1356
Шрифт:
Все расступились перед лордами, и они спешились и поклонились королю, и мирно отвели его с сыном к принцу Уэльскому.
В ту же ночь после битвы принц устроил ужин в своих покоях для французского короля и большей части знати, попавшей в плен, и принц прислуживал королю со всей скромностью и не сидел за столом короля, но сказал, что не достоин сидеть за столом с таким великим королем.
Потом он сказал королю: «Сир, по воле Господа я не причиню зла, но и не буду слишком радоваться, хотя Господь в этот день не согласился следовать вашей воле,
И, сир, я думаю, вы должны возрадоваться, хотя день пошел и не так, как вы хотели, но вы прославились своей доблестью и превзошли в храбрости всю свою армию».
Сэр Джон Шандо был близким другом Черного Принца. Герольд сэра Джона, ныне известный лишь как герольд Шандо, сделал жизнеописание принца, которое включает описание битвы при Пуатье.
Почти наверняка его источником был сэр Джон или, возможно, другой человек, находившийся рядом с принцем во время битвы. Его описание короткое, но полезное.
Оно оценивает битву с точки зрения англичан, но включает разговоры французов, которые, возможно, выдуманы или собраны по кусочкам у многих пленников, захваченных в этом сражении:
Принц разбил лагерь, потому что не думал, что в тот день состоится битва, уверяю вас, он наверняка хотел избежать ее.
Но на другой стороне французы громко кричали королю, что англичане бегут и что они могут быстро их потерять. И сказал маршал д'Одрам: «Вскоре мы потеряем англичан, если не атакуем их».
И сказал маршал Клермон: «Брат мой, ты слишком спешишь. Не будь таким пылким, мы поспеем вовремя, потому что англичане не бегут».
И д'Одрам сказал: «Если ты задержишься, мы можем их потерять».
Потом сказал Клермон: «Клянусь Святым Дени, маршал, ты очень храбр». А потом сказал ему гневно: «Но ты не будешь так храбр, как сейчас мудр, когда выдвинешь свою пику и дотронешься ей до крупа моего коня». И так, преисполнившись ярости, они выдвинулись в сторону англичан.
Потом поднялись крики, шум и рев, и армии стали сходиться. Тогда с обеих сторон начали стрелять и метать. Многие создания нашли в этот день свой конец.
Они стойко сражались. Лучники с обеих сторон быстро стреляли по покрытым доспехами лошадям, стрелы падали гуще, чем дождь.
Во французских книгах говорится, что граф Солсбери со своими людьми, которые были свирепее львов, разбили маршалов и всех лошадей в доспехах, а потом авангард смог развернуться и снова броситься вперед, поскольку это было у реки, но по воле Господа и Святого Петра они соединились и прошли, как следовало знати, прямо вверх по холму, пока не достигли колонны дофина, находившейся в проходе в живой изгороди, и там непреклонно сошлись, скрестив оружие в той рыцарской манере, которую даже сложно описать.
Затем они выиграли битву за проход в изгороди под натиском своей атаки, а многие французы пали духом и начали разворачиваться и забираться на лошадей.
Во многих местах люди громко кричали: «Гиень! Святой Георгий!».
Многие были взяты в плен и пали, а благородный принц храбро сражался.
Потом приблизился король Франции с огромными силами, потому что с ними шли все, кто хотел проявить себя. Когда принц увидел, что он приближается, то взглянул в небеса, взмолил о пощаде Господа Иисуса Христа и сказал так:
«Отец всемогущий, я верю, что ты, царь царей, который отдал жизнь свою на кресте за всех нас, спасешь нас от ада, отец, Господь наш, сын человеческий, прошу тебя во имя всего святого хранить меня и моих людей от беды, ведь ты знаешь, Господь, что я прав».
И сразу после молитвы принц сказал: «Вперед, вперед, знамена! Пусть каждый будет осторожен, но не уронит честь».
Это была действительно жесточайшая битва, многие были убиты. Сражение продолжалось долго, все были храбры и не падали духом, но принц много раз громко кричал: «Вперед, именем Господа! Давайте выиграем эту битву, надеясь, что будем жить с честью».
Так много сделал доблестный принц, что победа оказалась на его стороне, и враг бежал. Король Иоанн храбро сражался, а с ним многие достойные рыцари.
Но его сила мало помогла, потому что принц напал так стремительно, что взяли в плен, и с ним Филиппа, его сына, лорда Жака де Бурбона и еще многих других, графа Э, любезного графа Шарля Артуа и Шарля, доброго графа Даммантена, и доброго графа Жуаньи и Танкарвиля, графа Саарбрюккена и Вентадура, и доброго графа Сансера.
Все они были взяты в плен в тот день, и еще многие, чьих имен я не привел, но судя по тому, что я слышал, пленили шестьдесят графов и славных рыцарей, и еще больше тысячи, чьих титулов я не знаю.
И как я слышал, там осталось больше трех тысяч мертвых. Прими Господь их души! И можно было увидеть радостных англичан, и они кричали во многих местах:
«Гиень! Святой Георгий!». А потом можно было видеть, как французы рассеялись! И многие лучники, многие рыцари, многие оруженосцы, побежали в их направлении за добычей, чтобы взять пленных отовсюду. И так французы были захвачены в плен и пали в тот день.
В тот день был тысяча триста пятьдесят шестой год с Рождества Христова и также, как я думаю, девятнадцатый день сентября, что идет перед октябрем, в этот день случилась та ужасная битва.
Прошу меня простить, что поведал о ней кратко, потому что я собираюсь рассказать вам об этом благородном принце, таком доблестном и храбром, галантном в словах и делах.
Потом короля Иоанна привели к нему, принц сердечно его поприветствовал и возблагодарил всемогущего Бога, и отдал почести королю, помогая тому освободиться от оружия.
Затем сказал принц: «Дорогой сир, это деяние Господне, а не наше, и мы воздаем ему хвалу и молим, чтобы он даровал нам свою славу и простил нас за победу». И так они вместе любезно разговаривали. Англичане устроили веселье.