8-й день недели

Дальний

Пламя колыхнулось и недовольно затрещало. Повеяло холодом и тревогой. Псиведьма опустила глаза и побледнела.

– О Боже...этого ещё не хватало!

Колганов проследил за её взглядом, но ничего не понял.

– Что случилось?

Вместо ответа девушка схватила его за руку и потащила назад.

Они попятились и успели сделать несколько шагов, когда продолжающий недоумевать

молодой человек повторил вопрос.

– Смотри внимательнее!
– Голос Псиведьмы звенел от напряжения. Она указала рукой направление.

И через мгновение он, всмотревшись в пол, понял причину её страха: по гладкой каменной поверхности скользила длинная человеческая тень. А оторвав взгляд, журналист почувствовал, как его прошибает холодный пот...

Призрак!

... фигура, которая должна отбрасывать тень, отсутствует.

Из пустоты раздалось громкое шипение, и через секунду перед ними выползла огромная чёрная змея, отбрасывающая человеческую тень. Шелест чешуи задевал и без того натянутые нервы. Пламя костра плясало в жёлтых глазах с узким вертикальным зрачком. Пресмыкающееся подняло голову, выбирая жертву для первого броска.

Колганов инстинктивно прыгнул вперёд, вставая перед Псиведьмой и защищая девушку собой. На мгновение острая боль прошила тело, а в глазах потемнело. Разом навалившаяся тяжесть потянула вниз, захватывая не только тело, но и сознание. Он пытался сопротивляться, но чувствовал, как нить реальности ускользает из рук. Затем тьма неторопливо обступила и накрыла собой.

Угольное тело обвило клубком бездыханное тело журналиста. Псиведьма подскочила и изо всех сила пнула чёрную лоснящуюся голову.

– Тварь ты поганая! Он не твой!
– Девушка чувствовала, как умирает страх, а его место заполняет благородная ярость.
– Слышишь? Ему на роду написано жить!

Змея отвлеклась от мужчины и переключила внимание на нового раздражителя. Длинный раздваивающийся язык сканировал пространство, в то время как жёлтые глаза оценивающе изучали Псиведьму.

Девушка бесстрашно шагнула вперёд. Пресмыкающееся, не раздумывая, совершило второй стремительный бросок, и впилось ядовитыми клыками в протянутую руку. Превозмогая боль и упругое сопротивление гада, Псиведьма начала наматывать того на разом онемевшую руку.

Сознание помутнело, в ушах стоял неимоверный звон. Ещё немного, и она сдастся... Взгляд упал на лежащего в бессознательном состоянии дорогого сердцу человека, и это зрелище разом придало силы. Сцепив зубы и изнывая от тяжести пресмыкающегося, Псиведьма сделала первый неуверенный шаг.

Затем второй. И третий.

Дорога казалась неимоверно

бесконечной. Кровь, стекая, оставляла причудливый витиеватый след.

След жизни. Или смерти.

Сил удерживать смертельную ношу не осталось. Ещё секунда, и она уползёт во тьму, оставляя их умирать. Все старания пойдут прахом. Пси хотела заплакать от обиды, но слёзы высохли. И доселе сторонящееся, невидимое небо пришло на помощь...

Или костёр

...Змея обвила тело девушки, тугими кольцами сжала грудь. Дышать стало невозможно, но это было нестрашно. Главное - пресмыкающееся само на ней держится. Значит, идти можно быстрее и увереннее.

Четвёртый шаг, пятый, шестой...Становилось жарче...

Псиведьма давно лишилась возможности дышать. Яд разливался по телу, и она чувствовала, как неумолимо подпадает под власть змеи. Но цель замаячила совсем близко.

И девушка улыбнулась. Вымученной, выстраданной и больше напоминающей гримасу улыбкой. Но искренней.

Эта улыбка дорогого стоит

Зрачки в жёлтых глазах расширились, когда тварь осознала, что должно произойти. Она злобно зашипела и попыталась слезть, но цепкие женские руки не дали это сделать. В последней попытке, намереваясь сломать шею человеку, веретенообразное тело сжалось.

Из пасти вырвался протяжный, полный ужаса человеческий крик.

Псиведьма зажмурилась и шагнула в костёр.

Эпилог. "9-й день недели"

Солнце ярко светит, и вставать совсем не хочется. Мысль о том, что рано или поздно, но покинуть тёплую постель всё же придётся, вселяет тревогу и неудовольствие. Не то, чтобы вставать лень, в конце концов, это приходится делать ежедневно. Просто иногда так бывает: лежишь, вроде хорошо выспался, но каждая клеточка тела кайфует оттого, что не напрягается. Вот бы встать и сварить кофе, или сделать зарядку...на худой конец, открыть любимый браузер - ан нет, ни-а-хо-та. И, чтобы прогнать мысли об этом, он начал размышлять о другом.

Никому неизвестный провинциальный журналюга, за короткое время сделавший карьеру и ставший главредом. А что? "8-й день недели" - неплохой журнальчик. И материал он гонит тоже не второсортный. Во всяком случае, всегда актуальный. Вот, к примеру, взять любое крутое уважаемое издание. Сегодня его статьи в тему. А завтра устарели, покрылись плёночкой несвежести. А "8-й день"? Листаем самый первый номер...таак...Да! Так и есть! Любую статью можно без правки перепечатывать в номере последнем. А ведь прошло немало лет. Более того, и через сто лет, двести можно проделать то же самое. В этом то и прелесть журнала, главным редактором которого он стал.