Адвокат киллера

Софи Баунт

Просовываю ноги в туфли. Рефлекторно гляжу в зеркало на стене.

Ну и ну… Круги размазанной туши. Помада, видимо, съедена. Пытаюсь стереть пальцем темные пятна под веками. Похожа на проститутку! Разноцветные радужки добавляют образу некое биполярное сумасшествие.

Приглаживаю растрепанные русые волосы. Хлопаю себя по карманам. Так, отлично, ключи во внутреннем, телефон – справа. Достаю, чтобы проверить звонки. Не включается. На экране паутина из трещин. Даже задняя камера разбита в хлам. Как?!

– Разбила? – бесцветно любопытствует адвокат.

Все это время он стоял у стены и пил мой эспрессо. – Ты сильно упала. Извини, я виноват. Не заметил тебя, когда твой милейший друг замахивался.

Я поднимаю глаза. Извинения отнюдь не похожи на извинения. По лицу вижу, что ему плевать. Конечно! Он хоть каждый день может телефоны покупать, а мне как теперь быть? Это катастрофа!

– Не торопись, – говорит он, пожимая плечами. – Я еще кофе не допил.

– В смысле?

– Люблю, когда девушка смотрит, как я пью кофе…

– Издеваешься?

Он снова улыбается. Остро. В его улыбке смешано много всего: ирония, пассивная агрессия, любопытство. В голове из-за этого начинают крутиться бесконечные догадки насчет того, почему я очутилась сегодня в этой квартире.

– Я тебя подвезу. Вот в чем смысл.

– Спасибо. Доберусь сама.

– В ливень?

– Да, в ливень.

– Ясно.

Адвокат подходит к двери, ставит чашку на полку, достает пальто: единственная вещь на весь шкаф. Я моргнуть не успеваю, как он хватает меня под локоть и тащит за порог.

Глава 4

– Вообще-то… я могла вызвать такси, – ворчу, лениво заползая в молочный салон черного «Лексуса», хотя дождь барабанит по голове гигантскими каплями. Ноги кусает холод. Бедное мое пальто. Не удивлюсь, если расползется на нитки. И где я потом возьму деньги на новое? Проклятый день!

– Как ты вызовешь такси, если твой телефон разбит? – интересуется адвокат, по-императорски откидываясь в кресле.

Он поправляет зеркало и включает передачу с видом пилота истребителя, будто мы вот-вот взлетим, а не на дорогу выедем. Я, пристегиваясь, пыхчу:

– Мог бы вызвать машину через свой.

Изумрудная подсветка салона гипнотизирует, а кофейный ароматизатор вынуждает закатить глаза. От запаха эспрессо, честное слово, уже тошнит. Затем я начинаю любоваться светлой кожей сидений и сенсорным дисплеем, на котором адвокат усиленно переключает песни, а когда находит нужную, решает мне ответить:

– Мне несложно тебя подвезти, все равно уезжать собирался. И можешь не пристегиваться. Я не настолько плохо вожу.

– Этого я не знаю! – пытаюсь высокомерно задрать нос, но понимаю, что выгляжу глупо, и просто выдыхаю: – Господи, ты ничем не лучше моего бывшего.

– Не сравнивай меня с какими-то щенками, – в голосе мужчины упрек.

Удивительным образом недовольство не меняет его лицо: по-прежнему ледяное и в чем-то

злорадное. Он окидывает меня изучающим взглядом. Опять. Чувство, будто норовит запомнить во мне каждую деталь, а потом нарисовать портрет.

Я гляжу в его зеленые радужки и бурчу:

– Он лгал мне о любви, а ты лжешь о невиновности убийцы. Два лживых мерзавца.

Слышу, как скрипит кожа. Адвокат сжал руль до побелевших костяшек.

– Видишь ли, дела взрослых дядь маленькой девочки не касаются.

– Ты хотел сказать «дедов»?

Он давит на газ. По инерции я впечатываюсь в кресло. Автомобиль покидает парковку и выезжает на дорогу. А адвокат продолжает:

– Моего подзащитного заподозрили из-за того, что нашли у него в доме оружие. Бедняга оказался не в том месте и не в то время, ясно? Любить оружие – не преступление.

– Зато убивать людей – преступление. Водишь всех за нос.

– Ты всегда такая заноза? – спрашивает адвокат. В его глазах появляется усталый огонек: он совсем не вяжется с высокомерным видом мужчины. – И почему я не оставил тебя на парковке? Меня даже прокуроры не выводят так, как ты. Хоть на трассе высаживай. Может, так и сделать?

Фыркаю и отмахиваюсь:

– Валяй.

И мы останавливаемся. Прямо на мосту!

– Любой каприз, – едва уловимая усмешка скользит по жестким губам. – Кажется, через метров девятьсот есть магазинчик. Или все-таки замолчишь и поедем дальше?

Адвокат режет меня острым взглядом победителя, и я подумываю изменить негативное мнение об убийствах в состоянии аффекта. Интересно, если сбросить их с Максом в речку с этого моста… они выплывут? Опускаю окно и осматриваю лужи. На нос хлюпается жирная капля. Да уж, еще и ноги голые. Идти по улице – равно слечь с температурой. А ведь у меня экзамены. И столько всего учить!

Ветер гоняет по тротуару листовки. Жутко свистит. Людей нигде не видно, а небо пугает набухшими тучами.

– Есть зонт? – глухо бормочу я, не поворачивая головы.

– Есть пакет.

Вот сволочь!

Я скрещиваю руки, скатываюсь в кресле и мысленно оплакиваю поражение. Машина так и стоит на месте. Адвокат красноречиво выжидает.

Черт с ним! Мне надо домой.

Давясь каждой буквой, скриплю зубами:

– Ладно… извини…

– Плохо слышно.

– Извини! – подскакиваю и кричу ему в лицо.

С минуту наблюдаю ошарашенные зеленые глаза. Мы буравим друг друга, но взгляд адвоката отправляется в поход по моей шее, влажным прядям на ключицах (и зачем я расстегнула пальто?) и возвращается к губам. Ощущаю желание спрятаться. Или наоборот – поддаться.

Вместо этого вновь уменьшаюсь в кресле и цежу:

– Пожалуйста… прости.

Он вдруг самодовольно улыбается, и мы едем дальше. И почему этот человек вызывает во мне желание его избить? Никогда такого не было.

За окном проплывают многоэтажки, яркие витрины магазинов, а я радуюсь короткой передышке в нашей войне. Вспоминаю, что до сих пор не выяснила очень важную вещь о противнике.