Аэрогарды
Шрифт:
Или — нет ни чужих, ни своих, а есть просто — солдаты?
Д'Марья полез в люк, почему-то вспомнив, что слово «солдат» произошло от немецкого «зольд», то есть «плата».
«Все мы когда-то были наемниками», — мелькнула у него смутная мысль, когда он усаживался в кресло командирской башенки.
Д'Марья подключился в внутренней связи и негромко сказал:
— Вперед.
Танки — восемь немецких «кугуаров» и два «коршуна», уведенные гевиттергренадирен с погибшей «Костромы», — плавно катились по пустыне, направляясь к скалистым возвышенностям, которые дугой прикрывали форпост
Д'Марья посмотрел в перископ — пока пусто, — потом на монитор радара. Там появились красные отметки: две побольше, три поменьше — два тяжелых кампфшраубера, три малых. На краю экрана теснились отметки зеленые, то есть наземные цели. Д'Марья насчитал их двадцать штук.
Все правильно — танки.
Он включил вспомогательный монитор, который Вайсхаупт уже настроил на волну беспилотников гевиттергренадирен. Однако по экрану бежали сплошные серые полосы.
Д'Марья тронул сенсор рации.
— «Дракон» — Четвертому. Что дают «безголовые»? У меня слишком слабый сигнал, приемник не может отсеять помехи.
— Здесь Четвертый, — отозвались с форпоста. — Переключаю.
После секундной паузы раздался другой голос — оператора беспилотников.
— «Дракон», «безголовые» дают нечеткую открытку. Сильные активные помехи. Вы от места в пяти, все чисто, с той стороны от места в восьмидесяти пяти два «блэкфута» и три «уоспа», идут в пятистах над грунтом. Дальше двадцать «стоунволлов», в колонне. От места в ста девяноста пяти. Смотрите за чужими «безголовыми»…
— Здесь «Дракон», принял. Конец связи, — сказал д'Марья и переключился на локальную сетку.
— «Дракон» — «ежам». Приближаемся к месту, убрать подушки. Следить внимательно за чужими «безголовыми»!
Он почувствовал, как танк слегка вздрогнул и пошел медленнее: это Руотсалайнен, сидевший в пилотском кресле, поставил машину на гусеницы.
Д'Марья посмотрел в перископ. Так, вот они, скалы, совсем близко… куда ж танки-то деть? ага… хороший здесь проход… «Дракон» — «ежам», следовать за мной… о, а вот туда придется поставить парочку зверей… хватит.
— Всем «ежам» — стоп, — поспешно сказал д'Марья. Он снова посмотрел в перископ: опять пусто, значит, время пока есть. На мониторе локатора красные отметки приближались к риске «сорок». Надо все же шевелиться.
— Десанту выгружаться, — сказал д'Марья и открыл командирский люк.
Он спрыгнул на землю и огляделся.
Танки стояли плотной кучкой в скальном проходе, больше даже похожем на туннель. Почти отвесные базальтовые стены уходили довольно высоко вверх, скрывая небо: это было с одной стороны неплохо, потому что давало какую-то защиту от нападения с воздуха, но подобная позиция могла обернуться и ловушкой — при определенных обстоятельствах. И самое главное — здесь могли вести огонь по противнику не все машины сразу.
Однако, если выдвинуть четыре-пять танков немного вперед и хорошенько их замаскировать, то почти все видимое пространство перед скалами могло простреливаться просто прекрасно.
Кроме того, д'Марья заметил немного выше две замечательные площадки, на которых можно было поставить по танку: эти позиции могли стать просто убойными, если не раскрывать
Д'Марья смотрел, как из танков шустро выпрыгивают гевиттергренадирен. Конечно, основную работу придется выполнять им…
Д'Марья тронул сенсор на бронесфере.
— Командирам отделений подойти ко мне, — негромко сказал он и посмотрел на хронометр: в их распоряжении оставалось минут десять.
Надо успеть…
Д'Марья лежал в десятке метров от края скального выступа и изучал в бинокль ровную, почти как стол гладкую, каменистую пустыню.
Либо он ошибся, рассчитывая время, либо американцы задержались на подходе — прошло уже почти двадцать минут, а их кампфшрауберы появились только что: в дрожащем воздухе — поверхность пустыни все-таки нагревалась довольно сильно — не спеша увеличивались пять силуэтов. Совсем вдалеке плыли маленькие коробочки танков, но их было видно даже лучше, потому что пыль и песок, вылетая из-под воздушных подушек, сворачивались в мутные вихреватые шлейфы, которые волочились за желто-коричневыми (отсюда это уже было заметно) «стоунволлами».
Прямо как на параде, хмыкнул про себя д'Марья, отнимая от глаз бинокль, и снова невольно подумал о том, почему же американцы выбрали для посадки именно этот район: он уже знал, что на гашнете имеются и неважно защищенные складские комплексы, и штабные поселки, и еще много чего такого, что представляло гораздо больше интереса в оперативно-тактическом плане. А они прут сюда, на никому не нужный форпост.
Случайность?
Д'Марья послушал свои ощущения — ну просто очень обостренные — и с некоторым удивлением пришел к выводу, что да, случайность, и ничего другого: просто здесь, в этом Мире… или Сфере, сам черт их разберет, совпадения в большом почете.
Краем глаза он уловил неяркую вспышку в небе. Снова посмотрев в бинокль, аэрогард увидел, как, беспорядочно кувыркаясь, на землю падает словно бы охапка чего-то угловатого, но легкого.
Очередной «безголовый», понял д'Марья. Все-таки, пожалуй, чужой: сбили не ракетой, а легким лазером с танка.
Техника, конечно, еще не дошла до такого уровня, чтобы появились лучевые ружья или хотя бы достаточно эффективное, но в то же время компактное мобильное лазерное оружие, однако в качестве средства борьбы с маленькими тихоходными беспилотными устройствами небольшие лазеры зарекомендовали себя неплохо: слабенькая незащищенная электроника, крохотный уязвимый двигатель, достаточно долгий импульс — и результат: за последние уже… полчаса, хм… третий «безголовый» без лишнего шума отправляется с небес, так сказать, на землю. То есть на скалы.
И все-таки они наверняка что-то успели заметить, с беспокойством подумал д'Марья. Хорошо хоть беспилотники появились уже после того, как гевиттергренадирен заняли огневые позиции, а сбивать их было разрешено только экипажам трех танков, оставшихся в резерве, на той стороне скального кольца…
Он посмотрел через правое плечо: позади него и немного выше, на скальной площадке, стоял запрыгнувший туда «кугуар». Ну что же, неплохо замаскирован, пожалуй, сверху его и не увидишь вовсе… а где вторая машина? А, вижу, вижу, этот совсем спрятался.