1 Послание Петра
Шрифт:
Если Бог избирает людей не по их достатку или заслугам, то на основании чего? Ответ очевиден. «Не потому, чтобы вы были многочисленнее всех народов, принял вас Господь и избрал вас; ибо вы малочисленнее всех народов; но потому, что любит вас Господь, и для того, чтобы сохранить клятву, которою Он клялся отцам вашим…» (Втор. 7:7,8; см.: Втор. 10:14–17; Ос. 11:1,4; 14:4; Иер. 31:2 и дал.). Господь любит… потому что Он любит! Любовь Бога к грешникам необъяснима. В «благоволении» Бога выражается Его воля и Его природа [132] . Как многообразно и настойчиво говорится о любви Бога к Своему народу в Ветхом Завете! Это — Его наследие, Его Собственный драгоценный удел, Его сокровище (Втор. 32:9). Бог носит Израиль на Своих плечах, держит в руках, сажает у Своих ног (Втор. 33:3,12,27; Лев. 9:5; Ис. 49:16). Он любит его ревнивой любовью, Израиль должен принадлежать Ему одному и не обращаться ни к каким иным богам, он носит Его имя (Исх. 20:5;
132
«Благоволение» (rason) Бога проявляется в Его милости (Пс. 105:4; Втор. 33:16). Люди «доброй воли» — это люди, испытавшие благоволение Бога, избранные Им (Лк. 2:14). Ср.: Ernest Vogt, 'Peace among Men of God's Good Pleasure' in Krister Stendahl, ed., The Scrolls and the New Testament (Harper, 1957), pp. 114–117.
133
См. рассуждение о любви Божьей в Ветхом Завете: Geerhardus Vos, The Scriptural Doctrine of the Love of God', Presbyterian and Reformed Review 49 (Jan. 1902), pp. 1–19.
Цитируемый Павлом отрывок из 19–й главы Книги Исход, где рассказывается, как Бог дарует избранному народу Свою любовь, — это лишь начало той длительной истории, о которой нам повествует Ветхий Завет. Израиль пренебрег даром любви Божьей и изменил Ему с богами других народов (Втор. 32:6). Бог выбрал израильский народ, но тот выбрал других богов (Суд. 5:8). Ответственное бремя исключительной любви Божьей приводит к исключительному наказанию: «Только вас призвал Я из всех племен земли, потому и взыщу с вас за все беззакония ваши» (Ам. 3:2; см. также: 9:9). Господь обрушивает отмщение за завет (Лев. 26:25).
Неужели разрушение и изгнание лишает силы обетования Божьи? Возможно, при взгляде на долину с сухими костями, пророк Иезекииль испытывал соблазн решить именно так. Однако Господь открыл ему Свой замысел в видении (Иез. 37:3—6). Осуждение Богом Своего народа не будет ни всеобщим, ни окончательным. Оно не будет всеобщим, поскольку Господь сохранит остаток. И не будет окончательным, поскольку последует возрождение [134] . На темном фоне Божьего осуждения чудо избрания Им Своего народа сияет новой славой. Избранники Божьи составят Его святой остаток, который будет собран Им в конце времен. Рассеянное и страдающее от жестокостей тех, кто должен быть его пастырями, стадо будет собрано истинным Пастырем и приведено на зеленые луга Его спасения (Иез. 34:11–31).
134
Сохранится остаток (Ам. 3:12; 4:11; Ис. 1:9; 17:6; Иез. 11:13–21), который будет праведен (Иер. 3:12,14). Возрождение принесет не только восстановление, но и славу (Мих. 7:18; Ис. 4:3; 37:31; 28:5; Иез. 48:35; Зах. 12:8).
Бог придет, чтобы собрать тех, кто принадлежит Ему: они услышат Его голос, потому что знают Его. Ветхозаветное учение об избрании находит свое завершение в свидетельстве об избранном Слуге Господа. Иисус, истинный Пастырь, приходит, чтобы собрать остаток рассеянного стада и ввести в Свою воскрешенную жизнь. «Не бойся, малое стадо! ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство» (Лк. 12:32).
Ветхий Завет говорит, таким образом, об избрании внутри избрания. Израиль был выделен из числа других народов, но не сохранил верности своему призванию. Иисус, возлюбленный Сын Божий, был избран для того, чтобы прийти и исполнить миссию Слуги Господа. Те, к кому обращается Петр, избраны во Христе, Который был предназначен до создания мира (1:20).
Как говорит Павел, «не все те Израильтяне, которые от Израиля» (Рим. 9:6—8). Не сын плоти, а сын Духа наследует обетования Божьи. Те, кто принадлежит Христу, даны Ему Отцом. Добрый пастырь вечно держит их в Своей руке (Ин. 10:27–29; 17:2,9,10).
