13 месяцев
Шрифт:
Есть позы нужно особым способом. Дело в том, что внутри мучного конвертика мясо запекается вместе с густым бульоном. Поэтому сперва позу нужно надкусить, потом осторожно высосать изнутри бульон, а уже потом съесть все остальное.
Позная, в которую сходил я, была одной из лучших в городе. Восемь столиков. Стойка бара сверкает европейскими этикетками. Больше ничего европейского в заведении не было.
За каждым столом пьют водку. В крайнем случае — чай с молоком, слоем бараньего жира и солью.
Я заказал позы. Заплатил.
— Дайте, пожалуйста, вилку.
Барменша удивляется:
— Вилку?
— Да. Дайте, пожалуйста, вилку.
— Ну на.
Я беру вилку, возвращаюсь за стол и понимаю, что вилка не просто грязная, а УЖАСНО грязная. Жирная. Со следами чьей-то пищи на зубцах.
Возвращаюсь к стойке.
— Дайте, пожалуйста, другую вилку.
Барменша удивляется:
— Другую?
— Да. Дайте, пожалуйста, другую вилку.
— Ну на.
На вкус позы оказываются чудовищны. Без приправы запихать в себя кусок холодного сырого теста у меня не получается. А единственная доступная приправа — стоящий на столе пластиковый стаканчик, по стенкам которого размазана горчица.
Я вышел на улицу и огляделся. Ко мне тут же подошел местный подросток и стрельнул сигаретку. Я спросил у него:
— Слушай, а у вас всегда так тихо?
— В смысле?
— Ты послушай. Чувствуешь? Даже музыки ниоткуда не слышно. Полная тишина.
— Да. Музыки нет. А зачем?
— Ну, а, например, ночные клубы у вас есть? Танцы какие-нибудь? Чем вообще вы здесь занимаетесь по вечерам?
Ответил парень честно:
— Кто чем. Я вот, например, спать ложусь.
2
Прогулявшись по центру города, полакомившись позами, я за $15 нанял таксиста, который обещал отвезти меня в Иволгинский дацан — головной офис всего русского буддизма. Позже выяснилось, что это в пятнадцать раз дороже реальной стоимости такой поездки.
Недавно в монастыре произошло важное событие. По особым сверхъестественным знамениям удалось отыскать тело последнего дореволюционного настоятеля. За несколько десятилетий тело совсем не разложилось, а лишь чуточку ссохлось. Прибывшие из Тибета специалисты по общению с мертвыми выяснили, что после смерти настоятель решил не уходить в нирвану, а остаться в монастыре и присматривать, чтобы все было OK. «Чудо!» — шептали пораженные буряты. Усопший настоятель был с почестями перенесен в большую бетонную усыпальницу.
Ехать из города до дацана предстояло около часа. Дорога была пустая. Сопки на горизонте. Миллионы тонн снега. Больше ничего. Пейзаж был реально чарующим. Может быть, именно так выглядела бы земля, если бы Господь решил не заселять ее людьми.
Таксист был из местных, из бурят. У него был огромный живот, огромная, не вмещающаяся
Машина была ужасающе старая. Ни единый прибор на приборном щитке не работал. Двери закрывались только с третьей попытки и все равно дребезжали во время езды. Кресло подо мной было настолько продавленным, что колени располагались гораздо выше плеч. Водитель умудрялся выжимать из своего драндулета больше ста километров в час.
Уже на подъезде к дацану о лобовое стекло разбилась птица. Что за порода, я так и не понял, потому что бедолагу всю аж размазало. Среди трещинок на стекле разглядеть удалось лишь толстый клюв.
3
У входа в дацан продавались буддийские сувениры и козье молоко. Увидев меня, продавцы заволновались: «Есть амулеты для защиты автомобиля! Очень сильные! А вот четочки! Хотите четочки? С человеческими черепами?»
Перед деревянными воротами, ведущими внутрь буддийской святыни, лежали свежие коровьи какашки. В ветви деревьев были вплетены разноцветные ленточки. Вдоль тропинки, ведущей к главному храму, стояли молитвенные барабаны. Одно вращение заменяет десять тысяч повторений мантры. Шагая по тропинке, я разглядывал толстого бритого ламу в бордовом монашеском плаще. Тот мыл шампунем свою дорогую машину.
Главное богослужебное здание монастыря было деревянным. В переводе на русский оно называлось «Колесо Учения, приносящее счастье и исполненное радости». Почитав перед поездкой в дацан путеводитель, я выяснил, что службы здесь проводятся рано утром. Монахов созывают на них, трубя в дудочку, сделанную из берцовой кости 16-летней девушки. Хозяйка кости умерла почти столетие назад. Теперь отполированный фрагмент ее ноги красиво отделан серебром.
Я открыл дверь и шагнул внутрь. Молитвенный зал был огромным. Бесконечные ряды скамеек для лам и прихожан. С потолка свешиваются флаги. Я сделал шаг вперед. Ко мне тут же подскочил здоровенный лама. Стоп! Все неправильно! В знак почтения к богам местного буддизма мне следовало не ломить прямо, а свернуть налево и сперва сделать круг по залу.
К богам местного буддизма я не испытывал ни малейшего почтения. Но все равно сделал, как велено.
Дальняя стена в зале была застекленная. По ту сторону стекла были выставлены тысячи… тысячи тысяч статуй богов. Некоторые выглядели так, будто действительно отлиты из золота.
Я поразглядывал статую симпатичной богини. Изображена она была голой. Во всех подробностях. Скользнув взглядом по… ну, вы поняли… я удивленно задрал брови. ОТТУДА, из складок кожи на меня смотрел глаз. Взгляд был пристальный. Смутившись, я отошел.