8-й день недели
Шрифт:
– Валер, ты чё?
Однако тот знаком попросил тишины и продолжил, ещё сильнее убавив тон:
– Сань, сделай вид, что завязываешь шнурок. И, Бога ради, не смотри на меня.
Марченко повиновался.
– Чё случилось? – и сам перешёл на шёпот.
– Слушай, тут такое дело, – судмедэксперт отвернулся и явно не находил себе места, – не знаю, с чего начать.
– Начни с начала. – Процедил сквозь зубы Марченко, понимая, что сидеть и делать вид, будто завязываешь шнурок, до бесконечности невозможно. Скоро это привлечёт
– То, что скажу, не лезет ни в какие ворота, Сань. – Медик облизнул пересохшие губы. – Ты посчитаешь меня идиотом.
Дрожащий, растерянный голос и вправду говорил, что стряслось нечто неординарное.
– Я посчитаю тебя идиотом, – зашипел Марченко, – если ты и дальше продолжишь держать меня в этой позе.
– Меня убедительно попросили держать язык за зубами… – Судмедэксперт мельком глянул в сторону людей в штатском. Всецело занятые собой, те не обращали на них внимания. – Ты понимаешь, если что, буду отрицать всё, что сейчас тебе сказал?
Марченко начал терять терпение.
– Валера, я не идиот и всё прекрасно понимаю!
Не тяни резину, Айболит.
– Ладно! – Выпалил, собравшись с духом, медик. – Готов поклясться дипломом, что молодая женщина, тело которой обнаружено у входа, умерла как минимум за три месяца до того, как сгорела!
Пролог. O`кей, Google
Ключ заело в скважине. Марченко, чертыхнувшись, сбросил с плеча тяжёлую сумку и принялся корпеть над замком. И после нескольких безуспешных попыток неудача отошла в сторону. Но, только переступив порог, сразу досадливо вспомнил, что забыл купить хлеб.
Теперь понятно, почему дверь так долго сопротивлялась.
Ладно, перебьюсь как-нибудь. Сегодня был трудный день.
Ни сил, ни желания идти в магазин не было. Даже на чувство голода наплевать. Впрочем, оказавшись в пустой стылой квартире, он снова почувствовал тоскливое желание поскорее отсюда срулить. Неважно, куда. Лишь бы к живым, доброжелательно настроенным, людям.
И действительно, как подорвался средь ночи на пожар элитного особняка, оказавшегося полным сюрпризов, так только сейчас, спустя без малого сутки, удалось приковылять домой.
Наша служба и опасна, и трудна. Бл… ть. Может, написать рапорт по собственному?
Хорошо, хоть на сегодня отгул дали. И то, не факт, что не вызовут по неотложке.
Надо срочно спрятать фотографии!
Из отделения полиции Марченко поехал в «гости» к Евгению Васильевичу, прямиком в Следственное управление.
Тот, недаром что фсбшник, залез полицейскому на шею и не слезал полдня.
Вместо того, блин, чтобы выполнять свою работу на месте происшествия.
Евгений
Причём бедолага этого даже не поймёт.
Главное – уметь читать между строк. То есть мыслить интуитивно логически.
– Можно взглянуть на ваш телефон? – неожиданно попросил хозяин кабинета.
– Пожалуйста. – Марченко пожал плечами и протянул тому дешёвый китайский мобильник, в котором отсутствовала даже камера.
Чекист удивлённо вскинул брови.
– Смотрю, вы аскет в том, что касается современных гаджетов.
Идиот. Я просто вставил сим-карту в другой девайс, потому что в первом сдох аккумулятор.
– Главное – звонит. – Отмахнулся полицейский. – И ладно.
– Он у вас единственный? – Полюбопытствовал фсбшник. – Или есть ещё?
Напускное дружелюбие хозяина кабинета диссонировало со строгостью одежды и вообще не вводило в заблуждение. Но врать не имело смысла.
– Ещё один имеется, – непринуждённо ответил Марченко.
Второй телефон, хранящий снимки с особняка, потяжелел и оттягивал карман.
Пипец, попадалово. В кармане двадцать карточек компромата. Надо было оставить эту трубу в сейфе кабинета.
Однако следующая мысль отрезвила.
Возьми себя в руки и не раскисай.
Евгений Васильевич подошёл к окну и тоскливо посмотрел на продрогшую улицу.
– А как он называется, если вам нетрудно вспомнить?
Марченко ощутил, как сильно напряжён. И выдохнул, расслабляя тело.
– Самсунгом его родители нарекли.
Чекист перестал лицезреть сбегающие по стеклу капли дождя и улыбнулся неожиданно широко.
– Вижу, с чувством юмора у вас полный порядок – это главное в нашем деле. А название модели какое?
– Гелекси, – машинально ответил полицейский, занятый мыслями о том, что именно хотел сказать собеседник обобщающим словом «нашем».
Евгений Васильевич хотел было что-то сказать, но передумал и лишь кивнул головой.
– Хорошо. Я понял.
Марченко закусил нижнюю губу.
Ты сейчас подумал о том, что я соврал, когда сказал, что для меня главное – лишь бы телефон звонил.
После нескольких часов непринуждённого общения с перерывами на кофе, хозяин кабинета с дежурной улыбкой объявил разговор оконченным, пожал руку Марченко и посоветовал тому оставаться на связи.