5000 ночей одержимости
Шрифт:
— Т-ты вломился в мой дом.
Я пыталась сдержать панику. Было ли для него типичным врываться к женщине в дом
и насиловать её?
Он задумчиво склонил голову набок.
— Я не вламывался в твой дом, я вошел через незапертые двери, чтобы проверить, жива ли ты. - Он указал на стеклянные двери спальни с видом на океан. — Ты
вырубилась как мертвая рядом с огромной бутылкой вина.
Территория за дверью моей спальни примыкала к воде и простиралась на
мили, превращая каждый жилой дом в этом районе в прибрежную собственность. Хотя
у всех был один участок суши, выделенные земли были разделены между
домовладельцами.
Я выровняла свой голос и заговорила снова.
— Как ты вообще мог меня видеть…
Мой взгляд метнулся к стеклянным дверям спальни. Они служили точкой входа и
выхода на отведенную нам береговую линию. Лунного света было достаточно, чтобы
увидеть мою спальню, если бы кто-нибудь решил прогуляться вдоль воды. Однако им
пришлось бы проникнуть на нашу территорию, чтобы заглянуть внутрь. Даже если бы
ему был предоставлен законный доступ для посещения кого-либо, проживающего в
этом комплексе, участок, предназначенный для нашего исключительного
использования, был закрыт.
— Ты вторгся на мою территорию, - закричала я.
— Вторгся? Я сообщил тебе, что приеду. Даже попросил охранников у ворот позвонить
тебе. Они сказали, что ты предоставила мне доступ на участок.
Я хлопнула по матрасу с такой силой, что у меня защипало в ладони.
— Я не делала этого.
Черт, могло ли это быть правдой? Неужели мне звонили, пока я была в стельку
пьяна? Возможно ли, что я сказала им пропустить Акселя?
Нет. Я решительно покачала головой. Аксель лгал. Мне нужно было протрезветь.
Иначе я могу купиться на его манипуляции.
— Должно быть, ты каким-то образом проник в этот закрытый квартал.
— Нет, - спокойно возразил он. — Охранники впустили меня по твоей просьбе. Я
припарковал свою машину, но заблудился, разыскивая твой дом. В итоге оказался на
пляже, когда наткнулся на эту сцену.
— Я тебе не верю, - повторила я.
— Верь во что хочешь. - Он бесстрастно пожал плечами, махнув рукой на пустую
бутылку из-под вина. — Я подумал, что ты, возможно, перебрала и побежал внутрь, чтобы убедиться, что ты жива. К счастью, эти двери были не заперты. - Он снова
кивнул на стеклянные двери с видом на воду. — К тому времени, как я понял, что с
тобой все в порядке, ты начала нести похотливую чушь, умоляя меня трахнуть тебя. Я
джентльмен. Я бы никогда не отказал леди.
Я уставилась на невозмутимого мужчину.
этом роботе были его сексуальные волосы. В остальном он был безучастен и
равнодушен к тому, что разрушил весь мой мир одним непристойным действием, и
лишь бесстрастно смотрел на меня.
— Вряд ли в этом есть моя вина, - продолжал он с безразличием. — Я просто был
добрым самаритянином и пытался спасти тебя от алкогольного отравления.
Мое сердце сжалось от стыда. Я никогда не увлекалась спиртными напитками, но
сегодня у меня была тяжелая ночь. Алкоголь все еще не выветрился и я до конца не
понимала, была ли начальная часть сном или как вообще всё это началось.
Тем не менее, я не цеплялась за людей в своих снах. Неужели он думал, что я
куплюсь на его бредни?
— Если ты действительно считал, что я потеряла сознание от алкогольного
отравления, почему не позвонил в 911?
Он цокнул языком.
— У нас не было столько времени в запасе. Я взял твое спасение на себя.
Его пресные ответы действовали мне на нервы. На смену страху пришел гнев.
— Убирайся из моего дома. Убирайся прямо сейчас, или я расскажу всему миру, что их
любимый диджей не более, чем насильник. - Прошипела я, понизив голос к концу
предложения.
— Как ты скажешь это незнакомцам, когда едва можешь произнести эти слова мне?
— Ты– незнакомец, - проговорила я со сдержанной невозмутимостью.
— Мы знакомы, - парировал он.
Он спорил о семантике?
— Это не спасет твою задницу от тюрьмы!
— За что я должен сесть?
— За взлом, проникновение и изнасилование женщины, находившейся без сознания.
–
Перечислила я его преступления.
— Изнасилование? Все, что я сделал, - это согласился трахнуть тебя после того, как ты
умоляла меня не останавливаться.
Я снова хлопнула ладонью по матрасу.
— Только потому, что я думала, что ты мой муж. Кто еще мог прийти в нашу спальню
посреди ночи?
Беззаботность и веселье исчезли с его лица. Хватка на моем бедре усилилась, даже
когда я попыталась вырваться из его свирепых пальцев.
— Амбани было плевать, что ты напилась до беспамятства, - отрезал он. —
Я был единственным, кто позаботился о тебе настолько, чтобы проверить, как ты. Так
что, как насчет того, чтобы проявить чуть меньше заносчивости и чуть больше
благодарности за мои героические усилия?
— Да что, блядь, с тобой такое?