1 Послание Петра
Шрифт:
Камень, отверженный людьми, — это камень, избранный Богом. Петр подчеркивает избрание и возвышение Богом Христа как драгоценного краеугольного камня Своего святого храма. Тем самым он не только выражает свою радость во Христе и в том, что Он совершил, но также указывает на святое и почетное положение христиан, единых со своим Господом. Во 2:4,5 Петр коротко излагает эту мысль. Затем во 2:6—10 он обосновывает свое утверждение с помощью примера из Писания. В стихах 6—8 содержатся цитаты из Ветхого Завета, а стихи 9, 10 представляют собой серию определений, которые мы также находим в Ветхом Завете. Петр противопоставляет пустую человеческую гордость тому, что совершил Господь (как это делается и в 28–й главе Книги Пророка Исайи). Избрание Богом Своего драгоценного краеугольного камня попирает человеческое высокомерие. Определение драгоценный, которое используется в Книге Пророка Исайи, может быть применено как к драгоценным камням, так и к ценности краеугольного камня (см.: 2 Цар. 12:30; 3 Цар. 10:2,10,11) [122] . Петр только что говорил, что Господь благ (ст. З) [123] . Его благость явил Отец, избрав и показав Его ни с чем не сравнимую ценность. Голос, раздавшийся с небес, возвестил: «Ты Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мк. 1:11). Слова Бога, сказанные о Своем Сыне, отражают слова пророчества о Его Слуге: «Вот, Отрок Мой, Которого Я держу за руку, избранный Мой, к которому благоволит душа Моя. Положу Дух Мой на Него…» (Ис. 42:1).
122
KB переводит слово yifrah как «соединение», подразумевая «угол, где стыкуются стены основания». Однако в статье, посвященной слову 'eben («камень»), KB вновь приводит в качестве примера текст Ис. 28:16 с переводом «драгоценные камни». С учетом 3 Цар. 5:17 (в древнееврейском тексте — 5:31) такой перевод кажется предпочтительным. Bohan («избранный») KB переводит как «аспидный сланец» (schist–gneiss) — одна из разновидностей гранита, — указывая на то, что это слово было заимствовано у египтян. Янг на этом примере показывает трудности переноса слов из египетского в древнееврейский язык (Е. J. Young, The Book of Isaiah; The New International Commentary on the Old Testament, 2; Eerdmans, 1969, p. 287, n. 30). Более удачен перевод «испытанный», который предлагает Септуагинта, основанный на значении редко встречающегося глагола bahan.
123
По–гречески эта фраза звучит как chrestos ho kyrios, и за этим, по–видимому, стоит chrislos ho kyrios, «Христос Господь».
Петр указывает на чудо Божественного спасения: благоволение, которое Отец имеет в Сыне, дается нам. Насколько драгоценен Христос для Отца, настолько же драгоценными становимся и мы (2:7) [124] . И как Христос служит краеугольным камнем храма Бога, так же и мы становимся камнями в доме Божьем. Он — камень живой, поэтому и мы — живые камни (2:5), возрожденные через воскресение Его жизни (1:3). Петр не называет Христа священником в доме Божьем прямо, но только благодаря Его положению священника мы, Его народ, можем приносить духовные жертвы, благоприятные Богу (2:5).
124
Буквально: «Для вас, верующих, слава». Здесь используется слово time, однокоренное entimon в стихе 6. Определенный артикль, относящийся к этому слову, указывает на какую–то конкретную славу или ценность. Если это имеет отношение к славе Христа, то перевод NIV верен («Итак, для вас, кто верует, этот камень драгоценен»). Но если данная фраза служит противопоставлением 6–му стиху, где речь идет о стыде, то это та же слава, о которой говорится в 1:7. Такое толкование согласуется с целью всего отрывка, заключающейся в стремлении показать новое положение верующих. См.: Spicq, Epitres, p. 88.
Мы получаем благословение через веру. Верою мы приступаем к Нему (2:4). Петр использует слово из греческого перевода Ветхого Завета, которое обозначало молитвенное обращение священника к Богу. Когда–то мы пребывали во тьме, но ныне благодаря своей вере получили доступ в дом Божий. Более того, мы сами составляем этот живой храм, истинный народ Бога. Во многих средневековых церквах сохранились склепы, в которых покоятся короли, королевы и знатные люди. Мертвые предстают перед нами в неясной дымке, как безмолвные фигуры, вырезанные на каменных крышках гробов. Совсем иную картину представляют христиане, составляющие храм Божий. Они — живые камни и часть возрастающего дома. Божье строение динамично. Его дом растет по мере того, как прибавляются новые камни, а уже установленные — совершенствуются. Живые камни, как пишет Павел, возрастают в святой храм Господа (Еф. 2:21).
Возрастающий храм из живых камней указывает на ветхозаветные образы, предвещавшие откровение Нового Завета. Образы ковчега завета и храма означали присутствие Бога среди Его народа. Скиния Господа стояла в центре лагеря израильтян, странствовавших по пустыне. В Земле обетованной Он сделал иерусалимский храм местом Своего обитания. Бог всегда был рядом со Своим народом, который принадлежал Ему, а Он — народу.
Когда Слово стало плотью и обрело «жилище» вместе с нами, символ стал реальностью. Господь славы пришел, чтобы жить с нами. «И мы видели славу Его, славу как единородного от Отца», — свидетельствует Иоанн (Ин. 1:14). Истинный храм — это тело Христа (Ин. 2:21). Мы едины с Господом: живые камни присоединены к камню краеугольному. Церковь, таким образом, превращается в истинный храм Божий. Речь Петра обобщена. Духовный храм для него — это не тело какого–то отдельного верующего, а тело всех верующих, общность тех, кто един с Христом. Однако наставления, содержащиеся в послании, говорят о том, что для Петра святость Божьего храма зависит от поведения христиан не только во время богослужения, но и в повседневной жизни. Связь с Христом ощущается в жизни каждого живого камня. Мы принадлежим Господу, а Он принадлежит нам — и этим снимается противоречие между потребностями индивида и общества. В Христе мы обретаем смысл своей личной жизни, и в Нем мы находим радость единства с другими людьми. Мы радуемся в славе и в общем служении единого храма.
Слово дом, которое использует Петр, может означать не только здание, но и семью, которая в нем живет. Живой храм, о котором говорит Петр, — это еще и «семья» Бога, состоящая из Его детей [125] .
2. Служение священнического народа
Как мы уже видели, в этой части послания апостол Петр указывает на высокое призвание народа Божьего, подготавливая к наставлениям, касающимся нашего образа жизни. Народ Бога — это святой храм, единый во Христе, его краеугольном камне. Две основные мысли формируют данный раздел послания. Церковь, как место обитания Бога, определяется своим положением и своей миссией. В 5–м стихе Петр кратко выражает эту мысль, а затем подкрепляет и развивает ее с помощью цитат из Писания. Сначала он говорит о том, какое место мы занимаем в глазах Бога. Мы — дом духовный и священство святое. Апостол подтверждает это словами из Ветхого Завета: род избранный, царственное священство, народ святой, люди взятые в удел, на которых Он обратил Свою милость (2:9,10). Затем, указав на то, кто мы такие, Петр говорит, в чем заключается наше служение. Мы приносим духовные жертвы, благоприятные Богу. Он развивает эту мысль, добавляя, что мы призваны возвещать совершенства Призвавшего нас из тьмы в чудный Свой свет (2:9).
125
Spicq, Epftres, p. 84; Elliott, Home, pp. 23f.
Слова Петра о нашем положении стоят в контексте благодати Божьей. