Африканский гамбит
Шрифт:
Это был худощавый мужчина, выше среднего роста, с тонким, интеллигентным лицом, украшенным небольшими усами, и резкими пронзительными глазами. Говорил он резко и отрывисто, сразу попытавшись меня осадить и подчинить.
Ничего себе наезды. Не успел в дом ко мне войти, а уже с такими правами, которых и у меня не было. Пришлось осадить нетерпеливого седока, ссадив с горячего коня под названием наглость. Ну, с кем не бывает. Был большим начальником, стал изгоем и беглецом, но беглецом с большими возможностями
Южный Судан, это не только ценный мех диких обезьян, но и две, три сотни килограмм слоновой кости в месяц, которая так нужна гордым европейцам, и прочим американцам, для клавиш пианино, украшений и прочих безделушек. Ну, и попутные товары не менее ценны, чем слоновая кость… в общем, есть за что бороться.
Оглядев меня, сидевшего в одной из приглянувшихся мне хижин, на деревянной скамье, застеленной чистой циновкой, он наверняка подумал: — «Что это грязный нигер, который смеет ставить тут условия, и пытается казаться хозяином положения, ату его ату».
— Добро пожаловать в захваченный моими верными соплеменниками город, — начал я разговор с однозначных фактов.
— С кем имею че… возможность разговаривать?
— Я верховный вождь народа банда, и владею территорией от реки Убанги на западе, до реки Уэле на востоке. Под моим началом тысячи воинов, готовые идти за мной, хоть на край Африки.
Получилось немного хвастливо, конечно, но выходить из образа туповатого нигера было нельзя.
— Несомненно, ваши территории весьма обширны, а воины ваши сильны и свирепы, но что вы можете мне предложить?
— Предложить я могу вам этот город, а также город Ньяла, захваченный мною ранее. Взамен мне нужно оружие и патроны, хорошо бы ещё иметь полезные мелочи, вроде железных фляг, которые я видел у ваших людей.
Эмин-паша задумался, оценивая моё предложение и просчитывая свою выгоду. Судя по его поведению, он навёл обо мне все справки, которые смог добыть из того противоречивого клубка сплетен и слухов, что окружали мою скромную персону.
— Скажи мне, вождь, как долго ты собираешься воевать с махдистами?
— До тех пор, пока Аль-Максум, и все его соратники не будут мертвы, — незамедлительно ответил ему я.
Мой ответ явно удовлетворил его. Дальше разговор перешёл в область торга, постепенно скатившись на частности. В общих чертах, мне удалось договориться с ним. Я должен был продолжить свой путь к озеру Альберта, очищая его территорию от махдистов. За это Эмин-паша запрашивал помощи от своих хозяев, и получал её оружием и снаряжением, через территорию Южной Родезии, или английского Сомали, либо другим способом.
Пути получения им требуемого, меня не интересовали. Через три месяца, я должен был с ним встретиться, также возле озера Альберта, и получить обещанное, а потом ударить по Южному Судану, и освободить его от восставших
Я продиктовал список всего необходимого секретарю Эмин-паши, который записал всей на бумагу. Обширный список вызвал внимательный взгляд Эмин-паши. Почувствовав его взгляд, я рассказал о том, какой у меня есть замечательный, и к тому же белый, советник по имени Луиш (почти белый и почти пушистый).
Эмин-паша процедил сквозь зубы немецкое ругательство, добавив — «и здесь пролезли португуеши, тараканы чёрные…», после этого он перестал присматриваться ко мне, а только уточнял нужную информацию, и задавал наводящие вопросы, пытаясь узнать как можно больше сведений обо мне.
Я отвечал охотно, засыпая его морем бесполезных фактов, наполовину состоящих из хвастовства, лжи и слухов, почерпнутых из разных источников. Судя по его, сначала настороженному, а потом всё более отупелому выражению лица, лапша, навешиваемая ему на уши, уже достигла невероятных размеров и продолжала расти в геометрической прогрессии.
Наконец, устав от словесных излияний моего языка без костей, и волнений длинного дня, переживаний, не только за свою судьбу, но и за дело в целом, он удалился в караван-сарай, бывший здесь одним из немногих мест, лишённых африканских клопов и прочих «прелестных» насекомых, вечных спутников человеческого жилья.
Закончил и я работать с его секретарём. И выпив местного напитка из перебродившего сорго, очень похожего на пиво, тоже завалился спать, и не где-нибудь, а на простой циновке, подложив себе под голову свой мешок, вытащив оттуда всё колюще-режущее, в количестве трёх штук.
Сон мой был сладок и крепок. Снилась мне моя родина. Гора Машук с телевышкой, торчащей тонким шпилем в небо. Красивые горы Предкавказья, и просторные ставропольские степи, а также Калмыкия, с выжженной степной травой, с одурманивающим запахом, и от этого запаха я и проснулся.
Запах, чувствуемый мною во сне, здесь оказался таким же. Это сквозь округлый вход простой глиняной хижины жаркий ветер приносил запах, уже порядком высохшего африканского разнотравья, который и раздражал мои обонятельные рецепторы, вызвав похожие ассоциации во сне.
Эх-ма, лето не зима, и я окончательно проснулся.
1. Донколанцы — название нубийцев принявших ислам, и смешавшихся с арабским населением.
Глава 2 Дальше — больше
Налетевший из саванны ветер, окончательно развеял мой сон, к счастью, оказавшийся не кошмаром. Город был взят и разграблен. Больше мне нечего было в нём делать. Через сутки, забрав выкуп, и снова пополнив свои ряды всеми желающими, взамен погибших, я готов был отбыть из Вау.