119 дней до тебя
Шрифт:
– Уау, вот это тачка!
– раздалось позади, чуть ли не с присвистом.
Откуда не возьмись рядом появилась худенькая неформалка со светлыми длинными волосами, концы которых были выкрашены в ядовито оранжевый цвет.
– Это что, мать вашу, Шелби[5]?
– воскликнула она ещё громче и тут Нура поняла, что они подружатся.
Мия (так представилась девушка), как оказалась, была одной из старост.
– Что?
– спросила та в ответ на удивлённый взгляд Нуры на эту новость.
– Не подхожу под описание
– Нет, - растерялась та.
– Просто ты... необычная.
«Ох, «необычная» - нашла, что сболтнуть». Но как ещё можно было лояльно описать заклёпки на джинсЕ, несколько цветных тату на руках и ключице, и колготки в крупную сетку?
– Ты расистка? – скуксилась Мия.
– Что? Это же не расизм.
– Это самый он и есть! Ты откуда вообще такая взялась?
– Остин.
– ответила Нура, но Мие это явно ничего не говорило.
– Техас!
– А, Техас! Так бы сразу и сказала. Слушай сюда, Техас, сейчас ты в Чикаго, тебе ясно?! Здесь полно таких как я, а еще геи и Хью Хефнер[6].
Это было справедливо.
– Я поняла, извини.
– Отлично. Ну так что, Техас, ознакомительный тур в двести сорок акров? – предложила, ничуть не обидевшись Мия и Нура кивнула.
Так, болтая в основном не о чём важном, они дошли до дальней части территории университета, где, как, потом, оказалось, находилось общежитие, в котором и предстояло жить Нуре. За эту новость, уже перед самой стойкой распределителя, Нура одарила Мию не совсем адекватным взглядом... ведь та вполне могла сказать об этом раньше, а теперь придется тащиться обратно за машиной и вещами.
– Я не была уверенна, что на здешней парковке есть свободные места.
– невинно округлила свои каре-зеленые глаза Мия.
– Она совершенно пуста!
– еле сдержалась, чтобы не пнуть её Нура.
– Ладно, уже не важно.
– И так, - наконец, нашла запись в компьютере полноватая администраторша в очках.
– Первый курс, Джейсон.
– Дженсен!
– поправила её Нура. – Через Н.
– А, да... точно. – присмотрелась женщина, – Медицинский. – пробормотала и, глянув на неё, спросила.
– Вас устроит третий этаж?
– Нет! – воскликнула Мия вместо Нуры.
– И почему же, мисс Дженсен? – съехидничала администраторша.
– Там всё битком.
– пожала плечами девушка.
– В этом году, как никогда.
– Тогда второй.
– сквозь полуспущенные очки посмотрела на неё та.
– Сейчас узнаем, точно помню... места были.
– Двести один.
– подмигнула Мия Нуре.
– Там есть пустая кровать.
– У тебя тоже есть пустая кровать. – констатировала администраторша.
– Нет, нету.
– Есть. Твоя соседка ещё в том году покинула кампус. Все помнят эту историю.
Нура вопросительно глянула на свою новую странную знакомую.
– Да нет никакой
– Что-то не поделили, кажется…
– Ту самую кровать, наверное! Не говорите ерунды, лучше ещё раз посмотрите повнимательнее, - Мия ткнула пальцем в монитор.
– Двести первая.
Широкий лестничный пролёт, резные деревянные перила. На полу в холле первого этажа большой ковёр, на стенах повсюду картины, дипломы и грамоты. Массивные красивые двери, над ними надпись на латинском - «Per aspera ad astra». «Через трудности к звёздам».
– Эй, - помахала перед лицом Нуры Мия.
– Иди, давай. На второй, там налево и до самого конца.
– Хорошо.
– кивнула девушка. – И, спасибо.
– Фигня! Я сегодня таких, как ты, уже четверых заселила.
– А, ну... Ну тогда ладно.
– Это моя работа.
– Ясно.
– Не знаю, что ты там себе надумала.
– Эмм... Да ничего такого.
– У меня нет подруг.
– Понятно.
– они обе замолчали. А потом Мия просто развернулась и ушла, оставив Нуру в лёгком замешательстве.
На втором этаже было всё так же: ковёр, картины, а ещё два дивана, столик, большие окна с бархатными тёмными шторами. Много дверей по обе стороны коридора. Она быстро нашла нужную... на короткий стук, открыла красивая темноглазая брюнетка.
– Да?
– Здравствуй… Похоже, мы теперь соседи. Можно войти?
Брюнетка повела своей скульптурной безупречной бровью:
Кристина Торрес. Второй курс, тот же факультет, то же направление.
– Не проси конспекты, всё равно не дам.
– пошутила она. «Наверное».
С виду довольно приветливая, сразу начала рассказывать, что и как, объяснять правила, что нужно сделать в первую очередь и куда пойти. Помогла перегнать машину, принести сумки. А потом отвела в городскую закусочную за углом, где студенты всегда едят, когда нет возможности пойти в буфет или столовую.
– А я здешняя, - завела разговор о себе девушка.
– Родилась и выросла в Чикаго. Отец военный, вечно в разъездах, мать - домохозяйка.
– А почему не живешь с ними? – спросила Нура, уплетая уже вторую порцию печёночных оладий.
– Живу, по выходным. Это неизбежно. Если не станет традиционных воскресных обедов, моя мама сойдет с ума.
– Кристина горестно улыбнулась... её чай, кажется, давно остыл.
– Дело не в плате за комнату, не в деньгах. Я у них одна. Ты не представляешь, чего мне стоило убедить отпустить меня в жизнь, следовать своей дорогой.
Пушистые чёрные ресницы легли на смуглые скулы... она была очень красива и очень печальна при этом.
– Очень знакомо.
– отодвинула от себя тарелку Нура.
– Просто они любят нас.