А потом полюби
Шрифт:
– Кто сказал, что навсегда? – Кевин заговорщицки улыбнулся. – Летом я собираюсь поехать в Эштонвилль и найти его.
Эти планы воодушевили Микки. Он был романтиком и считал, что настоящая любовь должна все преодолеть.
Он уже мечтал о большем. Пусть пока подходящего альфы в его окружении не было, он мечтал о нем все равно. В своем дневнике он уже тысячу раз написал, каким будет их первый поцелуй и первая ночь.
Это случится после свадьбы, решил для себя Микки. Он будет хранить невинность и подарит ее мужу. И муж это оценит.
А потом у них будут дети. Трое. Альфа и две омеги. Только обязательно похожие на отца, без этих ужасных рыжих волос и веснушек.
Так думал Микки, пока его родители решали судьбу старшего сына. Сандерсы были весьма и весьма обеспеченными людьми. Они владели немаленьким пакетом акций влиятельнейшей и процветающей корпорации «Бриллианс», которая занималась добычей, обработкой и продажей драгоценных металлов и камней. У этой корпорации были свои ювелирные магазины по всей стране, ломбарды, а также побочный бизнес – производство различных безделиц для дома из драгоценного металла класса «люкс».
И в этой корпорации работал некий Алекс Бьюкенен, племянник одного из членов совета директоров. Он занимал весьма важный пост, контролировал Бостонский филиал корпорации. Он был красив, богат, умен и привлек внимание Сандерсов, потому что хотел выкупить их акции «Бриллианс». Все дело было в том, что Алекс Бьюкенен уже достиг того возраста, когда самая пора жениться – ему стукнуло тридцать лет.
– Мы никогда не отдадим замуж Микки, если пустим все на самотек, - говорил папа в один из вечеров.
Они сидели в библиотеке их дома и по заведенному обычаю уделяли время вечерним разговорам о детях.
Отец хмыкнул.
– Надо решиться, - сказал папа и кивнул, как бы подкрепляя свои слова.
Мистер Сандерс подумал, что его муж прав. Микки исполнилось двадцать, пора было решить его судьбу, иначе так и останется незамужним. И на следующий день он пригласил мистера Бьюкенена на деловой обед, где они обсудили условия передачи акций. И свадьбу.
Вечером того же дня Микки вызвали в кабинет отца для обсуждения его будущего.
– Присядь, Микки, - строго сказал отец, глядя на сына поверх очков.
Рядом уже сидел папа и держал в руках носовой платок.
Микки сел, готовясь к разговору. Он думал, что опять где-то провинился, раз его вызвали «на ковер».
– Мы хотим поговорить о твоем будущем. Тебе уже исполнилось двадцать и пора задуматься о замужестве.
Микки покраснел. Он прекрасно понимал, насколько малы его шансы найти свою вторую половину, и чувствовал себя виноватым перед родителями. Из-за того, что никак не может найти себе мужа. Его друг Кевин успел за это время дважды выйти замуж… не то чтобы он тоже хотел дважды. Но тут и одним разом не пахло…
– Мы нашли для тебя подходящую кандидатуру.
Микки воззрился на отца. Они нашли ему мужа?
–
– Но, отец, папа… я его знаю?
– Вы ни разу не встречались, - покачал головой мистер Сандерс. – Но могу тебе с уверенностью сказать, что ты не будешь разочарован. Такого альфу я тебе нашел!
Микки молчал в растерянности. Не так он представлял себе начало бурного романа… но кто сказал, что все должно быть именно так, как он себе представлял? Микки улыбнулся радостно. У него теперь есть жених! Интересно, какой он…
Знакомство наметили на выходные. Алекс (как ему нравилось это имя!) должен был приехать на ужин, и Микки провел перед этим бессонную ночь, а затем не менее беспокойный день. Он никак не мог уложить волосы, наносил на нос тональный крем, чтобы замазать веснушки, выпотрошил весь свой шкаф, теряясь в догадках, что надеть.
К вечеру он был совершенно измучен и похож на привидение. Тоналка сделала его бледным, новая одежда казалась некомфортной, мысли разбежались.
Микки вдруг подумал, что понятия не имеет, о чем разговаривать со своим женихом.
Алекс приехал ровно в шесть, оставив на подъездной дорожке свой черный Мерседес. Микки увидел его высокую фигуру из окна и запаниковал.
Знакомство, в общем, прошло хуже некуда. Алекс принес подарки – букет цветов для Микки, бутылку выдержанного коньяка для его отца и коробку конфет с ликером для папы. Все это Микки, едва получив, уронил на пол.
Такой конфуз сделал его совершенно невменяемым. Он тут же лишился способности членораздельно говорить и отвечал на все заданные ему вопросы непонятным мычанием.
К тому же просто до жути выбил из колеи вид жениха. Едва бросив на него взгляд, Микки понял – ему ничего не светит. Алекс был как недосягаемая звезда на ночном небосклоне, как та комета, что миллиардах миль от Земли несется куда-то. А Микки – маленькое невзрачное существо, на которое звезды, подобные Алексу, не то что не смотрят, они даже не подозревают о его существовании. И тут вдруг они будущие супруги.
От Алекса невыносимо прекрасно пахло. Немного клубникой, немного горьким шоколадом. Микки обожал шоколад.
Он весь ужин просидел как на иголках, не имея сил взять в рот ни крошки. Он даже на Алекса смотреть не мог – боялся, что ослепнет. Так что родители сделали за него всю работу – рассказали, кто он и чем занят в жизни, о его детстве. После ужина отец и Алекс уединились в библиотеке, а Микки, наконец, смог спокойно выдохнуть. Он чувствовал себя невыносимо глупым – еще хуже, чем всегда.
На следующий день он встретился с Сэмом и рассказал ему о своем женихе. Это было странно, что после отъезда Кевина они продолжали дружить, Микки думал, что Сэм терпит его только из-за Кевина. Как оказалось, он ошибался, и Сэм стал ему лучшим другом в отсутствие Кевина.