Адмирал Ушаков. Том 3

Коллектив авторов

Ростопчина инструкцию с полным описанием и с наставлениями,

по взятии Мальты где и как должно расположить войски

гарнизонов союзных держав, российские, английские и

неаполитанские, по равному числу, которые крепости какими войсками

будут заняты для содержания караулов на военное время.

Я полагаю, кажется, без ошибки, сие последовало на те

всеподданнейшие рапорты мои, которые отправил я из Неаполя с

неаполитанским курьером при отправлении

моем оттудова с ескадрою

в Мессину и оттоль в Мальту. В тех всеподданнейших моих

рапортах значилось: надеялся я, что в скором времени нашими

войсками Мальта будет взята и не позже как к тому времени,

пока корабли и фрегаты исправляться будут в Неаполе и при

Корфу; но после сего совсем другие обстоятельства случились.

Как скоро со флотом пришел я в Мессину, тут получил

высочайшее повеление, [в котором] решительно сказано: ежели Мальта

по сие время не взята, забрать все войска и баталионы князя

Волконского и генерал-лейтенанта Бороздина, не оставляя нигде

ни одного человека, соединить все отделенные ескадры ко мне и

иттить к своим портам. По сим обстоятельствам полагаю все

теперешние последствия случились. Сколь не настоят важные

препятствия быть мне в Мальте и в перевозе туда войск, но

ежели в скорости не получу отменного повеления, как скоро

ескадры вице-адмиралов и фрегаты из Неаполя прибудут сюда,

должно поспешить отправлением на них войск в Мальту, да и

ежели которые и из шести кораблей, со мною теперь

находящихся, могут при всей своей худости и недостатках иттить туда,

то и я отправлюсь, но предвижу: после сего вторично последует

высочайшее повеление о возврате ескадр, мне вверенных, в наши

порты, ибо сие должно быть необходимо по худости кораблей,

большого исправления требующих. Желательно, чтобы сие

повеление не замедлилось, ибо когда мы будем в Мальте, нужно,

чтобы уже там побыть несколько времени, чтобы кончить взятье

Мальты, а инако как тогда ее оставить, великие последовать

могут сумнительства, но и тут, ежели пропустить лето, то корабли

наши по худости уже неспособны к осеннему времени. За всем

тем выполнять я буду все, как только что возможно, лишь бы

угадать и угодить высочайшему намерению. Вы изволили писать

ко мне, что Блистательная Порта требует от меня посылки

фрегатов к Александрии. Из прежних моих к ним отзывов сами

угадают они, что я отвечать буду, когда люди мои, не получая

провианту, на месте здесь умирают с голоду. Можно ли делать

отряды без провианта? По сие время пришло сюды одно только

судно из Морей, привезено на нем две тысячи

кантарей сухарей,

другого никакого провианта нет ни капли. В том же состоянии

мы здесь, как я об оном к вам описал подробно, хотя льстивыми

обнадеживаниями нас ласкают скоро получить провизию, но

никакой надежды не вижу, словами говорят только, будто два

судна еще в Морее приготовляются, а впрочем ныне только

послано повеление сбирать суда из разных островов, следовательно,

это продолжится и, бог знает, до каких пор, и ничего верного и

удовлетворительного быть не может. Я всею справедливостию

уверяю ваше превосходительство: турки нарочно не отправляют и

не дают нам натурою провианта, чтобы после выдавать нам

деньги половинным числом. Вот сколь велико наше нещастие

быть на содержании у турок, столь с бесстыдностию

корыстолюбивых. Теперь у нас между прочим круп никакого сорта вовсе

нету, и это принужден я покупать беспредельно дорогою ценою:

крупы столько же необходимо нужны как и сухари, следовательно,

все я должен покупать, а денег не имею, а после выдадут они

деньги в три или в четыре раза меньше мною издерженных.

К,руп в Морее вовсе нет и отправлять оттудова не положено.

Представляю вашему превосходительству и прошу настоятельно

истребовать скорейшую присылку из Константинополя чистый

булгур (не такой только как прежде, ибо там его два сорта,

одним довольствуются бедные люди, продается по четыре пара

око, а другой чистый — по восьми паров око), прислать также

оттоль горячее вино и другую провизию, которая не положена

из Морей, а прочую провизию из Морей ли или из другого

места как можно скорее бы к нам доставили и избавили бы нас

от предвидимой опасности, как я прежде к вам писал. Мне

сказывали, что шло сюда одно судно с водкою или с горячим

вином, но оно, не дошед сюда, разбито, предупреждаю, чтобы на

сию посылку не обнадеялись. В каковой надежде с истинным

моим почтением и совершенной преданностию имею честь быть

Федор Ушаков

Милостивый государь мой, Василий Степанович.

По окончании писем моих к вашему превосходительству, ныне

посылающихся, сейчас получил письмо ваше, из Буюкдере от

23 апреля писанное, с уведомлением о полученных решимостях

лондонским двором, до отправления французов из Египта