1917 Марш Империи
Шрифт:
– Так точно, ваше сиятельство, понимаю. Не извольте беспокоиться, сделаю, все, что только потребуется, чтобы не посрамить войска ССО.
Слащев покачал головой.
– Бери выше, Анатолий Юрьевич, придется постараться не осрамить Россию и лично Государя Императора. Пресса едет с вами, помни об этом. В том числе и этот тип из шведского Проппер-Ньюс, а ты же помнишь, сколько дерьма они выливают на Россию ежедневно со своих паршивых страниц по всякому поводу и без повода! Так что этому типу только дай возможность к чему-то прицепиться!
Емец бросил взгляд на суету, которая поднялась в связи с прибытием
– Беспокойный же народ эти репортеры. Того и жди с ними каких-то неприятных приключений. То животом маются на нервной почве, то ноги себе ломают, споткнувшись о шпалу.
– О какую еще шпалу?
Анатолий небрежно махнул рукой в сторону суеты у вагонов:
– О любую, Яков Александрович, вон их там сколько в темноте. А они – народ творческий, чисто дети малые, вообще не смотрят под ноги.
Но Слащев решительно приказал:
– Так, господин подполковник, вам поручена эта операция и извольте изящно обеспечить ее всяческий успех! И следите за тем, чтобы никто из репортеров животом не маялся и ног не ломал! Вам все ясно?
Емец козырнул.
– Так точно, ваше сиятельство! Разрешите идти?
– Идите. Храни вас Бог, Анатолий Юрьевич. Не посрамите Россию-матушку.
– Не извольте сомневаться, ваше сиятельство. Не впервой.
Глядя вслед подполковнику, спешащему к стальным бокам бронепоезда, граф лишь мрачно покачал головой. Странное что-то творилось вокруг. Витало в воздухе ощущение чего-то эдакого, тревожного. В том числе и в верхах командования.
Что это? Головокружение от успехов, о котором предупреждал Государь? Ощущение близкой победы и желание перетянуть на себя одеяло славы? Или же все значительно глубже и хуже?
Опять пошло соперничество между генералами, вновь каждый начал тянуть одеяло в свою сторону, игнорируя взаимодействие с соседями, и часто откровенно желая навредить «сопернику», не дав ему достичь успеха. Особенную зависть, ревность и неприязнь у многих «простых генералов и офицеров» стали вызывать Силы специальных операций и лично он, граф Слащев. Слишком большие победы, слишком много незаслуженной, по мнению злопыхателей, славы. Так и жди подвоха, а то и откровенного удара в спину.
Впрочем, и внутри ССО все было отнюдь не благополучно. Болезнь всей армии распространялась и на ведомство Слащева, где слишком многие откровенно ненавидели друг друга или, как минимум, с удовольствием бы стали свидетелем чьего-то провала. Да и с дисциплиной все не так уж и хорошо. Если не сказать больше. Слишком разнообразные подразделения собраны под одним флагом. Та же волчья стая есаула Шкуры, сменившего фамилию на более благозвучную «Шкуро», была скорее бандой лихих, но очень дерзких разбойников с большой дороги, чем слаженным и дисциплинированным армейским подразделением. Наверняка бедокурят сейчас где-то, двигаясь по направлению к Восточной Пруссии. Откровенно говоря, сам граф Слащев не мог точно сказать, чему он обрадуется больше – героическому возвращению банды Шкуро из рейда или же куда более героической их гибели где-то там, на далеких полях сражений. Во славу России, разумеется.
Вообще же, симфония управления, которая столь блестяще себя показала во время триумфальной победы над германским флотом у острова Эзель и не менее славного разгрома осман в битве за Проливы, фактически вновь распалась
И в этом отношении Слащеву представлялось ошибочным Высочайшее решение о том, чтобы Император вновь принял обязанности главковерха. Нет, когда Государь действительно во главе армии, то дела на фронтах идут в целом хорошо, а дрязги в штабах сводятся к минимуму. Но, проблема в том, что у Михаила Второго под его властной рукой вся Россия, с Ромеей в придачу, да и общемировые политические дела никак нельзя оставлять без внимания. А Государь, хоть и Помазанник Божий, но все же человек, со всеми его слабостями и ограниченными возможностями, который не может объять необъятное.
Конечно, кто такой Яков Слащев, чтобы судить о действиях Михаила Второго, но Государь сейчас в Риме, а армии крайне не помешала бы железная хватка генерала Гурко. Лукомский же лишь наштаверх, а отнюдь не верховный главнокомандующий.
Возможно, ситуацию бы оздоровило успешное наступление, но сроки наступления вот уже в третий раз переносятся. Возможно, Государь и сам видит сложившееся положение и следует вновь ждать его появления во главе наступающей армии? Да, это было бы логичным, он, вне всякого сомнения, вновь привел бы всех в чувство. Но ведь время уходит, Император решает дела в Риме, а тут вскорости вся местность станет непролазным болотом и придется ждать морозов, а то и весны 1918 года.
Свисток бронированного паровоза прорезал ночь, и стальное чудовище покатило по рельсам вдаль. Вслед за ним выдвинулся и эшелон, половина вагонов которого составляли открытые платформы с укрытой брезентом техникой «жестянщиков Емца».
Глядя вслед уходящим составам, граф с чувством перекрестил отбывающих.
Что ж, такие поезда снуют сейчас по всем рокадным прифронтовым дорогам. Да, наступление готовили, пусть уже трижды переносили сроки, но готовили, создавая операции прикрытия и дымовой завесы, под официальным предлогом – задержать переброску германских частей во Францию. Франция, конечно, союзник, но не стал бы Государь использовать специалистов ССО в операциях, вроде той, на которую отправился Емец. Послали бы обычный батальон, пусть и ударный. Дешево и сердито. Примерно с таким же дешево-сердитым результатом.
Тем более что весь Прибалтийский край сейчас просто нашпигован всякими русскими отрядами различного подчинения, многие из которых действуют в режиме глубокого рейда на свой страх, риск и разумение, часто натыкаясь друг на друга. Сколько уже было случаев стычек и даже «дружественного огня», поскольку такие отряды действуют, имея лишь приказ с указанием районов рейда, а также общую задачу уничтожать мелкие подразделения и гарнизоны немцев, мешать их передвижению, атаковать склады и прочее хозяйство, сея в тылу германской армии хаос в преддверии ожидающегося наступления, призванного окончательно выбить немцев из Прибалтики.