Адовы
Шрифт:
Стоило звону стихнуть, как школьный коридор опустел. Нехорошее предчувствие коснулось демона.
«Отчего они все попрятались? Кто-то открыл адские врата? Что сейчас вылезет? Неужто сам Владыка так каждую школу посещает, чтобы порядок навести?»
— Ты чего стоишь? — кто-то хлопнул его по плечу. — Опоздал? Беги в класс!
Увидеть Даймон успел только спину незнакомки с рыжими косичками. Она бежала по коридору и вскоре скрылась за одной из дверей. Лишь в последний момент мальчик понял, что это была Ленка. И ноги сами
Резко распахнув дверь, подросток увидел ряды столов, сидящих за ними учеников и высокую даму с указкой. Точь-в-точь как у Дарьи Сергеевны.
«А, вот и монстр!»
Подслеповатая учительница математики пристально посмотрела на явившегося демона в бабочке. С трофейным рюкзаком и пером за ухом он выглядел гораздо опрятнее многих.
Потому строго проговорила:
— Так-с, молодой человек. Прекрасным внешним видом и любовью к поэзии вам меня не пронять. Романтика во мне давно умерла. Остались одни цифры. Возраст обязывает, знаете ли. Так что выйдите и зайдите как следует!
И она ткнула в его сторону указкой.
Демонёнок прищурился, испугавшись молнии, что наверняка должна была сорваться с кончика указки. Но та так и не выстрелила.
Видимо, батарейки сели.
«Как следует — это как?» — не понял Даймон.
Но на всякий случай вышел.
«Эх, надо было у училки-призрака спросить. Теперь придётся импровизировать. Что ж, пусть запомнят моё появление. Не зря же папа сказал, что у меня есть потенциал. Явление Адова в школу должно быть ничуть не хуже, чем у Владыки!».
Хотят того люди или нет, пусть делятся. Знаниями, опытами, кровью, в конце концов!
И Даймон взялся за ручку. Но по ту сторону, в классе, уже тоже кто-то взялся за ручку. Даже с криком «это он у меня портфель и дневник забрал! Сами с ним и разговаривайте, Вероника Степановна!».
«Вот ябеда… я ж ему гуся дал», — разозлился демонёнок и рванул на себя дверь уже как следует.
Дверные петли захрустели, в буквальном смысле раскаляясь от негодования потусторонних сил.
«Ай, горячо!» — крикнул по ту сторону Сашка Сидоров и отскочил.
Даймон победно распахнул дверь и зашёл, «что надо». Пылающая огнём дверь вместе с дверным проёмом позади него с грохотом рухнула на пол.
— А-а-а! Пожар! — закричала учительница, размахивая указкой вместо огнетушителя. — Сидоров? До чего докатился! В пироманьяки пошёл?
— Это всё он! Он! — кричал Сашка, выскакивая первым из класса.
— Ты куда гуся дел? — невинно поинтересовался демонёнок.
Уже и не знал, заходить дальше или нет. С одной стороны, люди огонь любили с самых пещер. С другой — пожары им почему-то не очень нравились.
«Люди такие двойственные и непостоянные. Им не угодишь!», — подумал демонёнок.
— Я тебе сейчас покажу гуся, очкарик! — погрозил долговязый кулаком и потёр синий нос. — И ничего я не делал с дверью! Она сама.
Это
— Ты мне зубы не заговаривай! — подалась в истерику учительница математики, спешно эвакуируя учеников из класса. — Я всё про тебя директору расскажу! А родители за ремонт двери заплатят… когда потушат.
Дыма только прибавилось. В коридоре к этой весёлой чехарде с беготней решил присоединиться сам гусь Шрёдингера, оставшийся без попечительства людей в коридоре. В первую очередь он признал старого знакомого. И подбежав к Сашке, ущипнул его за зад. А когда Сидоров побежал от него по коридору дальше, переключил своё внимание уже на учительницу.
— Это ещё кто? — удивилась математичка. — Опять твои проделки? А ну быстро дневник на стол!
— Вот дневник, — тут же протянул трофейный дневник Даймон с чужой фамилией.
Похоже, первое впечатление уже прошло. И больше зажигать он не видел смысла. Потому потушил одним движением руки огонь на двери.
— Сидоров! — прокричала Вероника Степановна вдогонку «любимому» ученику. — Куда побежал? Забери гуся домой!
— Это не мой гусь! — кричал Сашка. — Это очкарика!
— Вечно у тебя очкарики виноваты, — возмутилась учительница. — Сам бы хоть раз очки одел, да стихотворение выучил!
— Вот этот конкретный лысый очкарик виноват! — уточнил Сидоров.
Даймон почесал лысину, покачал головой.
— Я не лысый… я…
— Он не лысый! — повторила учительница. — Он…– и она посмотрела с тоской на ученика. — … просто болеет?
— … просто не растут, — ответил Даймон. — А за гуся не надо переживать. Он всего лишь на «семёрку» щипает. Не то, что Мара. Там строгая «восьмёрка». Ну а Пукс от «девяти» до «десяти» кусает. Проходили, знаем, — разъяснил Даймон разволновавшейся учительнице.
— Какие ещё Пуксы? Вы мне урок сорвали! — взвизгнула учительница то ли гусю, то ли Даймону, то ли вернувшемся Сашке Сидорову, который пробежал круг по коридору. — К директору все пойдёте!
— О, вот он то мне и нужен! — заявил Даймон. — А вы не проводите?
— Так, лысенький, я тебя не знаю, но ты тоже пойдёшь, — добавила учительница грозно. — Ты вообще с нашей школы? Почему у тебя портфель Сидорова?
— Бартер, — пожал плечами Даймон и уже хотел указать на гуся, как на товар.
Но тут гусь Шрёдингера неожиданно сам высказал личное мнение. Вследствие чего ущипнул математичку за лодыжку.
— Ай! Пусти! Пусти-и-и! — побежала она по коридору.
Демонёнку пришлось бежать за ними, пока Сидоров решил, что учительница бежит за ним.
Так они и бежали паровозиком по направлению к директору.
Тогда демонёнок и понял, что сорванный урок — это искусство, которое он освоил в школе в первую очередь.
Глава 15
Почти ремонт