Ад

Михонов Сергей

Пожарище в мгновение оказалось вырезано без остатка. Хабар велик, если учесть, какая имелась добыча. А поимели исчадий без меры — люди и упыри.

— Валим! Ходу… — помог Громов освободиться Глебу от пут, стягивающих его по ногам и рукам, из-за чего не пошевелиться, а дёрнешься, петля затянется на шее, и — прощай ад с преисподней, и да здравствует иной мир после очередной смерти! А так не хотелось покидать этот из-за Любы. И должок имелся к живодёрам.

— Не могу! Уходите сами! Я остаюсь с упырями!

— Не сходи с ума! Только не это и не сейчас! Ты нужен мне живым, а не выжившим из ума! Ай да на заставу — моим замом?

— Обязательно —

и как только, так сразу! Но после — слово дал, а сдержу!

— И кому дал — живодёру!

— Казначею-торгашу…

— Да он хуже их вместе взятых!

— Не глупи, а не тупи!

— Валите! Живо! Исчадия вам не простят набега! Готовьтесь к ответному ходу с их стороны! А не пропаду! Долг платежом красен — оплачу всем, что будет в моих силах!

— Да и хрен с тобой! Как знаешь!

— Не поминай лихом, комбат! Авось свидимся!

— Только попробуй не вернуться, я тут такое устрою… и в первую очередь упырям! Ёбыр твою нах…

Упырь-вожак мгновенно откликнулся.

— Отвечаешь мне своим хабаром за его!

* * *

Упырь пытался докопаться до сути истины последнего заявления комбата с дальней заставы Адского легиона, расположенной на переднем крае рубежа с исчадиями по соседству с отродьями.

— Моя хабар — скальп! И принадлежать моя! А твоя — не моя? А его заставить делать моя?

— Не заморачивайся! Ничего нового для тебя, упыря! — парировал Глеб.

— Моя не такой! Упырь — друг примат! Примат — брат! Хабар — пополам! — продолжал Ёбыр ломать голову.

— Отвечаешь за меня ей, и если что со мной — тебя ждёт кровная месть со стороны призраков!

— Моя не предать твоя! Моя предать исчадие! Исчадие не хозяин боле моя! Моя принадлежать своя!..

— Кончай тупить и твоя сводить моя с у-у-у… — затянул Глеб, уподобившись кровопийце.

Его начинало клинить, и было из-за чего, а пришлось ещё и пережить, да непросто. Всё сложно до такой степени, и особенно во взаимоотношении с отродьем, а уж их меж собой и исчадиями — чёрт ногу сломит, а и голову свернёт. Если не сам то тебе по необходимости, спасая собственную шкуру.

Глеб вздрогнул. Мандраж не прошёл, это и были последствия, перенесённого им шока. Когда ему казалось: хуже быть не может — всякий раз ошибался. И с завидным постоянством.

— Всё, больше я на примитивное оружие не поведусь, — намотал он на руку ремень от автомата, сняв с предохранителя.

— Твоя не шуметь, моя чуять ящерозавра!

На пожарище у демонов его не удалось обнаружить — аса среди них. И упырям пришлось искать дикое чудовище пекла в преисподней.

— В следующий раз предупреждай, чего мне ожидать от вас, ублюдков! А те ещё выродки!

— Отродья мы — упыри!

— Кровопийцы…

На том и сошлись вновь, выяснив отношения по урегулированию трений с разногласиями, выказанными в адрес один другого претензиями.

— РЕПТИЛИИ —

Отряд призраков остановился. Поведение животных заставило насторожиться. Ощущение близкой опасности не покидало ни упырей, ни даже людей. Порождения под ними вели себя неестественно — чувствовался нерв и передавался наездникам. Похоже, они и впрямь достигли цели рейда по ближним тылам исчадий. Твари с монстрами хрипели и рычали, стараясь обозначить своё нежелание продолжать движение вперёд, всё время норовили повернуть вспять. И ни понукания, ни хлёсткие удары не помогали заставить их двигаться в нужном направлении диверсантам.

— Приехать, — заявил Ёбыр, спрыгнув наземь.

Глеб

последовал его примеру, подавшись следом за упырём, держа оружие наготове. Хотя вряд ли бы помогло им, столкнись они с тем, на кого собрались охотиться, и кажется, напали на след. Лишь бы крылатое чудовище не нагрянуло неожиданно на них самих. Тогда жди беды — никому не уйти. Даже в землю не зарыться — достанет, где бы ни укрылись. А и негде — кругом голая равнина с редкими холмами при пологих склонах.

Именно такие ощущения и возникли у Глеба подле Ёбыра. Оба при взгляде из-за холма узрели нечто, что не поддавалось описанию на словах, да что там — мысли путались. Они пытались понять, что за чудище попалось им. С привычным стервятником-аспидом демонов-асов не сравнить. Оно не только превосходило его в габаритах тела, но и во всём остальном — размерах чешуйчатого покрытия, коими были покрыты даже крылья, а не как у тех, кого удалось завалить Глебу в своё время — и казались ему выводком-молодняком подобного гиганта.

У упыря и так лексикон русских слов был примитивным, а при виде звероящера он и вовсе позабыл их. На ум вожака отродий приходили разве что предлоги и не всегда "в" и "на", чаще ругательные слова, разбиваемые не то по слогам, не то на предлоги. Заткнулся, стараясь не привлекать внимания столь опасного порождения к собственной персоне.

Глеб не удержался и приложился к оптическому прицелу с "Абакана", тщательнейшим образом разглядывая звероящера, выискивал у того наиболее уязвимые места. И как показала практика: у любого порождения — очи. Но убить это через них проблематично — даже ослепить. Роговицы, защищающие глаза чудища от зноя и жара пекла, покрывали их толстым слоем подстать пуленепробиваемым стёклам, а если учесть его габариты, то и толщина немалая, а соответственно броня крепка.

Последовал выброс языков пламени подобных на столб огненного фонтана.

— Вот это да… — зашептал Глеб про себя.

— Моя жопа рвать! Когти уносить! Своя хабар спасать! Плохой добыча! Наша его! — сполз ниже за склон упырь, чтобы не видеть того, кого лучше не встречать никогда больше — желал поскорее убраться.

— Не дрейфь, ща чего-нибудь придумаем, — уверил Глеб, бросив на словах мимоходом проводнику.

Вспышка огня помогла ему лучше разглядеть чудище. Ноги — это столбы колоннами, а когти — те же бивни у наземных монстров. А уж клыки — они же бивни и метровой длины, а то и двухметровой. На загривке иглы, торчащие точно лезвия копий ромейцев. А глаза размером с их округлые щиты. И брюхо покрыто панцирными пластинами.

— Тут два варианта и оба рискованных — иначе не завалить…

Упырь прислушался к словам человека.

— Моя выслушать твоя — хорошо…

— Одно уязвимое место — это пасть — раскрытая для выброса огненной слизи, а вторая — жопа…

— Его — нам! — уяснил Ёбыр. — Хана…

— Ну не скажи! А если ему крылья повредить или иные конечности — не взлетит! А даже если и взлетит, то не приземлится — не сможет! Это нам поможет! — не разделял его точки зрения спецназовец, хотя сомневался что и калибр 30-мм "вогов" РГ-6. Во-первых, близко не подойти, а во-вторых, сами нарвутся на неприятности. Оставалось положиться на МРО с калибром реактивных снарядов с огнесмесью 72,5-мм. Но опять же прицельная дальность 300 метров, а общая стрельбы — 450 — и то если постараться и с большой натяжкой. Не фейерверки же устраивать, тем более в противостоянии со звероящером. И если не испепелит их своим дыханием, то растопчет или разорвёт мощными челюстями.