89-Я
Шрифт:
– Зачем? – но сдерживаюсь.
– Если вывозят за территорию, то обследовать трупы. Попытаться отбить одного, нам нужен тот, кто был внутри.
Отчаянная баба! Ты хоть раз пыталась кого-то у них отбить?! А я знаю, что это такое!
– Есть явные визуальные признаки зараженного вирусом?
– Глаза. Белесые глаза, как у варенной рыбы.
– А кроме этого? Это все? Речь? Движения? Что мы вообще знаем о вирусе? Понятно, что воздушно-капельным путем он не передается, но как конкретно? Нужно выяснить как можно больше об этой заразе.
– Что речь? Я с ними беседы не вел!! – раздраженно.
–
– Эля, ты спятила?! Где ты будешь его держать? Ты отдаешь отчет, что подвергнешь опасности не только себя, но и всех. Все завязывай! Спи. Сама сказала, что вставать рано. Все отбой! Достаточно разговоров на сегодня. Я спать.
Укрыл голову одеялом, не желая дальше разговаривать. Ненормальная, до чего она еще додумается, на чай их пригласить?! Но все-таки я ей восхищался. Она зрит в корень, не как принцесса, а как солдат. Не удивлюсь, если сама им в плен сдастся, ради любопытства. Дурость, граничащая с безрассудностью.
– Мне нравится, как ты зовешь меня Эля, так мама только звала.
Чувствую ее тоску, печаль и еще что-то, отчего-то стало больно дышать и появилось волнение. Что-то в ее голосе. Я и не заметил, что так назвал. Вырвалось как-то само.
– Вейл, – зовет тихо, напряженно, но нежно. Мурашки по спине.
Не отвечаю, пусть спит, хватит болтовни. Зовет еще пару раз, не реагирую. Мне уже мерещится, что она рядом стоит. Ах нет, не мерещится. Потрясла за плечо легонько.
– Вейл, я сама к тебе пришла, – тихо и взволнованно.
– Молодец, что пришла. Спи, давай, – раздраженно я.
Я понял это как то, что она согласилась идти со мной обратно, согласилась ночевать здесь. Поэтому так и ответил.
– Ты не понял. Я пришла к тебе. Сама. Вейл. Сама.
До меня медленно начало доходить, что она имеет в виду. Внутри все сжалось в комок, а потом захлестнуло волной эмоций. Этого просто не может быть! Это сон? Мне показалось? Я окаменел аж весь.
– Вейл, посмотри на меня, – очень сладко и эротично.
Блядь! Меня словно подкинуло, сдернул одеяло и сел. От моих резких движений она отступила на шаг. Смотрю на нее и не могу поверить, а внутри уже все дрожит от возбуждения и предвкушения. В одной моей футболке, ноги голые, волосы распушены, а глаза горят, губы поджаты. Между нами наэлектролизовался воздух до такой степени, что одно движение и взрыв. Я не двигаюсь, она тоже. Боюсь спугнуть удачу, дышу то через раз. Понимаю, что она ждет малейшего знака от меня. Если я хоть что-то сделаю не так, пиши пропало. А внутри все огнем горит. Я хочу и боюсь этого одновременно. Думаю, она тоже.
– Эля, – не узнаю свой голос, – Ты уверена?
– Да. Я хочу, – очень тихо, но я расслышал, – На меня еще никогда так никто не смотрел как ты, – и маленький нерешительный шажок ко мне стройной ножкой.
Во мне щелкает сдерживающий блок. Вскакиваю и к ней, подхватываю на руки и впиваюсь в ее губы. Обхватывает ногами меня за талию, руками за шею, отвечает с не меньшей страстью. Все мозги отдыхают, я добрался до запретного. Сжимаю, глажу, целую. Перемещаемся на кровать. Раздеваю, боже как она прекрасна, дурею еще больше, я могу прикасаться к ней. Я касаюсь, а ей нравится. Это крышесносно. Кайфую от того, что ей ласкать меня доставляет не меньшее
Бадлею от нее. Как пьяный. Не нацеловаться, не надышаться, не натрогаться не могу. Как насчет язычка? Я всю тебя готов изнежить и вылизать, всю до последнего сантиметра. Устраиваюсь между ее ножек. Полетели детка!
Мы летали всю ночь, практически без перерывов. Она бесподобно кончает, а я хотел это видеть снова и снова. Вдыхать и впитывать каждый ее оргазм и стон. Нет границ и рамок, полное доверие во всем. Я даже сам не знал, что способен на такое, так открыться кому-то. Всей душой. Сексуальное помешательство, но и духовное единение у обоих. Она убивала меня смесью похоти и трепетности. Возбуждала до максимальных оборотов и держала на них, долго держала, не давая расслабится. Я плавился и изнемогал, до нее ни с кем так не было. Она пахла как ангел. Кожа, волосы, губы. Ощущалась как ангел. Ангел, который присвоил мое тело и душу, клеймил и припечатывал к себе. Она умела жадничать и одновременно не торопиться. Хотеть так, что все трещало и искрилось вокруг. Касаться нежно, вымеряя каждый шаг, жест, взгляд, расплавляя меня этим в лужу. Она проникла в меня везде, где только можно проникнуть. Быть ненасытной, но и утопить в своей нежности и любви, утопать в ней со мной вместе. Сдаваться мне и тут же снова завоевывать с новой силой. Никогда не знал такого, ни с кем никогда такого не испытывал. Я пропал. Любили пока не выдохлись оба полностью. До последней капли.
Конец ознакомительного фрагмента.