8-е Признание
Шрифт:
Клэр ничего этого не знала.
Нужно ей позвонить.
Глава 58
Глаза Рича постепенно привыкли к приглушенному свету в квартире Синди. Он был здесь полтора года назад, когда в здании поселился убийца-психопат. Та ситуация весьма сильно отличалась от сегодняшней.
Они с Синди были одни. Выпили. И Синди суетилась возле своей навороченной кофе-машины, словно действительно собиралась сделать им кофе.
Как такое произошло?
Желаемое становилось действительностью?
Пока
Он не мог думать о грядущем.
Он не планировал этого.
— Как зовут твою птичку? — спросил он, подходя к большой клетке, стоявшей на столе рядом с окном. Птица была персиково-белая, с покрытыми чешуйками лапками и черным клювом.
— Красуля, — сказала Синди, подходя к Ричи. Она встала так близко, что Рич чувствовал, как ее грудь касается его спины. — Он выглядел таким одиноким в зоомагазине…
Рич повернулся к Синди лицом, и ее руки обвили его шею. Он прижал ее к себе и поцеловал.
Это был потрясающий первый поцелуй — они не столкнулись носами, не помешали друг другу зубами. Рич вдыхал запах цветов, ощутил дынный аромат блеска для губ и привкус белого вина. Миниатюрное стройное тело Синди прижималось к нему, заставляя чувствовать себя так, словно он сейчас вырвется из одежды, подобно преобразившемуся Халку, как вдруг Персик прокричал: «Убить сучку! Убить сучку!»
— С ним дурно обращались, — тихо сказала Синди, тая в его руках, а ее глаза словно говорили: «Отнеси меня в спальню».
— Это очень плохо, — ответил Рич.
Он запустил руку ей в волосы, снял заколку со стразами, и светлые пряди заструились водопадом.
Синди простонала.
По-прежнему не отходя от клетки, Рич вытащил у нее из ушей бриллиантовые гвоздики и положил их на стол, глядя, как румянец заливает ее лицо и опускается вниз, к вырезу джемпера. Ее дыхание участилось.
Синди ухватилась руками за его ремень.
Он снова ее поцеловал, и она застонала.
— Ты немного торопишься, Рич, но продолжай. Не останавливайся, — сказала она, открыв свои затуманившиеся голубые глаза.
Он усмехнулся:
— Как насчет перерыва на кофе?
— Позже, — ответила она и, схватив его за руку, потащила через гостиную в спальню.
Оказавшись в спальне, она включила лампу с розовым плафоном, стоявшую рядом с кроватью, встала перед ним и подняла руки вверх, словно маленькая девочка. Он стащил с нее джемпер и пробежался пальцами по груди, грозившей выскользнуть из розового кружевного бюстгальтера. Ее соски затвердели.
Она отбросила бюстгальтер в сторону, потом села на кровать и стянула брюки. Он вытащил рубашку из-за пояса, а Синди наклонилась к нему, чтобы помочь расстегнуть на ней последние пуговицы. Вытащив ремень, она обняла его за талию, прижавшись щекой к ширинке.
Его одежда полетела в угол комнаты,
Маленькая неловкая заминка — пока Синди разыскивала в тумбочке заветный серебристый пакетик и разрывала упаковку зубами, — и вот он уже занимается любовью с красивой блондинкой, протяжно стонущей прямо ему в ухо. Он крепко сжимает ее, пока волна наслаждения не захлестывает его, и он кричит в подушку.
Рич проснулся через некоторое время от зазвонившего рядом на тумбочке телефона. Синди, лежавшая в его объятиях, прошептала:
— Давай не будем говорить Линдси.
— Почему?
— Она все испортит.
Рич кивнул — сейчас он готов был согласиться с чем угодно. Из телефона раздался голос Юки, записываемый на автоответчик:
— Синди. Синди, возьми трубку. Где же ты? Мне нужно с тобой поговорить. Черт! Позвони мне, ладно? Целую.
Положив одну руку ему на щеку, Синди опустила вторую вниз и нежно его погладила, выдохнув в ухо:
— Ричи? Ты останешься?
Глава 59
В семь пятнадцать утра мы с Клэр, сгрудившись возле ее рабочего компьютера и даже не попив кофе, читали письмо, присланное Клэр по электронной почте ведущим герпетологом, Мишель Ку.
Клэр читала вслух:
— «Дорогая Клэр, два из наиболее известных семейств ядовитых змей — это аспиды и выперы, их еще называют гадюки. Крайты относятся к аспидам. Их яд — нейротоксин; он действует быстрее, чем яд гадюк, и трупы после него имеют абсолютно нормальный вид».
— Действительно, абсолютно нормальный, — сказала я, буквально дыша Клэр в плечо. — Словно музейный экспонат.
— «Укусы крайта часто безболезненны, — продолжала читать Клэр. — И это вселяет в жертв ложное чувство безопасности».
— Так вот почему Бэйли не позвали на помощь.
— Я тоже так думаю, Линдси. Или они даже не понимали, что находятся в опасности. В крови Бэйли обнаружено много алкоголя, как и в крови Нидльман. Говоря медицинским языком, они были мертвецки пьяны.
Вот смотри, — продолжила Клэр, — Мишель пишет: «Возможные симптомы после укуса могут включать резь в желудке и головокружение, расширенные зрачки, бессвязную речь, сердечную аритмию, неспособность сглатывать, нарушение дыхания и впадение в кому. Смерть может наступить через шесть — восемь часов».
Я перестала читать и устремила взгляд на фото крайта — такого же красивого аспида, как и тот, что я видела на фотографии в деле об убийстве Кристофера Росса.
— Мишель говорит: «Смерть наступает вследствие действия нейротоксина, парализующего мускулы». Вот это основной момент, подруга. Мускулы не могут работать. Поэтому жертвы не могут дышать. А нейротоксин разлагается так быстро, что, даже зная, что нужно искать — а мы ведь не знали, — по токсикологической экспертизе не найдешь.