1356
Шрифт:
Он писал для аристократической аудитории, поэтому делал акцент на рыцарстве, а его описание Пуатье сделано намного позже самого события.
Возможно, оно не очень точное, но иллюстрирует то, как эта битва была воспринята образованными европейцами четырнадцатого столетия. Вот укороченная и отредактированная версия его рассказа о битве при Пуатье:
Когда принц увидел, что ему придется сражаться, он сказал своим людям: «А теперь, господа, хотя нас и мало по сравнению с могуществом врага, не будем падать духом, ибо победа лежит не в числе,
Если судьба скажет, что этот день будет нашим, мы будем самыми почитаемыми людьми в мире, а если мы умрем за правое дело, есть король, мой отец, и мои братья, и добрые друзья, и родичи, они отомстят за нас.
Потому, господа, во имя Господа я требую, чтобы вы исполнили свой долг в этот день, и если Господь будет доволен и Святой Георгий, в этот день вы увидите, какой я славный рыцарь».
И тогда началась битва, и приблизились колонны французских маршалов, и они послали вперед тех, кто должен был прорвать строй лучников.
Они ворвались верхом в проемы, где у больших изгородей многие лучники стояли по обеим сторонам.
Как только латники вошли, лучники начали стрелять с обеих сторон и убивали и ранили лошадей и рыцарей, поэтому лошади не пошли вперед, когда почувствовали острые стрелы, они подались назад, и многие упали на седоков, так что те не могли подняться, и колонна маршалов так и не достигла принца.
Колонна маршалов рассыпалась, потому что лучники с помощью латников пришли и убивали их.
Итак, очень быстро колоннам маршалов нанесли поражение, они падали друг на друга и не могли идти вперед, и французы, что находились позади, отпрянули и присоединились к колонне герцога Нормандского, которая была большой и пешей.
Лучники в этот день дали своей армии большое преимущество, потому что стреляли так быстро, что французы не знали, какую сторону защищать, и мало помалу англичане одержали над ними верх.
И тогда английские латники увидели, что колонна маршалов разбита, а в колонне герцога царит беспорядок, они вскочили на лошадей, которые стояли наготове, собрались и закричали: «Святой Георгий! Гиень!». И принц сказал: «Пойдем же вперед, сегодня они не увидят мою спину». И еще сказал: «Вперед, знамена, во имя Господа и Святого Георгия».
И именно тогда случилась жестокая и опасная битва, и многие погибли и упали на землю. Когда французы дрались, они кричали «Да здравствует Сен-Дени!», а англичане «Святой Георгий! Гиень!». Вскоре принц со своими людьми встретился с колонной Альмена, но в скором времени им пришлось бежать: лучники многих перебили.
Когда колонна герцога Нормандского увидела приближающегося принца, они решили спастись, герцог и дети короля, граф Пуатье и граф Туренский, которые были совсем юными, покинули поле битвы, а с ними больше восьми сотен копий, которые в тот день не нанесли ни одного удара.
Затем они встретили герцога Орлеанского с большой группой, который тоже покинул поле битвы.
Тогда на англичан выступила колонна короля, была великая битва,
Король со своим младшим сыном встретился с колонной английских маршалов, графа Уорика и графа Суффолка, а с ними был каптал де Буш, а в колонне короля был граф Дуглас из Шотландии, который храбро сражался, но когда увидел поражение, отступил и спасся, потому что не было мудрым решение попасть в плен к англичанам.
Со стороны французов король Иоанн в этот день был храбрым рыцарем: если хотя бы четверть его людей исполнила бы свой долг, как он, то этот день остался бы за ним. Однако те, что были с королем, все были убиты или захвачены в плен, кроме нескольких, что спаслись.
И действительно, эта битва, случившаяся вблизи Пуатье на полях Бовуар и Мопертюи, была великой и опасной, и свершилось много воинских подвигов, оставшихся неизвестными.
Воины с обеих сторон перенесли много испытаний: в руках у короля Иоанна был топор, которым он защищался.
Погоня длилась до ворот Пуатье: там многие были убиты, люди и лошади, потому что жители Пуатье закрыли ворота, и на улицах перед воротами свершилась ужасная резня, многие были ранены и пали.
А потом огромная толпа собралась, чтобы взять короля, а те, что узнали его, кричали: «Сдавайтесь, сир, или умрете!».
Там был рыцарь по имени сир Денис Морбик, который пять лет служил англичанам, потому что в юности его владения были конфискованы французским государством из-за того, что он совершил убийство в Сент-Омере.
Получилось так, что он находился рядом с королем, когда того уже готовы были пленить, своим сильным телом и руками он проложил дорогу к французскому королю и сказал на хорошем французском: «Сир, беру вас в плен». Король узрел рыцаря и ответил: «Кому я сдаюсь? Где мой кузен принц Уэльский?».
«Если бы я его увидел, то поговорил бы с ним». Денис ответил: «Сир, его здесь нет, но сдайтесь мне, и я приведу вас к нему».
«Кто ты» — вопрошал король. — «Сир, — ответствовал тот, — я Денис из Морбика, рыцарь Артуа, но служу королю Англии, потому что был изгнан государством французским и лишен всего, что здесь имел». Тогда король дал ему свою правую перчатку и сказал: «Я сдаюсь тебе».
Но французский король был пешим и находился в большой опасности, потому что англичане и гасконцы забрали его у сира Дениса Морбика, а тот, что был самым сильным, сказал: «Я забираю его». «Нет, — вскричал другой, — это я его забираю». И они боролись, чтобы получить его.
Потом французский король, чтобы избежать опасности, сказал: «Перестаньте спорить, сиры, будьте вежливы со мной и моим сыном принцем, потому что я такой могущественный лорд, что сделаю всех вас богатыми».
Слова короля немного их уняли, но они все равно спорили о том, кто взял в плен короля. Потом в толпу вступили два лорда и велели всем отойти, и скомандовали им именем принца под страхом смерти больше не приближаться к королю, если не будет приказано.