30 дней

Цыпленкова Юлия

– Игнис, стой! – голос Аквея прогромыхал под сводами его замка. – Не смей входить туда!

Я остановилась и, развернувшись в его сторону, оглядела мужчину голодным взглядом. Великая Тьма, до чего же он… хорош. Сделала шаг в его сторону, и Аквей, наконец, осознал, чем может закончиться очередное противостояние.

– Делай, что хочешь… пока, – махнул он рукой. – Только я первым зайду в покои, там Эйволин. Я обещал…

Он оборвал сам себя, стремительно обошел меня по широкой дуге, кажется, даже затаив дыхание, и также стремительно умчался

вперед. Я осклабилась, вдруг ощутив себя охотником, загоняющим дичь, хмыкнула и тут же мучительно застонала, борясь с очередным витком возбуждения. После собрала волю в кулак и продолжила свое бегство, мечтая о холодной воде и одиночестве, чтобы возвращение дара прошло незамеченным.

Но так и не дошла. Вновь привалилась к стене, а потом опять услышала приближающиеся шаги. Это был незнакомец. Высокий, худощавый, синеглазый и светловолосый, как все водники. Не могу сказать, был ли он привлекателен, мой взгляд как-то миновал лицо, оценив стать и фигуру, красноречиво остановился на мужском пахе, и я облизала пересохшие губы.

Он остановился, глядя на меня немного ошеломленным взглядом. Понимаю, неожиданная встреча. Я подняла руку и поманила к себе незнакомца. Он несколько мгновений колебался, но после все-таки приблизился, коротко склонил голову и произнес:

– Мое имя…

– Плевать на твое имя, – прохрипела я, ухватила его за грудки, дернула на себя и, обняв одной рукой за шею, а второй надавив на затылок, со стоном впилась в губы.

Мужчина опешил, но в замешательстве находился недолго. Одна его ладонь уперлась в стену рядом с моей головой, вторая легла на талию, но долго там не задержалась. Скользнула ниже, я не возражала.

– Что бы это значило? – чуть насмешливо спросил он, отрываясь от моих губ.

– Не то, что ты возомнил, – неожиданно громыхнул голос Аквея за спиной незнакомца.

Он легко оторвал от меня второго водника и оттолкнул в сторону. Затем перевел на меня взгляд полный ярости:

– За какой Тьмой ты творишь? – гневно вопросил он.

– Скай, если дама хочет… – донесся до меня насмешливый голос незнакомца.

– Дама не в себе, – ледяным тоном ответил Аквей. – Кажется, тебе было чем заняться?

Мой водник на мгновение обернулся к незнакомцу, и тот, склонив голову, быстро удалился.

– Ска-ай, – его имя сорвалось новым стоном с моего языка. – Не могу…

Больше не говоря ни слова, водник поднял меня на руки и понес к своим покоям. Я обернулась назад. Венн тряхнул головой и пополз за нами.

– Ты смотрел глазами змея, – поняла я.

– Смотрел, – буркнул Скайрен.

– Тогда понятно, – ответила я своим мыслям.

– Что тебе понятно?

– Ты отвлек его, Венн не должен был подпустить…

– Венн? Ты дала ему имя?

– Но ты ведь не удосужился… Скай…

Закончить я не успела. Стража распахнула перед ним дверь, и мы оказались в покоях. И первая, кого я увидела, была Эйволин. Она была бледней, чем тогда, когда я видела ее в первый раз. Губы водницы поджались в тонкую

линию, кулаки сжались, и в глазах застыла такая ненависть, что если бы это был нож, то меня бы уже нашинковало на мелкие части.

– Скай, – дрожащим голосом начала Эйволин, – почему ты ее…

– Эйви, не сейчас, – раздраженно ответил водник и стремительно прошел к выделенной мне спальне. Открыл дверь ногой, прошел спальню насквозь, остановился у бассейна и сердито произнес: – Охладись.

И я полетела в воду. Она оказалась ледяной, но вместо того, чтобы остудить, контраст между жаром внутри и холодом снаружи взвинтил мое желание настолько, что я едва не захлебнулась, когда меня сбило с ног. Но выручил меня всё тот же водник. Он прыгнул следом в бассейн, ухватил меня за шиворот и вытянул на поверхность.

– Да что с тобой?! – воскликнул он.

Мокрая ткань раздражала, мешала, давила на кожу, и я потянула ее с плеч вниз. Скай понаблюдал за мной, после выругался и забрался на бортик, сохраняя между нами расстояние. Я не смотрела на него. Холодная вода, наконец, немного остудила мой жар, и я хотела увидеть цветок. Справилась с одеждой, но водная рябь мешала рассмотреть бутон, проступивший внизу живота. Я вылезла из бассейна, наплевав на свою наготу, и взглянула на распускающуюся чашечку.

– Что это? – негромко спросил Аквей, подходя ближе.

Подняв на него взгляд, я закусила губу и мотнула головой, так и не ответив.

– Он… живой?

– Да, – прошептала я.

Рука водника протянулась ко мне, но, кажется, он это даже не осознал, завороженный распускающимися лепестками. Кончик пальца обрисовал цветок по контуру, так и не задев его, и я охнула от захлестнувшей меня волны наслаждения от одного-единственного касания.

– Игнис… – наши взгляды встретились, и меня снова потащило на самое дно потемневших глаз водника.

– Скай! Ты обещал, Скай! – высокий голос с визгливой ноткой полоснул острым ножом по слуху. Я и Аквей одновременно поморщились. – Скай, почему эта дрянь голая?!

– Тьма, – выдохнул сквозь зубы водник. – Как же всё не вовремя. – И, мазнув последний раз взглядом по цветку, развернулся к невесте. – Эйви, успокойся. Ничего такого, что ты себе вообразила…

– Я не слепая, Скай, – в ее голосе послышались слезы, и Эйволин вновь бросилась в бега.

– Тебя переведут… когда будешь готова, – буркнул Аквей и сорвался снова догонять свою невесту.

Проводив его взглядом, я вернулась в воду. Закрыла глаза и постаралась ни о чем не думать. Стоило цветку распуститься, и мое желание пошло на убыль. Все-таки Вайторис ко всему подходит с фантазией… будь она не ладна. Ладно, со мной моя чувственность, надеюсь, завтра появится что-то более необходимое мне сейчас. Я открыла глаза и посмотрела на бортик. Искра деловито терла мордочку, Венн застыл, не сводя с меня взгляда. Кажется, он вновь не принадлежал себе…

Глава 4. День шестой