5000 ночей одержимости
Шрифт:
Я отказывалась быть легкой добычей в ожидании нового нападения. И я никак не
могла оставаться в этом доме, зная, что какой-то сумасшедший имеет к нему доступ.
Мне нужно было выбраться на случай, если он вернется.
Я схватила свою огромную сумку Prada Tote Bag. Она служила мне и шоппером, и
дорожной сумкой при необходимости. Бросив в неё туалетные принадлежности, упакованный набор косметики для поездок, пару нарядов, а также нижнее белье и
бюстгальтеры, я вызвала Uber,
заднем сиденье, смаргивая слезы, пока водитель вез меня в ближайший отель.
Несмотря на то, что была глубокая ночь, консьерж радостно поприветствовал меня. В
баре отеля было всего несколько посетителей. В остальном здесь было пусто. Из-за
отсутствия толпы это место казалось величественнее, чем на самом деле. К счастью,
просторы элегантного отеля не были покрыты безвкусицей. Яркие светильники
подчеркивали современную мебель и шикарный декор.
Сияющая атмосфера и жизнерадостное приветствие мало улучшили мое настроение.
Все казалось неправильным, пока я заселялась в угловой номер с двуспальной
кроватью.
Мне не потребовалось много времени, чтобы найти номер 1450. Как только дверь за
мной закрылась, я промаршировала в ванную, включила воду и разделась. Я вымыла
кожу под обжигающе горячей водой, а затем забралась в постель, как последняя
трусиха.
Что я должна была сделать вместо этого, так это пойти в полицию и написать
заявление на Акселя. Он был виновен по всем статьям и должен был сидеть в тюрьме.
Однако несколько препятствий удерживали меня от реализации этой идеи.
Если судить по поиску в Google, Аксель был практически героем для женщин, и ни
одна из тех, кто с ним пересекался, не сказала о нем ни одного плохого слова. За
десять лет его работы в музыкальной индустрии, ни одна сотрудница не сообщила о
чем-либо похожем на сексуальное домогательство или нападение, все отзывались об
Акселе как об образцовом боссе.
Я была бы исключением из правил, первой и единственной женщиной, негативно
отозвавшейся о неуловимом Акселе Трималхио. Не помогало и то, что я была пьяна, когда всё произошло. Я едва смогла бы вспомнить подробности нашего пьяного траха, и даже сейчас мои воспоминания были в лучшем случае туманными. Это были бы мои
нетрезвые показания против любимой знаменитости, который известен максимальным
уважением к своим связям с женщинами.
Я провела ладонью по лицу, натягивая одеяло до подбородка.
Обращение в полицию означало также вовлечение Джея, который настаивал бы на
том, чтобы затащить задницу Акселя в суд. Учитывая известность компании Джея и
статус Акселя, подобное дело вызвало
свою семью такому аду?
Я была бы вынуждена выступить в суде и перечислить все подробности нашего
свидания, что еще больше унизило бы Джея. Как я могла рассказать всему миру, что
была настолько физически истощена, что реагировала на мужчину во сне, не в силах
отличить его прикосновения от прикосновений моего мужа?
Все пошло бы наперекосяк, как только Аксель открыл бы рот и выступил перед
общественностью в свою защиту. Он был на прогулке, когда случайно зашел на мою
территорию и наткнулся на не очень живописное видение моего бессознательного, опьяненного тела через стеклянные окна. С героическим приливом адреналина он
бросился открывать незапертую дверь, чтобы проверить, как я. Вот только я
проснулась, чтобы поцеловать его и заманить в постель.
Я не сомневалась, к кому перейдет сочувствие общественности, как только Аксель
изложит свою версию истории.
Скучающая домохозяйка заманивает в свою постель знаменитость-самородка
Акселя Трималхио, а затем плачет об изнасиловании, чтобы скрыть интрижку.
Шлюха. Слово вырвалось на поверхность, несмотря на все мои усилия.
На Акселя сработал принцип «из грязи в князи», в то время как мы были богаты
благодаря старым деньгам. Современная культура ненавидела богатство поколений
вроде нашего, и предпочитала тех, кто сделал себя сам, как Аксель. Он был зеленым
огоньком в конце причала, направляющим в порт тех, кто надеялся добиться успеха и
подняться по социальной лестнице. Если я собиралась указать пальцем на любимую
знаменитость, мне нужно было иметь убедительные доказательства. К сожалению, эта
история не была надежной и только вываляла бы имя Амбани в грязи.
Хуже всего то, что я боялась, что Джей поверит слову Акселя больше, чем моему. В
последнее время наш брак был непростым, и мы оба это знали.
Я отогнала от себя удручающие мысли о недоверии мужа, и уставилась на телефон.
Может быть, Джей как-то поймет, что со мной произошло. Он будет в ярости, но, возможно, каким-то образом простит меня. Я схватила мобильник и позвонила ему, прежде чем успела передумать.
— Что?
– раздался резкий голос Джея.
Тяжесть на душе потянула меня все глубже вниз. Я не ожидала такой враждебной