Ад

Михонов Сергей

— Так сам же на это подписался!

— А ты? Нет что ли?

— То-то и оно! Делать-то нам чего, новичок?

— Чего-чего… Чего-то надо! А у живодёров здесь имеются свои глаза и уши, раз доверились нам, а не доверяют изначально, только сделали вид! Не мешало бы выяснить? А дальше уж точно решим, как быть и что делать — определённо — вне всякого сомнения! Положись на меня — не подведу! И если кого, то только себя, ну и тех людей, коих удружишь в штыки!

Среди них оказался Клык. Глеб удивился: зачем командиру становиться

простым штыком — точнее призраком-клыком.

— Резон?

— Покинуть гарнизон заставы! И не думать ни о чём другом, как и о том: удастся ли выжить! Адреналин…

— Приключения манят — кровь отродий…

— И кипит в моих жилах…

— Бивень? Что с ним?

— Он больше не с нами, командир… — едва справился с волнением в голосе Клык. — Отмучался… Свободный… На воле…

Рейд для смертников означал нечто подобное — им казалось: они на свободе, пусть и приходилось бороться за собственную жизнь с отродьями исчадий и чудовищными порождениями. Это их жизнь — после смерти — и презирали её. На то и мертвяки — смертники. Смерь в бою наивысшая награда за муки!

Ёбыр находился тут же, но не в строю, отправив вместо себя ублюдка, сам же слушал, вникая в каждое слово людей. Часто скалился и рычал, огрызаясь про себя. Даже матерился и плевался, пока это возможно, поскольку по выходу за пределы заставы придётся держать ухо востро и помалкивать в маску, иначе приза не видать — сами послужат хабаром выродкам.

— Сможем добраться до звероящера? А найти в Преисподней? — заинтересовался напоследок Глеб у него.

— Хули там! А нам! Попытка — не пытка! Упырь — хороший поводырь! Призрак — отличный урод! Много ходить, но лучше ездить на тварь! Твоя учиться класть жопа на них!

— Садиться?! — переспросил Глеб.

— Ага, твоя садись, моя поехала… — указал Ёбыр ему на одну из тварей в загоне. Выбор упыря пал на монстра.

— Чудище! Ты в своём уме? — вступился Клык за Глеба.

— Глыба — вожак! Вожак класть жопа на хренозавр! Хренозавр — хабар! Хабар — почёт! Почёт — уважать! Уважать — сила! Сила — власть! Власть — мощь! Мощь — победа! Победа — приз…знать! Звать много клыков! Приз — бивень! Бивень — путь ввысь! Ввысь — ас! Ас — повелитель пекла! Не достать…

— Достал… — отмахнулся Клык.

Глеб приказал выступать. Его небольшой отряд с парочкой упырей, скрылся из виду у Грома. Комбат стоял на возвышенности подле АГС и следил в оптический прицел. Новичок так и не выдал место схорона оружия.

— И свалился же он сюда на мою голову! Одно слово — подкидыш! А что если его подкинули мне — проверка на вшивость?

Подозвал помощника, шепнув кое-что на ухо, дабы никто не слышал. И тот также поспешно подался за пределы заставы с иной группой призраков под видом прикрытия в надвигающуюся мглу.

* * *

— Разбирайте хабар! Живее… — вскрыл Глеб ящик с оружием. И не сказать: сильно

порадовался тому, что обнаружил там, но всё же лучше, чем ничего. Это не бивни и не клыки в качестве оружия для рукопашной сшибки или луки. Один уже сам смастерил, вспоминая былой опыт. И подарил не кому-нибудь, а Ёбыру. Упырь был на седьмом небе от счастья и польщён вниманием. Стрела летела дальше дротика и била точнее и быстрее. А вот огнестрельное оружие отродья не жаловали. Им не нравилось, что от них пахло, и запах выдавал их. — Не беспокойся по данному поводу — им воспользуемся, когда деваться будет некуда! Последний шанс к спасению!

И был явным при наличии РПК с длинными лентами патронов калибра 7,62-мм, а не 5,45-мм. Гранаты — ручные, и к РГ-6 при наличии револьверного гранатомёта. Один тубус МРО, а к нему три ракеты. Ну и куда без "Винта" в виде снайперской винтовки — не крупнокалиберная и бронебойная, зато привычная СВД. Автоматы в основной массе "калаши", но не все. Один оказался специфическим.

— Абакан… — прижал его к лицу Глеб, ощущая кожей металл, попутно наткнулся глазами на карабин и дробовик. Вот где оружие — калибр 12-мм.

Сам распределил его среди призраков. Так Клык получил РПК, иные призраки "калаши" и ручные гранаты. А весь иной арсенал Глеб свалил на вьючную тварь. На иную пока не взбирался — не торопился, решив в рейде обучиться езде верхом на ней.

— Пора… — уверил Ёбыр. Дальше уже начинались земли контролируемые вурдалаками. А выносливые отродья и быстрые. С ними в скорости и могли тягаться исключительно порождения пекла.

Призраки оседали их, ожидая, когда к ним присоединится командир.

— Твоя класть жопа на тварь… — настоял упырь-вожак.

— Ёбыр… — ответил любезностью Глеб.

— Жопа…

— Кладу… и на тя…

— Слабак — кишка жидкий. Кал…

— Да на… — запрыгнул Глеб на хренозавра.

Твари не понравилось, что кто-то овладел ей, стремилась сбросить захребетника — взбрыкнула. Глеб еле усидел, за неимением сидения, и при новом скачке твари полетел наземь. Затем ещё раз и не раз — намял бока. Застонал.

— Пристрелите меня-а-а…

— Твоя "скальп" моя хабар… — подскочил…

— Ёбыр…

Упырь заставил спецназовца встать, и снова забраться на хренозавра.

…И вновь поднялся, отряхиваясь.

— Прирежу… — выхватил он клык, хватаясь дополнительно за бивень.

— Пех — плохой! Смертник не воин — трупак! Воин — призрак! Призрак — тень! Тень — дух! Дух — воздух! Воздух — не взять — ускользать…

В чём-то упырь был прав. И спорить с ним в том, чём он был непревзойдённым мастером — себе дороже.

Пришлось приладить на хренозавра седло — и не то что бы оно и было похоже, но всё же на нём Глеб усидел, как и на твари. Больше монстру не удалось сбросить его, и чудище окончательно уяснило: кто понукает кем в их связке. Сдалось.