5000 ночей одержимости
Шрифт:
меня с ума, чокнутый псих. Кто так себя вел?
Моя кровь пылала, а желудок был полон цемента. С трудом дыша, я произнесла едва
слышным шепотом, как будто сами слова были слишком тяжелы для меня:
— Я хочу домой. Ты обещал отвезти меня домой.
— Ты дома.
– Безмятежно ответил он.
В моей груди поселился лед, а тело оцепенело. Я изо всех сил пыталась осознать
происходящее, приоткрыв рот для беззвучного крика, который я подавила. Ужас сковал
внутренности,
— Ты хочешь поужинать здесь или в столовой?
– Аксель продолжил, как будто мои
переживания давно разрешились. — Давай поедим в столовой, - решил он. — Ты еще
не видела ее.
Я тупо смотрела на Акселя, пока он вызывал кухню по внутренней связи. Затем едва
расслышала его вопрос о том, что я хочу съесть. Когда из-за оцепенения я не смогла
ответить, он сам сделал заказ для меня.
Я наблюдала за Акселем расфокусированным взглядом, когда он отпустил кнопку
интеркома и подошел ко мне. В голове было пусто, а тишина, которая была
красноречивей всяких слов, не отпускала меня.
Тяжелый взгляд Акселя задержался на моих губах, плавно перемещаясь к изгибу шеи
и тем местам, где он пометил меня. Голод в его глазах был очевиден, но то, как
подергивались его руки по бокам, указывало на то, что он сдерживал себя. Возможно, это было сделано из уважения к моим переживаниям, пока я переваривала внезапные
перемены в своей жизни.
— Давай искупаемся голышом, пока готовят. - Неожиданно предложил он пункт из
нашего списка, еще раз подтвердив свое хорошее настроение. — Бассейн или пляж?
Ужасное предупреждение гноилось у меня под ложечкой, и меланхолия отразилась на
моем лице. Внезапно я поняла, почему Аксель был в таком хорошем расположении
духа, но отказалась это признать. Отрицать было легче.
— Я могу закрыть доступ для сотрудников и к тому, и к другому, в зависимости от того, куда ты захочешь.
Словно выйдя из тела, я услышала, как говорю:
— Пойдем на пляж.
Лицо Акселя оставалось бесстрастным, но в его глазах промелькнуло удивление от
моего легкого согласия. На короткий момент на идеально вышколенных чертах лица
появилась красноречивая ухмылка.
Аксель думал, что я наконец покорилась своей судьбе и подчинилась его воле. Он
ошибался.
Я буду бороться с ним завтра, но сегодня я согласна отвлечься. Мышцы напряглись и
задрожали, я была готова к нашему списку, - единственной вещи, которая могла помочь
мне почувствовать себя живой прямо сейчас. Мне нужно было увидеть мир в ярких
контрастах черного и белого, темного и светлого, все сразу, с четкостью и
интенсивностью.
моих венах уже текла со скоростью поезда. Мое учащенное сердцебиение звучало как
плеск реки о камни или штормовое море, разбивающееся о берег.
Я столкнулась с огромной потерей всего, что знала годами, с тем, что могло
кардинально перевернуть жизнь и моей дочери в том числе. Поэтому мне нужен был
этот порыв, толчок, который встряхнул бы мое тело и заставил бы его трепетать от
заряда энергии.
Ничто другое в этом мире не могло привести меня в состояние полной боевой
готовности, как выполнение пунктов из списка с Акселем. Мне нужна была искра, которая создавала всеобъемлющий гул в ушах, с каждой секундой наполняя энергией
мое тело с головы до ног. Ощущение покалывания, будто моя кожа горит, а по венам
пробегают электрические разряды. Вибрация, которая заставляла меня чувствовать, что я могу свернуть горы.
Я нуждалась во всех этих вещах больше, чем в следующем вдохе. Мне нужна была
передышка.
Потому что мне больше не нужен был ответ Акселя о том, что нашел Леви. Тонущее
чувство уже сказало мне об этом. Папка Джея была самой тонкой из всех, и Аксель
копал в поисках компромата на моего мужа. Противный голос кричал, что у Джея
роман, несмотря на рациональный голос, успокаивающий, что он никогда бы так не
поступил. И даже если бы у Джея была любовница, неверность не стала бы причиной
расторжения такого громкого брака, как наш.
Это могло означать только одно. Аксель не просто нашел доказательства того, что
Джей завел интрижку, это было нечто большее. Его больше не волновало, передам ли
я мужу документы о разводе, и могла быть только одна причина, по которой Акселю
было наплевать, уйду ли я от Джея.
Это было потому, что Джей уже уходил от меня.
Глава 17
Пия
Следующие пару недель заставили меня осознать, что первоначальные проблески
безумия, которые я видела в Акселе, меркли по сравнению с реальностью. Он
ворвался в мою жизнь как ураган, перевернув все мое существование. Всякий раз, когда я пыталась бороться с внезапным вторжением, Аксель угрожал мне полным
уничтожением всех, кого я люблю.
В последующие дни моя свобода стала ограничиваться. Большинство моих предметов
первой необходимости волшебным образом перекочевали в дом Акселя. А тех вещей, которых не было, Аксель накупил в изобилии и заполнил ими шкаф наверху своей