8-е Признание
Шрифт:
— Коробка пронумерована? Подписана?
— Должна быть в самом начале. Думаю, во втором или третьем ряду с правой стороны…
Я уже размышляла, как помчусь наверх, чтобы получить ордер на обыск квартиры Джонсон, когда мой мобильник зазвонил. Бренда, наша помощница, прокричала в микрофон:
— Линдси, двое старых знакомых…
Дверь комнаты для допроса распахнулась, и внутрь ворвались два джентльмена.
Билл Табокс, в голубом летнем костюме из индийского льна и бело-красном, в горошек, галстуке, выглядел так, словно забыл свою шляпу в «роллс-ройсе». Фенн имел такую ровную
Фенн оглядел комнату, увидел свою клиентку и сказал:
— Норма, замолчите. Мы — ваши адвокаты, а этот допрос закончен.
Глава 104
Я сидела у Конклина в частной палате госпиталя с видом на парковку. Он был бледен, влажные волосы прилипли ко лбу, но заразительная улыбка и выдаваемые напарником шутки стали для меня хорошим знаком.
Я придвинула кресло к его кровати.
— Ты ведь не злишься, верно, Рич?
— На что? Потому что ты арестовывала Любимицу, пока я лежал, как тюфяк? Почему я должен злиться? Брось, Линдси, — произнес он, глядя на меня своими карими глазами. — Прищучить эту ненормальную, даже если бы меня не оказалось в самый триумфальный момент, — вот что важно. Сестра! Мне нужно несколько капель цианида, срочно.
Я засмеялась. Рич выдержал нападение ужасной змеи Нормы и уже только за это был героем. Он выжил, а еще оба наших полицейских значка — и Маккоркла тоже — были начищены до блеска за передачу Нормы Джонсон во власть окружного прокурора.
Именно в такие моменты нам хотелось сказать: «Хорошо быть полицейским».
Санитарка внесла поднос с едой специально для нашей ранней пташки, Конклина, а пока он гонял кашу по тарелке, я рассказала ему о своем возвращении в дом Любимицы.
— Ребята из команды по отлову животных сказали мне, что в доме теперь чисто; но как они могли быть уверены, что собрали всех змей до последней? Я вошла на цыпочках, Рич, и даже не уверена, что мои ноги касались земли.
Конклин усмехнулся:
— Ты — смелая девочка, Линдси.
— Я схватила эту сумку, захлопнула за собой дверь и нашла ключи. Пятьдесят из шестидесяти двух были медными и с округлой головкой.
— Хоть один подошел к замку?
— Ты куда-то спешишь? — спросила я.
— Нет, нет. Не торопись.
Я снова засмеялась, радуясь, что Конклин покинет этот дом скорби, едва док даст свое согласие.
— Я встретила Маккоркла в хранилище около секции Любимицы, — продолжила я. — Он захватил с собой из лаборатории своего молодого помощника. Мы открыли дверь и уставились на ряды картонных коробок. Помощник начал снимать коробки, а мы с Маккорклом пролистывать лежащие в них папки, пока, через пять часов, не нашли одну с надписью «Натараджа». Оказалось, что Натараджа — это имя одной индийской богини, носящей на плечах кобру. Компания «Натараджа экспорт» занимается продажей ядовитых рептилий.
— Линдси, ты — чудо.
— Да, так и есть. Я обнаружила переписку между мистером Радхакришна из «Натараджа экспорт» и Кристофером Россом, президентом «Пасифик Карго лайнс». И еще нашла счет за покупку ящика крайтов, датированный январем восемьдесят второго.
— Этот
— Маккоркл считает, что его смерть стала несчастным случаем, возможно, самоубийством. Мы никогда не узнаем, но одно точно: Норма Джонсон будет осуждена на шесть пожизненных сроков, а Маккоркл закрыл свой «глухарь».
Я как раз хлопала моего напарника по ладони, когда в палату ворвалось белокурое торнадо с коробкой, перевязанной ленточкой, и связкой наполненных гелием воздушных шариков.
— Привет! — воскликнул Конклин, изрядно повеселевший.
— И тебе привет.
Улыбаясь, Синди поздоровалась со мной, поцеловала Конклина, обняла его и, бросив ему на живот коробку, потребовала ее открыть.
— Это купальный халат, — сказала она. — Не хочу, чтобы кто-нибудь, кроме меня, любовался твоей попкой.
Конклин покраснел и засмеялся. Пока он развязывал ленту, я сказала:
— Похоже, мне намекают, что пора уходить. Надеюсь, увидеть тебя завтра в отделе, дружище.
Я поцеловала Конклина в щеку, обняла свою неугомонную подругу и вышла из палаты. По дороге я думала: «Синди и Рич подходят друг другу».
Действительно подходят.
Глава 105
Этим вечером едва Клэр, Юки и я вошли в двери «Сьюзи», как вырубилось электричество, вмиг погрузив зал в сумрак. Посетители натыкались друг на друга, заказывали пиво, пока оно еще не успело нагреться, а ударник продолжал петь без микрофона, повысив свой приятный голос: «Соль, чай, рис и вяленая рыба — отменны, а ром шикарен в любое время года…»
Мы втроем прошли в глубь зала и заняли наш столик, оставив место и для Синди, которая сейчас доставляла Конклина вместе с его новым халатом домой.
— Она хотя бы придет? — спросила Юки.
Мы с Клэр одновременно пожали плечами. Юки рассмеялась, а Лоррейн поставила на наш столик свечи. Она принесла нам кувшин пива, большую миску чипсов и соусник с сальсой, сказав:
— Это весь ужин, пока не дадут электричество.
В отсутствие Синди я рассказала Клэр и Юки о признании Любимицы и о раскрытии «глухаря» Маккоркла.
Клэр подхватила тему, сообщив о повторно проведенной аутопсии тела Оливера Маккензи.
— Следы от укуса нашлись прямо над лопаткой, — радостно добавила она. — Этих проколов никто бы не заметил, если бы не искал прицельно.
Тут влетела Синди и направилась к нашему столику. Она запыхалась, но сияла, как рождественская елка. Синди села рядом с Юки. Лоррейн принесла нам еще один запотевший кувшин пива и сказала:
— Мы закрываемся, леди. Это последний и за счет «Сьюзи».
Я наполнила бокал Синди, и та подняла его за нас всех:
— За вас, девчонки, за спасение жизни Ричи.
— Что? — переспросила Клэр.
— За тебя, Клэр, потому что ты рассказала доку о крайтах. Иначе он не заказал бы антивенин. За тебя, Линде, потому что ты наложила жгут и объяснила ему, что следует делать.
— Ты еще полицейскую академию поблагодари. Что бы я ни сделала для Конклина, он сделал бы то же самое для меня. Это значит быть напарниками.