Существует огромная разница между избранием Христа и избранием верующих в Него. Об избрании Иисуса мы можем говорить лишь с оговоркой, потому что Он — единственный и возлюбленный Сын Божий. «Достоин Агнец…» Мы избраны в совершенно ином смысле. Мы не можем назвать себя сыновьями или дочерьми, так как остаемся «не народом», враждебным Богу, недостойным Его любви (1 Пет. 2:9,10; Рим. 5:8,10). Однако, как говорит Петр, те, кто был «не народом», ныне народ Божий, избранный во Христе, народ святой.
Слова апостола о нашем «родстве» во Христе имеют важные последствия для жизни Церкви Христовой. Она предстает не просто религиозным объединением, состоящим из отдельных верующих. Церковь получает гораздо большее право называться народом, в котором люди настолько близки друг к другу, насколько они близки к Христу. Принадлежность к Церкви — это не просто дело вкуса, как, например, членство в любой из общественных организаций;
Апостол Петр показывает, кто мы такие. Но он также говорит о том, что мы призваны исполнить. Священство святое приносит духовные жертвы и возвещает совершенства Призвавшего нас из тьмы в чудный Свой свет. Параллель между принесением духовных жертв и прославлением Бога указывает на то, какие именно жертвы имеет в виду Петр. «Итак будем чрез Него непрестанно приносить Богу жертву хвалы, то есть, плод уст, прославляющих имя Его» (Евр. 13:15). Жертвоприношение в Ветхом Завете было церемонией, во время которой воздавалась хвала Господу и которая служила символом того, что люди приносят выкуп за совершенные грехи и отдают всю свою преданность и свою жизнь Богу [135] .
135
Вризен пишет: «В Израиле обряды призваны утвердить и очистить общение человека с Богом: обряд выступает как средство осуществления единства между человеком и Богом, которое Господь утверждает через Свой завет, иными словами, обряд существует ради спасения» (Th. С. Vriezen, An Outline of Old Testament Theology, Branford, 1970, pp. 255, 261).
Кровавая жертва Иисуса на кресте навсегда отменила принесение кровавых жертв в процессе богослужения. Но само богослужение от этого не потеряло силы — наоборот, оно получило свое предельное, высшее выражение. Мы приносим себя Богу в качестве духовной жертвы (Рим. 12:1,2; 15:16). Посвящая свою жизнь Богу, мы исповедуем это устами. Петр говорит, что мы возвещаем совершенства Господа. Он цитирует фразу из Ис. 43:21: «Этот народ Я образовал для Себя; он будет возвещать славу Мою». Апостол использует то же греческое слово со значением «слава», которое мы находим в Книге Пророка Исайи (Септуагинта). Его древнееврейский эквивалент может переводиться как «слава» в смысле славных деяний Божьих [136] . Греческий термин, использованный в .качестве характеристики Бога, также имел значение «великие дела» [137] .
136
'fhillah', KB, p. 1020.
137
Elliott, Elect, p. 42. Бауернфайнд дает перевод «самооткровение» (self–declaration) или «слава» (fame) (Bauernfeind in TDNT).
В этом отрывке пророк пользуется тем же языком, что и псалмопевец. Поклонение Богу заключается в провозглашении славы Божьей. В псалмах мы находим два типа славословия: прославление Бога за то, что Он совершил, и прославление за то, Кем Он является. Исайя использует глагол, который имеет значение «перечислять» или «рассказывать» (в смысле «свидетельствовать о чем–то»). Славословие Израиля — это нескончаемое свидетельство о великих делах Господа (Пс. 72:28) [138] .
138
В Септуагинте в этом месте используется глагол exangello как перевод вр. sapher, «свидетельствовать» или «говорить».
Творение Божье внушает благоговейный страх псалмопевцу: «Когда взираю я на небеса Твои, — дело Твоих перстов…» (Пс. 8:4). Господь дает силу бегемоту и пропитание горной козе (Иов. 40:10 — 41:26; Пс. 103:10–22). Он руководит историей, возвышает и унижает царей (Пс. 32:10,11; 95:9,10; 45:6; 75:13). Но превыше всего народ Израиля воспевает дело Его спасения (Пс. 9:15; 12:6; 26:1; 39:11; 61:3,7; 70:15 и т. д.).
Хвала несет в себе более глубокий смысл, чем благодарение [139] . В славословии не только приносится благодарственная жертва за дарованное Богом избавление — через него мы славим Самого Бога как Избавителя. От провозглашения дел Божьих жертва хвалы возвышается до прославления самого имени Божьего. Нет более почетного занятия, чем возвещать спасительные деяния Божьи, но высшее служение — это радость в Самом Боге, Исполнителе этих деяний. Наибольшее благочестие звучит в словах молитвы: «Да святится имя Твое…» Когда мы славим Бога как Бога и призываем Его быть Отцом, Сыном и Духом Святым, мы входим в небесное святилище Господа слова.
139
См.: Claus Westermann, The Praise of God in the Psalms, tr. K. R. Crim (John Knox Press, 1965), pp. 15–35.