Она предложила ему переехать к отцу, это придумал не он. Он хотел сделать ее счастливой, у него был крохотный кусочек надежды, что отец может измениться.
– Не смеши, милый, – сказала она. – Ты выпускаешься через два месяца. Я в порядке. Правда. Без твоего отца дом кажется спокойным. Конечно, я бы хотела, чтобы ты был здесь. Не уверена, что Фиби дожила бы до лета, если бы не решила проведать тебя. Я столкнулась с ней в библиотеке на прошлой неделе, и она пятнадцать минут объясняла, почему технологию «Звездных войн» можно внедрить еще при наших жизнях.
– Похоже на нее, – его лучшая подруга была достаточно умной, чтобы бросать ему вызов, это для нее было хобби. И это было одной из причин его не такой и скрытой влюбленности в нее.