Адам

Лангле Ив

— Нет. Почему ты спросил? — она попыталась посмотреть на свою рану, но ничего не получилось, поэтому девушка подняла руку, ощупывая травму. Неожиданно Лаура вскочила на ноги, проявив слишком много энергии для умирающей женщины. — Что происходит? Он выстрелил в меня. Никаких сомнений.

— Хм, он действительно выстрелил, — это был самый страшный момент в жизни Адама. — Но рана уже практически затянулась. А на твоей коже не осталось крови.

Лаура удивленно открыла рот, а затем начала размышлять вслух:

— Невероятно. Черт, было же

всего одно прикосновение, но на коже тогда не было ран. Хотя разве есть более логичное объяснение?

— Ты говоришь загадками, — Адам вообще ничего не понял.

— Тот живой образец, который мне принесли. Я прикоснулась к нему голым пальцем.

Он продолжил выстраивать логическую цепочку:

— Живой образец проник в твой организм, а, оказавшись внутри, наночастицы начали размножаться, — Адам нахмурился. — С одной стороны возможно, а с другой — нет. У тебя же нет компьютера, который управлял бы частицами, верно?

— Если ты спрашиваешь, копался ли кто-то в моей голове, чтобы установить чип, то нет.

— Но ты можешь просто не знать.

Лаура пристально посмотрела на него.

— Я бы точно знала. Еще несколько дней назад я была стопроцентным человеком.

— Была. Но ты изменилась, док. Обсудим случившееся позже. Н ужно закончить спасательную операцию.

До них донеслись отдаленные звуки выстрелов.

— Давай-ка найдем наших друзей и разнесем фабрику.

И он имел в виду большой взрыв.

Глава 21

Близко. Так близко.

Авион ощущал ее присутствие, словно пульсацию, проходящую по телу на мысленной волне. Но сейчас он не мог пошевелиться, так как находился в окружении такого количества охраны, с каким еще не сталкивался в этом месте. Авион едва не лишился головы, когда упустил край стены и махнул рукой, потеряв опору.

Кто-то бы счел его сумасшедшим за попытку спасти другого, ведь Авион был лишен зрения и наночастиц. И да, он действительно обезумел. А еще он умирал. Даже если бы он спрятался, чтобы избежать опасности, то все равно не продлил бы себе жизнь, поэтому Авион решил совершить напоследок еще один значимый поступок. Более значимый, чем убийство нескольких солдат по пути к цели.

Он и сам не понимал, как сумел добраться до этой точки живым. Хотя по пути он не встретил значимого сопротивления. Да, Авион не мог видеть приближающихся врагов, но зато слышал каждый шаг. Как только он подозревал присутствие угрозы, то падал на землю, притворяясь трупом, а когда враг приближался, Авион атаковал.

Слюнявые идиоты.

Внутренний инстинкт указывал ему направление. Сейчас Авион полагался на чувства, даже если это не имело логики. Слишком многое потеряло всякий смысл. Какая бы сила ни направляла его, она привела его в данное место.

Угол, за которым прятался Авион, не был идеальным. Ему постоянно приходилось распределять внимание, чтобы обнаружить угрозу. Если бы его наночастицы были живы, то он бы так не полагался

на чувства и уже давно бы перешел в действие. Сейчас же он мог уделять внимание только одному направлению одновременно. Как неэффективно. Авион старался быть уверенным, что никто не нападет на него со спины, но сейчас все его внимание было сосредоточено только на угрозе за углом.

Судя по отчетливым голосам, он насчитал восемь солдат, вооруженных и прекрасно осведомленных о его присутствии. Каждый раз, когда Авион высовывал нос, они начинали стрелять. К счастью, ни одна из пуль не срикошетила, иначе он уже бы не обдумывал свой следующий шаг.

Как попасть в комнату? Если бы Авион был прежним киборгом, то вышел бы на открытое пространство, прицелился бы из обоих орудий и, ухмыльнувшись, нанес бы удар по врагу.

Сломленному Авиону приходилось думать стратегически.

Как же ужасно, но он не собирался жаловаться. Человек, однажды ставший киборгом, останется киборгом навсегда, а киборги не ныли. Они справлялись с любой задачей.

Надеясь, что солдаты ослабили бдительность, Авион осторожно выглянул из-за угла, держа руку прямо за поворотом и готовый вступить в игру.

Затаив дыхание и напрягая слух, он почувствовал дуновение горячего воздуха, практически столкнувшись лицом к лицу с крадущимся солдатом.

— А-а-а! — древний крик киборга. Ладно, это был скорее возглас потрясения. В любом случае, неистовый и резкий выброс адреналина, хлынувший в его тело, заставил Авиона двигаться на грани возможности рефлексов…, человеческих рефлексов.

Несмотря на то, что Авион был сильно поврежден, навыки дали ему дополнительную скорость, необходимую для того, чтобы выстрелить первым.

С хриплым выдохом тело упало на пол. Авион отступил за угол, так как вновь зазвучали выстрелы. Когда все стихло, он прислушался и уловил… топот ног за спиной!

«Черт, подкрепление».

Авион развернулся и прицелился, но в последний момент опустил оружие, так как раздался голос Сета:

— Это мы, чувак. Не стреляй. Прибыла кавалерия. Юху.

— Лаура была права. Мы не умеем быть серьезными, — заметил Адам. — Кстати, кавалерия обычно кричит «в атаку». Так, давайте прекратим дурачиться.

— Может вы, клоуны, не понимаете всю серьезность ситуации, но у меня с мозгами все в порядке. Мы пришли, чтобы спасти Авиона, — заявила Анастасия. — Миссия выполнена, а значит, нам пора уходить. Н а верхних этажах более или менее чисто, но я услышала по рации одного из солдат, что на подходе подкрепление и ударная группа. Если мы в ближайшее время не покинем фабрику, то будем похоронены под обломками.

«Уйти? Еще рано».

— Мы не можем уйти. Сначала нужно поговорить с ней.

— Ты нашел женщину, с которой общался? Она здесь? — воскликнул Сет. — Но где? Все мои датчики показывают, что дальше тупик. За этим углом находится пустая комната с тепловыми сигнатурами солдат. Что не имеет никакого смысла. Зачем охранять пустую комнату?