367 дней
Шрифт:
— Мардж, — сказал я, предупреждающим тоном. — Это не для этого.
— Конечно, конечно нет, мийо. Как бы то ни было, она мне нравится намного больше других твоих женщин.
— Мардж…
— Мать может помечтать, — сказала она, разъединяясь.
— О чём речь? — спросила Рия, наблюдая за мной насторожившись. — Ты улыбаешься.
— Мардж помогает мне в одном особенном проекте. И каким-то образом она убеждена, что я её сын, нуждающийся в совете.
— Всё же это так мило, что она у тебя есть, — сказала Рия, немного печали промелькнуло в её голосе,
Ещё одно напоминание, почему ей нужно то, что я планирую.
И в то время, пока она будет завтра работать, я всё устрою.
Я игнорировал то, что Мардж была в некотором смысле права, это не было чем-то, что человек просто обычно делал для любой женщины. Но Рия не была любой женщиной. Она прошла через ад и держала себя в руках намного лучше, чем кто-либо мог ожидать. Она заслуживает всю ту работу, что потребуется для этого.
И я просто притворялся, что не был немного больше заинтересован в том, чтобы увидеть её счастливой, чем должен быть с другим клиентом.
Глава 14
Рия — 6 дней
Барретт был странным.
А учитывая, что Барретт всегда был немного странный, это означало, что он был суперстранным. Я почти выкинула это из головы, когда он подвёз меня до дома и проводил до задней двери, ввёл код, хотя я уже знала его, и по какой-то причине, последовал за мной вверх до двери.
— Сойер ждёт тебя? — спросила я, когда он просто стоял, засунув руки в карманы, отчего стал выглядеть совсем по-мальчишески.
Как будто в ответ на это, он потянулся и постучал в дверь несколько раз, от чего мои брови сошлись вместе, поскольку дверь открылась.
— Повеселись, Рия, — сказал Барретт, одарив брата, стоящего в дверях, сногсшибательной улыбкой, а затем спустился по лестнице практически бегом.
— Что с ним происходит…— начала я, посмотрев на Сойера, у которого была та же странная улыбка на лице. — Ладно, что творится с вами обоими?
— Я приготовил кое-что для тебя, — ответил он, от чего острое чувство надежды и укол беспокойства прошли через меня. Надежда, потому что, ну, мне нужны ответы; мне нужно знать, что случилось со мной. Беспокойство, потому что я не была уверена, как это может сказаться не только на ситуации с Сойером, но и с моей работой, и жизнью, в общем.
Но затем Сойер отступил из дверного проёма и вытянул руку, указывая на что-то внутри, и я отбросила это беспокойство в сторону, чтобы разобраться с ним после.
Я сделала шаг вперёд, входя в помещение, которое привыкла видеть, как квартиру Сойера.
Но там, где всё всегда было опрятно и разложено по местам, сейчас находились вещи, которых там никогда не было. Слева в комнате раскладной столик, увенчанный полиэтиленовой скатертью с маленькими ведьмовскими шляпками по всей его протяжённости. В центре стояла миска, наполненная декоративными тыковками , и две гигантские тыквы по обе стороны фонарика в виде тыквы, полные леденцов.
По
В гостиной было … ну, было Рождество. Там стояла неукрашенная искусственная ёлка с дюжиной коробок гирлянд и украшений, сложенных около неё, и несколько обёрнутых подарков под ней. Рядом был маленький раскладной столик с двумя стульями. Шампанское в ведерке со льдом, два бокала и большие, отвратительные праздничные колпаки, на которых написано «Счастливого Нового Года ».
На его столе, который обычно был заполнен всяким хламом, была ещё одна гора подарков, но обёрнутых в бумагу для Дня Рождения.
И наконец, лепестки роз, которые вели в коридор.
Я почувствовала, как сердце замерло в груди, когда я поняла, что это было.
Это Сойер вернул мне мой потерянный год.
Я ощутила тяжесть, свалившуюся на меня, отчего слёзы начали жалить глаза, а моё сердце делало странные, разрастающиеся штуки в моей груди.
Когда я посмотрела на Сойера, то обнаружила, что он наблюдает, как я воспринимаю всё это.
— Сойер…— проговорила я тихим голосом, чувствуя себя почти тревожно потрясённой.
— Знаю, это не тоже самое , — сказал он, слегка передёрнув плечом. — Но, по крайней мере, у тебя будут какие-то воспоминания праздников, которые ты пропустила.
Я смотрела на него целую минуту, не видя ничего, кроме доброты и искренности в его глазах.
И на этот раз я не раздумывала, не взвешивала все за и против. Я сделала то, что чувствовала, что хотела сделать.
Я налетела на него, побуждая его при столкновении сделать шаг, руки крепко сжались на его спине, а головой уткнулась в его шею.
— Эй, — сказал он, его руки скользнули вокруг меня, прижав еще крепче, его лицо повернулось так, что я почувствовала его губы сбоку от своей головы. И тогда из меня вырвался этот странный, задыхающийся всхлип. — Ш-ш-ш, — пробормотал он, и я ощутила, как его губы, прижимаются с легким поцелуем к моему виску. — Если ты сейчас расклеишься, то еда остынет, — сказал он мне, отчего я издала смешок. — Пойдём, нам ещё нужно вырезать тыкву, — сказал он, на мгновение пробежавшись вверх по моей спине, прежде чем отпустить, оставляя меня в недоумении, когда он подошел к столу на Хеллоуин и открыл там ноутбук.
— Что ты делаешь?
— Нам нужна определенная атмосфера. Какую отраву выбираешь: «Семейка Адамсов», «Практическая магия», «Фокус-покус» или что-то страшное ?
— Эм, «Фокус-покус». Да , — сказала я, направляясь прямо к нему, когда он несколько секунд пролистывал фильмы онлайн, прежде чем я услышала, как начинались вступительные титры.
— Ладно. Так, я купил все эти трафареты и прочую фигню, так что ты можешь приложить их…
— Это что за дилетантство?— спросила я, отчего его глаза засветились. — Дай мне нож, и я вырежу её по-старинке.