100 дней плена
Шрифт:
— Не перебивайте. Скажите, куда привезти? И приеду прямо сейчас. Я выкрал ее и готов вернуть.
— Условия? Вы один? — мой зверь встает в боевую позу.
— Да, один. Никаких условий. Просто отдам.
— Мне нужны гарантии.
— Она без сознания. Хотите фото? Больше ничем не могу подтвердить. Настя успела назвать номер, наизусть помнила…
— Хорошо…
Мне не нравится, что он позволяет себе звать ее по имени… И все же: сообщаю адрес. Если солгал… Надо быть полным кретином, чтобы сунуться сюда в одиночку,
Прошло больше часа… А потом появился мужчина, с Настей на руках, что повисла безвольной куклой…
Глава 15. Спасибо…
Настя
Меня резко оторвали от Матвея. И скрутили, унося куда-то. Кричала, вырывалась, не желая расставаться с любимым… Особенно, когда его ударили в живот, и он захрипел, рывками хватая воздух… Эта боль отозвалась внутри. Слезы хлынули с новой силой. Хотелось завыть от беспомощности. На мой рот легла ладонь, превращая очередной крик в отчаянное мычание.
Мужчина, который нес меня к машине, тот самый, подаривший надежду на спасение, держал так сильно, что от стального хвата, казалось, ребра трещат.
— Тихо… — прошептал он, засовывая меня в багажник. — Не дергайся, не устраивай истерик, не привлекай ненужного внимания, не делай резкий движений… И главное: что бы ни происходило — лежи смирно. Ключевое слово «смирно».
Одни сплошные «не», но если так надо, если он поможет выбраться отсюда — готова потерпеть и быть паинькой. Поэтому, молча, киваю. Хотя в голове миллион вопросов.
Моя адекватная реакция его устраивает. Мужчина заново связывает мои запястья, а на лицо клеит скотч. Глазами извиняется, понимая, что причиняет боль своими действиями. А я растерялась: разве могут быть среди этих подонков такие, как он — сопереживающие? Что он тут забыл?
Подходят еще двое. Вся та же компания, ворвавшаяся в квартиру. Виталий окидывает презрительным взглядом, убеждаясь, что веревки крепко держат. И когда успела вызвать в нем столь сильные эмоции?
«Дело не во мне» — пронзает мысль. У него личные счеты с Матвеем. Интересно, он в курсе? Вряд ли… Как и Андрей, который не мог так поступить с другом.
Что же случилось? Раз это толкнуло Виталия на предательство, должны быть серьезные основания.
Багажник хлопнул. Машина тронулась с места, увозя в неизвестность.
Окутавшая темнота, располагает к размышлениям, хотя я лишь прислушиваюсь к звукам в салоне и четко выполняю, по сути, единственное указание — лежу тихо и смирно. Правда, внутренне борюсь с приступом тошноты от запахов, которые витают здесь…
Разговор мужчин мне не разобрать из-за музыки и другого постороннего шума… Но то, что их всего трое и никого не добавилось — это точно.
Не знаю, сколько мы проехали, полчаса
«Что это? Выстрелы?» — вздрагиваю и сжимаюсь от страха, уж очень похоже…
Машина снова двигается. И судя по тому, как трясет, съехала куда-то с трассы, а минут через десять остановилась. Слышится какая-то возня…
Я замираю. Удары сердца отдают в висках и горле… Кажется: в небольшом пространстве эти звуки отражаются, проникают обратно, усиливая неприятные ощущения в теле.
К багажнику подходят… Он резко открывается…
Зажмуриваюсь, боясь увидеть совсем не то, что хочу…
— Полдела сделано, — звучит голос «спасителя», а руки касаются меня, развязывая путы.
Смотрю на него. И не верю в происходящее.
— Будет больно… — предупредил он, когда взялся за скотч, намереваясь сорвать тот, ведь моя губа разбита и пульсирует в месте, где засохла кровь…
Стойко терплю, не произнеся ни звука.
— Выбирайся. Садись в машину. На заднее сидение.
Делаю, как сказано, не задавая ненужных вопросов. Успеваю заметить торчащие из кустов ноги…
«Он убил их…» — то ли от стресса, то ли, действительно, так считаю, но становится все равно. Единственное, о чем мечтаю сейчас, оказаться в любимых объятиях, и как можно скорее. А этот мужчина всего лишь исправляет свою ошибку.
— Спасибо… — все же говорю, хотя чувства смешанные, граничащие со злостью, ненавистью и искренней благодарностью за спасение.
— Не стоит, — отвечает, в голосе слышится осознание вины и раскаяние.
Он меня откровенно удивляет, о чем не могу не спросить:
— Почему вы помогаете?
Мужчина выдерживает паузу, собираясь с мыслями.
— Ты похожа на мою сестру… У нее тоже были синие глаза…
«Были…» — повторяю про себя, не решаясь задавать другие вопросы.
— Она умерла… от рака… — поясняет, хотя по первой фразе стало ясно, что ее нет.
Оглядываюсь, пока двигаемся в сторону трассы из леса, куда он заезжал специально — избавиться от трупов. Сидения и стекла в брызгах крови… Но сейчас этот факт не волнует. В таких обстоятельствах не до истерик. Никогда не думала, что столкнусь с подобными событиями в жизни, словно кино про бандитов.
— Как вас зовут? — имя хочется знать. Понятия не имею, придется ли еще встретиться?
— Вадим, — отвечает и, выруливая на дорогу, сразу ускоряется.
— Вас будут искать… — несмотря на странность ситуации, не хотелось бы, чтобы пострадал, ведь помог, для меня это главное. И те, на кого он работал, а также люди Матвея и Андрея — не забудут и не отстанут…
— Я причастен к вашему похищению, а ты беспокоишься обо мне? — усмехнулся. — М-да…
Не нашлась, что ответить. Если откинуть весь негатив, его последующий поступок заслуживает уважения.