Абсолютный враг
Шрифт:
Вадим, собиравшийся еще о чем-то спросить, вдруг насторожился.
— Ну-ка, погасите костер, быстро!
Схватив оружие, он привстал, затем повернулся, всматриваясь в мглистый горизонт, и вдруг, в том направлении, куда смотрел Рощин, облака как будто взорвались, окрестности мгновенно залило ярким светом, исходящим от объятого пламенем объекта.
— Это искусственный аппарат! Он снижается! — Рощин мысленно прикинул траекторию и добавил: — Упадет примерно в полукилометре от нас!
Не успел он завершить фразу, как сияние внезапно пошло на убыль.
— Он
— Это «Х-Страйкер». — Рощин с трудом сдерживал волнение. — Современный аэрокосмический истребитель! Похоже, его преследуют механоформы! Давайте за мной!
— Зачем, Вадим?! Постой! Это опасно! Он может взорваться!
— Там в кабине человек! — Галакткапитан уже бежал по направлению ложбины, куда в рискованном маневре снижался «Х-Страйкер».
Оба андроида ринулись за ним.
Первая, спонтанная реакция на событие едва не стоила Рощину жизни.
Он попытался отсканировать окрестности, на миг погрузившись в иную реальность, и только стремительность от гибели: поскользнувшись, Вадим едва не сорвался с обледеневшего выступа, андроид успел схватить его, огда галакткапитан уже потерял равновесие.
Мир крутанулся перед глазами, зубы лязгнули, от падения на спину, зато рассудок заработал здраво.
— Назад! Кайл!
Серв остановился.
Объятый пламенем «Х-Страйкер» вдруг прекратил снижение по губительной траектории. Рискованный маневр экстренного торможения завершился плачевно для преследователей: истребитель вдруг резко сменил вектор тяги, заложив вираж в горизонтальной плоскости, а две из четырех механоформ не успели отреагировать на неожиданное появление планетной тверди.
В том месте, где Вадим секунду назад предвидел крушение «Х-Страйкера», к небу взметнулись сгорающие в пламени взрывов обломки истребителей Роя.
Мнемоник… Машиной управляет мнемоник! — Рощин вновь включился в сканирование, мгновенно выяснив причину гибели механоформ — человек, управляющий истребителем го прикрывался маскирующим полем, искажающим показания радаров, поэтому противника получали ложные данные относительно расстояния, остающегося до столкновения с поверхностью планеты.
— Подстрахуйте меня! — Вадим отпрянул под прикрытие выступа древнего механизма, продолжая сканирование.
Истребитель один.
Логика события исключала случайность. Одно дело — массированная атака флота, но появление одиночного «Х-Страйкера» фактически у него над головой, теперь вызывало не помрачающую рассудок радость, а скорее внушало подозрение.
Совпадение? Или он ищет именно меня?
Попытка связи успехом не увенчалась. Таинственный пилот, выдерживающий поистине невозможные для человека перегрузки, не откликнулся, а в следующий момент идущая вдоль земли машина вдруг начала набирать высоту, одновременно начиная боевой разворот; два избежавших столкновения истребителя Роя устремились следом, подписав себе приговор слишком прямолинейным, бесхитростным маневрированием.
Воздушный бой длился всего несколько мгновений: «Х-Страйкер»,
Три огненных бутона расцвели в стылом воздухе: один истребитель Роя взорвался в ста метрах над землей, второй, потеряв управление, врезался в склон холма, «Х-Страйкер», оставляя за собой шлейф дыма, начал заваливаться на крыло, и в этот миг отработала аварийно-спасательная катапульта, выстрелив пилот-ложемент по короткой траектории.
Проследив за падением спасательного сегмента, Вадим не обнаружил в радиусе эффективного сканирования других групп истребителей противника и отдал короткий приказ:
— К месту падения! Бегом!
Пилот-ложемент пролетел метров четыреста, упав в ложбине между возвышенностями.
— Осторожно! Следите за окрестностями!
Кайл и Краб повиновались. Воздушный бой и падение обломков аэрокосмических истребителей наверняка привлекли внимание всех обитателей Ржавой Равнины находящихся в радиусе десятка километров, и вскоре на месте крушения механоформ обязательно должны появиться мародеры, представляющие немалую угрозу для малочисленного отряда.
Заняв позиции на вершинах двух соседних холмов, Кайл и Краб взяли на себя контроль подступов, в то время как Вадим, по колено увязая в выпавшем накануне снегу, добрался до покореженного пилот-ложемента.
Человек, зажатый деформированными амортизационными дугами, к его немалому удивлению, находился в сознании и даже смог подать знак рукой, показывая, что жив.
Рощину сразу же бросилось в глаза, что на нем надет обычный гражданский скафандр, причем гермоэкипировка таинственного пилота серьезно пострадала при катапультировании и падении — лицевое забрало шлема разлетелось вдребезги, лишь чудом не располосовав осколками лицо незнакомца.
— Не шевелись! Кости целы? Сейчас помогу выбраться.
Незнакомец лишь слабо усмехнулся в ответ.
В лице ни кровинки. Кожа бледная, что немудрено после таких перегрузок и катапультирования.
Рощин, прекрасно знающий конструкцию пилот-ложементов любых типов, быстро разобрался в системе аварийного сброса амортизационного каркаса. Ему потребовалось меньше минуты, чтобы освободить пилота из плена деформированных дуг. Расстегнув страховочные ремни, он подхватил незнакомца за специальные лямки порванного в нескольких местах скафандра, и оттащил его в сторону.
— Ну, живой?
Тот лишь кивнул в ответ, попытался сгоряча встать, но не смог.
— Лежи! Я сейчас!
Вадим хотел связаться с Кайлом и Крабом, но его опередили трескучие очереди: оба андроида вели огонь из укрытий.
Проклятие… Дикие сервы!
Под склоном холма, справа от Вадима, громыхнули три разрыва.
Незнакомец пошевелился, затем хрипло выдавил:
— Рощин, отводи своих сервов… Я прикрою нас маскирующим полем…
Вадим не стал спорить. Ситуация не располагала. Отдав мысленный приказ Кайлу и Крабу, он дождался появления андроидов и добавил, уже вслух, указав на пилота «Х-Страйкера»: