8-е Признание

Паттерсон Джеймс

Теперь она стала знаменитостью.

Каждый хотел с ней познакомиться, поговорить. Они ее и боялись, и боготворили.

И здесь она чувствовала себя королевой. В первый раз в своей жизни она оказалась там, где ей место.

Норма лежала, уставившись на дно верхней койки, и проецировала

свою жизнь на этот чистый экран. Она вновь переосмысляла те ключевые моменты, которые сделали ее такой, какая она есть, вспоминая самые яркие и рассказывая себе собственную историю.

Особенно она любила вспоминать то, о чем никому не рассказывала: дни, когда отец приводил ее в свой особняк на Ноб-Хилл и там никого больше не было. Он показывал ей змей, размещенных в специальной комнатке, пояснял, как с ними обращаться и как они могут убить.

Она помнила, насколько сильно тогда его любила. Как она его обожала. Но конечно, у нее оставались вопросы. Почему он не мог ее полностью признать?

Ее мама обычно находилась на первом этаже, управляясь с пылесосом в гостиной. Почему папа не выкинет свою жену? Почему он не сделал Норму и ее мать своей настоящей семьей, если любит их так сильно?

А потом все случилось.

Вошла его жена, увидела Норму рядом с отцом и впала в ярость.

— Нет, Крис. Не здесь. Я же говорила тебе. Никогда не приводи девчонку в мой дом.

— Да, дорогая. Прости, дорогая, — только и ответил ее папочка.

Норма держала в руках змею, оставляя ее челюсть открытой с помощью большого и указательного пальцев, в точности как учил папа.

Но в тот миг на его лице появилась паника.

— Мне нужно убрать тебя отсюда, — сказал он. Словно она была мусорным ведром, а не его плотью и кровью. Не его дочерью.

Не потомком дочери сенатора и самого уважаемого жителя Калифорнии.

Она нырнула под его руку, пробежала мимо «ведьмы» и бросилась вниз, в хозяйскую спальню. И там положила крайта под покрывала, где темно и укромно, как нравится змеям. Она думала, оставляя змею, что его жена умрет, — но прекрасно понимала, что и отец спит там же.

Папа нашел ее в хозяйской ванной и хлопнул дверью.

— Поторопись! — кричал он.

Это были последние слова, сказанные ей. Она выскочила из ванной. Выбежала из дома и несколько часов просидела на обочине.

Она рыдала, когда он умер.

А после все изменилось. Но она не жалела. Она заступилась за себя, и теперь жизнь снова наладилась. Все ее нужды удовлетворялись. И она была самым плохим и самым важным здесь обитателем. Ее здесь уважали.

— Тебе тут нормально, Норма? — спросил охранник, выпуская Норму и Бернадетту на прогулку во двор. Ключи клацали, и этот звук ее успокаивал.

— Прекрасно, — ответила Норма Джонсон, улыбнувшись ему. — Лучше не бывает.

От автора

Мы благодарны всем тем профессионалам, которые не пожалели своего драгоценного времени и поделились опытом: капитану Ричарду Конклину, доктору Хамфри Германюку, Чаку Ханни, Микки Шерману, Филиппу Хоффману, доктору Марии Пейдж, Тиму Хеттриху и Ребекке Дилиберто.

Особая благодарность Мэриллен Данкенбринк за автобусный рэп, Крису Куперу, Нарайану Радхакришнан и нашим двум замечательным помощницам: Линн Коломелло и Мэри Джордан.