А потом полюби
Шрифт:
6. Какие планы на выходные?»
Таких вопросов много. Алекс в недоумении. Что за глупости? Кто такое записывает? Он переворачивает страницу, и недоумение его достигает вселенских масштабов.
«Как сделать приятное мужу в постели». Это уже интереснее.
«1. Ласкать: гладить, целовать везде, можно царапать и кусаться (но сначала узнать, нравится ему или нет).
2. Трогать член (зачеркнуто) его достоинство руками.
3. Минет. 1). Облизнуть головку.
2)
3) взять в рот глубже, еще раз пососать.
4) облизнуть языком.
5) постараться взять в рот как можно глубже.
6) сглатывать во время минета.
7) облизнуть яйца (зачеркнуто) его мешочек.
8) помогать себе руками.
9) получать удовольствие от процесса.
Во время минета надо стонать, трогать себя и желательно проглотить сперму (зачеркнуто) его семя. Можно представить себе, что это леденец».
Алексу кровь ударила в голову и еще в одно место, которое он полагал безжизненным до сего момента. Этот омега… он странный.
Алекс убрал все на место, как было, потому что время поджимало. Скоро вернется Микки. Он обдумает все потом…
Микки с ним носится. Готовит вкусные обеды, вывозит на солнышко (которое появляется все реже и реже), читает по вечерам. У Микки тихий, нежный голос, и Алексу нравится его слушать. Он очень крепко засыпает от его чтения вслух.
Микки делает ему массаж. Он уже научился это делать, скоро и курсы закончит. Его руки маленькие и ласковые, и Алекс млеет под ними.
Они спят вместе, но друг к другу не прикасаются. Когда только переехали в этот дом, Микки смущенно сказал:
– Я буду спать с тобой. Вдруг тебе ночью что-то понадобится?
Алекс был не против, хотя до сих пор ему ничего не нужно было. Теперь нужно.
Он смотрит на Микки – когда тот идет в ванную, выходит оттуда в простой белой пижаме с мишками, ложится в постель и читает ему на ночь что-нибудь. Алекс почему-то думает о том, как это было у них раньше. Как они занимались сексом? Ему так хочется прикоснуться к мужу, погладить по бледной щеке… ему кажется, что он был у Микки первым и единственным альфой – настолько невинным тот выглядит.
В эту ночь он спит беспокойно, ворочается. Возбуждение не дает ему расслабиться. Следующей ночью все повторяется. На третью ночь Микки не выдерживает и гладит его по руке, в тишине и темноте спальни слышен его шепот:
– Алекс? Ты в порядке?
Алекс глубоко дышит. Он лежит на спине, возбужденный, наполненный желанием.
– Алекс? – в голосе Микки звенит неподдельная тревога. – Вызвать врача? Тебе плохо?
– Нет, - Алекс хватает Микки за руку и притягивает ближе к себе.
Как он жалеет, что не может повалить Микки на постель и впиться в его губы поцелуем! Как жалеет, что не помнит, как это было, ведь тогда он знал бы, как себя вести.
–
– Тогда что? Может, воды? – и Микки дергается, как будто хочет бежать за водой.
Алекс сжимает зубы. Надо сказать… долго он так не протянет. И Микки ведь его муж! Что в этом такого?
– Микки, - шепчет он, - Микки…
Омега замирает, шестым чувством понимая, что от него нужно. Но он не знает… не знает, что делать.
– Поцелуй меня, Микки, пожалуйста…
Эта просьба, почти мольба, заставляет Микки наклониться и прижаться губами к губам мужа. Он больше ничего не делает – не привык вести. Алекс сам начинает ласкать его языком, проникает внутрь, исследует теплые глубины его рта. Обхватывает его тонкую фигурку, притягивая к себе. Микки не сопротивляется. Он уже лежит на Алексе, когда чувствует, как его рука заползает под пижамные шорты и гладит ягодицы. Микки в растерянности, отстраняется и смотрит на мужа в темноте.
– Что? – спрашивает Алекс. – Ты не хочешь?
Микки смущается и радуется, что не видно его покрасневшего лица. Хорошо, что сейчас темно, он может сказать:
– Как мы будем…?
Этот вопрос заставляет Алекса стонать.
– Тебе придется… сесть на меня верхом.
Микки осматривает тело мужа. Верхом? Он так никогда не делал…
– Я не умею так…
Алекс снова стонет. Он скоро кончит от одного голоса Микки.
– Ты научишься. Иди ко мне.
Алекс притягивает его снова, на этот раз рука уверенно снимает с него пижаму и трусики. Направляет Микки, усаживает на свои бедра. Микки непроизвольно ерзает, чувствуя под собой горячий член.
Алекс тянется рукой к его попе. Оглаживает мягкость ягодиц, проникает пальцами в расселину. Микки сухой.
– Как… мне? – Микки снова ерзает.
– Подожди, - шепчет Алекс. – Поцелуй меня еще.
Он не может так. Микки не готов, ему будет больно. Омега снова прижимается к его губам, на этот раз чуть смелее. Алекс шарит руками по его телу, гладит бока, бедра, сжимает ягодицы. Его пальцы кружат вокруг дырочки, по краям которой уже появилось немного смазки. Но этого недостаточно.
– Приподнимись немного, - просит он, и Микки послушно встает на колени, опирается на локти по бокам от него.
Алекс запускает одну руку между его ног. Маленький полувозбужденный член так удобно ложится ему в ладонь. Он начинает медленные, ласкающие движения – на члене омеге и на его дырочке, поджимающейся и увлажненной. Микки стонет и закатывает глаза от удовольствия.
– Да, вот так, - Алекс хочет видеть это. Жаль, что свет выключен…
Он проникает пальцами внутрь. Микки стонет громче. Там влажно, жарко и тесно… очень тесно. Он медленно растягивает его, целуя нежные губы, не выпуская из ладони член Микки, который стоит так крепко – как у него самого.