7 историй для девочек
Шрифт:
Когда закрылась дверь, Екатерина и Ортон оказались в темном коридоре. Так они прошли шагов двадцать – Екатерина впереди, Ортон сзади. Вдруг Екатерина обернулась, и мальчик увидел то же страшное выражение лица, какое видел десять минут тому назад. В темноте казалось, что ее круглые, как у пантеры или кошки, глаза испускали пламя.
– Стой! – приказала она.
Ортон почувствовал, что у него по спине забегали мурашки: каменный свод обдавал холодом, как ледяной покров; пол казался мрачным, как могильный камень; взгляд королевы-матери,
– Где записка, которую тебе поручили передать королю Наваррскому?
– Передать записку? – спросил Ортон.
– Да, передать или, в случае его отсутствия, сунуть за зеркало?
– Мне, мадам? Я не понимаю, о чем вы говорите.
– Записку, которую дал тебе де Муи час тому назад за Арбалетным садом.
– У меня нет никакой записки, – ответил Ортон. – Ваше величество, наверно, ошиблись.
– Лжешь! Отдай записку, и я исполню обещание, которое тебе дала.
– Какое обещание, мадам?
– Я тебя сделаю богатым.
– У меня нет записки, мадам, – повторил мальчик.
Екатерина заскрежетала зубами, но сейчас же пересилила себя и улыбнулась.
– Отдашь записку – получишь тысячу экю золотом, – сказала она.
– У меня нет записки, мадам.
– Две тысячи экю.
– Невозможно! Коль ее нет у меня, как же я ее отдам?
– Ортон, десять тысяч!
Ортон видел, как ее злоба, поднимаясь изнутри, приливала к лицу, тогда он подумал, что единственный способ спасти своего господина – это проглотить записку. Он поднес руку к карману. Екатерина поняла намерение Ортона и остановила его руку.
– Брось, мальчик! – сказала она весело. – Хорошо, я вижу, ты человек верный! Когда короли хотят иметь при себе близкого слугу, бывает неплохо удостовериться, способна ли его душа на преданность. Теперь я знаю, как себя вести с тобой. На, возьми мой кошелек как первую награду. Ступай и отнеси эту записку твоему господину и скажи ему, что с сегодняшнего дня ты у меня на службе. Ступай, ты можешь выйти без меня в ту же дверь, в которую мы сюда вошли; она открывается к себе.
Екатерина сунула кошелек в руку ошеломленного юноши и, сделав несколько шагов вперед, приложила свою руку к стене.
Ортон продолжал стоять в нерешительности. Он не мог поверить, что налетевшая на него гроза пронеслась мимо.
– Ну, чего ж ты так дрожишь? – спросила Екатерина. – Ведь я тебе сказала, что можешь уйти свободно и совсем, а если захочешь вернуться, то место тебе обеспечено.
– Спасибо, мадам, – ответил Ортон. – Значит, вы меня прощаете?
– Больше того – я даю тебе награду! Ты хороший разносчик любовных записок, милый посланец любви; но ты забываешь, что тебя ждет твой господин.
– Ах да! Верно! – сказал юноша и побежал к двери.
Но едва он сделал три шага, как пол исчез под его ногами. Ортон оступился, распростер
– А теперь, – сказала Екатерина, – из-за его упорства мне придется идти сто пятьдесят ступенек вниз.
Екатерина поднялась к себе, зажгла потайной фонарь, вернулась в галерею, поставила рычаг на место, отворила дверь на витую лестницу, казалось, уходившую в недра земли, и, сгорая от любопытства, разжигаемого чувством ее ненависти к Беарнцу, спустилась до железной двери, которая вела прямо на дно провала.
Там, упав с высоты ста футов, лежал разбитый, исковерканный, окровавленный, но еще трепещущий Ортон. За стеной слышалось журчание Сены, воды которой, просачиваясь под землей, подходили к самому основанию лестницы.
Екатерина ступила в эту вонючую сырую яму, видавшую немало таких падений на своем веку, обыскала тело, взяла письмо, убедилась, что это то, что было нужно ей, пнула ногой труп, нажала рычаг, дно камеры наклонилось, и труп, увлекаемый вниз собственной тяжестью, исчез по направлению к реке.
Затворив дверь, Екатерина взошла наверх, заперлась у себя в кабинете и прочла записку следующего содержания:
«Сегодня в десять часов вечера, улица Арбр-сек, гостиница «Путеводная звезда». Если придете – ответа не надо; если не придете – скажите нет подателю письма.
Де Муи де Сен-Фаль».
Читая это письмо, Екатерина только улыбалась; она думала лишь о предстоящей своей победе, совсем забыв о том, какой ценой она ее приобрела.
В конце концов, что такое Ортон? Верное сердце, преданная душа, красивый мальчик – вот и все! Само собой понятно, что это ни на одно мгновение не могло поколебать чашу холодных весов, на которых взвешиваются судьбы государств.
Закончив чтение, Екатерина сейчас же поднялась к мадам де Сов и положила за зеркало записку.
Спустившись с лестницы, она встретила у входа в коридор командира своей охраны.
– Мадам, по распоряжению вашего величества лошадь оседлана, – сказал де Нансе.
– Дорогой барон, лошадь не нужна. Я поговорила с этим мальчиком, – он оказался слишком глуп для той должности, какая ему предназначалась. Я брала его в лакеи, а он годен разве что в конюхи; я дала ему немного денег и выпустила черным ходом.
– А как же быть с поручением? – спросил де Нансе.
– С поручением? – переспросила Екатерина.
– Да, с тем, которое он должен был выполнить в Сен-Жермене; не желаете ли, ваше величество, чтобы я исполнил его сам или поручил кому-нибудь из моих подчиненных?
– Нет, нет! – возразила Екатерина. – У вас и у ваших людей будет сегодня вечером другое дело.
И Екатерина ушла в свои покои, твердо надеясь, что сегодня вечером решится участь окаянного Беарнца.