Адам
Шрифт:
Ни от чего из вышеперечисленного не было проку. Тут Адам заметил один многообещающий уголок, заросший паутиной. Груда джутовых мешков, пыльных и заплесневелых, использовалась для защиты самых хрупких саженцев от суровых зим. Идеальная постель, на которую Адам мог надеяться. По крайней мере они не расположились на бетонном полу.
Уложив дрожащую Лору на грубую ткань, Адам ловко стянул с нее промокшую одежду, параллельно отмечая мягкость ее кожи. Ужасная ситуация удерживала его страсть под контролем, но никак не влияла на наблюдательность.
Хоть он
Адам закрыл глаза, отгораживаясь от ее соблазнительной наготы и ужасаясь своим мыслям. Как он мог воспринимать Лауру сродни сексуальному объекту, когда она так отчаянно нуждалась в помощи. Развесив ее одежду на зубьях газонных грабель, прислоненных к стене, он избавился от собственной влажной экипировки. Разместив пистолет, который вроде пережил падение в воду, на расстоянии вытянутой руки, он подошел к девушке и заключил ее в объятия.
Адам не был извращенцем, но возбуждения от близости Лауры сдержать не смог. Впрочем, даже у него, порочной машины, были моральные принципы. Сейчас у него была лишь одна цель — спасти Лауре жизнь.
Все знали основы выживания. Контакт «кожа к коже» был лучшим способом согреть человека, особенно если речь шла о киборге, умеющем регулировать температуру своего тела. Мало-помалу Адам увеличивал уровень тепла, пытаясь согреть девушку. Е го объятия напоминали кокон, охватывающий большую часть ее тела.
Лаура перестала дрожать. Е го медленно растущее тепло проникало в ее озябшие конечности.
Немного поерзав, она крепче прижалась к Адаму, положив ладошки на его грудь. Е го сердце билось ровно. Что было удивительным, потому что он забыл, как дышать, когда Лаура начала шевелиться.
Она вздохнула, при выдохе овеяв порывом ветерка его грудь.
— Как ты себя чувствуешь?
— Удивлена.
Не такого ответа он ожидал. Напугана, да. Устала, наверное. В шоке, вполне нормально. Но…
— Удивлена? Чем?
— Что мы выжили.
— Конечно, выжили. Другого исхода и быть не могло, — еще одна кибернетическая ошибка, от которой страдало большинство киборгов, — чрезмерная самоуверенность.
Лаура хрипло усмехнулась, что было неудивительно, учитывая, как она провела вечер.
— Знаешь, когда ты говорил, что мне нужно больше впечатлений в жизни, я не предполагала нечто подобное.
— А я всегда знал, что в конце концов мы оба будем обнажены, — поддразнил он.
Интересно, почему из-за простой шутки температура ее тела поднялась на градус. Приятно осознавать, что он мог влиять на милого доктора одними лишь словами.
— Я не имела в виду… то есть хотела сказать… — пробормотала она. С удя по тому, какой горячей стала ее щека, Адам понял, что девушка покраснела.
— Не думала о голеньком Адаме?
— Думала, — смущенно призналась она. — Но фантазировать — это одно, а стремиться к реальности —
— И что ты чувствуешь теперь, когда мы лежим в обнимку и совершенно одни? — Адам медленно и нежно провел пальцами по ее спине.
— Хм, приятно.
Его пальцы замерли.
— Просто приятно?
Ага, его гордость не могла оставаться в стороне.
Лаура рассмеялась.
— Очень мило, особенно если в нас не стреляют, а рядом нет воды.
— Согласен, вечер выдался немного насыщенным.
Она фыркнула.
— Немного?
— Я же киборг. Мы всегда живем на грани.
— Сегодняшняя ночь явно на грани. У вас всегда так? У киборгов? Люди пытаются вас убить, выследить и.… все в таком духе?
— Лично у меня? Нет. Уже долгое время все более-менее спокойно, — многослойное прикрытие надежно его защищало. — Д ругие же представители моего вида… Некоторые живут под постоянной угрозой. Многим приходится сражаться … и большинство не выживают.
— Так ты в курсе об их бедственном положении? — уточнила Лаура. Е е дыхание было мягким и теплым, дрожь тела прошла окончательно.
— Конечно, в курсе. Все киборги знают о борьбе, с которой мы сталкиваемся ежедневно. Преследовании.
— Но ты все же работаешь на военных. Сотрудничаешь с врагами.
Она считала его предателем? Человеческий мужчина обиделся бы за такое оскорбление. Однако Адам понимал, что Лаура придерживалась вполне логичных мыслей. В итоге он рассмеялся.
— Под прикрытием в качестве агента сопротивления, — уже не было смысла скрывать. Лаура слишком много видела и слышала. Сейчас у него было всего два варианта, либо довериться девушке, либо ее убить. А Адам все-таки стремился к первому. — Я бы никогда добровольно не помог бы военным. Тем не менее я рискую, чтобы помочь собратьям, которые попали в ловушки.
— Но как? Как ты прошел проверку? Как умудрился так долго водить их за нос?
— Отличное программирование. Умопомрачительные хакерские навыки, — и удача. Вот только данный показатель не поддавался количественной оценке. — Я очень усердно работал, чтобы скрыть личность. У меня нет желания умирать.
— И все же, технически ты рискуешь своей жизнью каждый день, когда просто приходишь на работу.
— Потому что я должен. Разве можно сидеть сложа руки, когда существуют другие, кому не так повезло. Я должен помочь им. Д олжен найти способ заставить военных прекратить охоту на киборгов. Должен воспрепятствовать истреблению нашей расы.
— Военные до сих пор имеют власть над вами? Я думала, что благодаря восстанию вы больше не подчиняетесь приказам.
Адам чуть не содрогнулся при воспоминании о жизни до восстания. Жизни, а вернее существовании, где его действиями управлял кто-то другой. Где он был марионеткой, подчиняющейся чьей-то прихоти.
— Мы стерли военные программы, насколько смогли, но на самом деле мы и сами не знаем, чем являемся. Считается, что если мы сумеем обнаружить от кого произошли, понять метод создания, то никогда больше не станем рабами или жертвами.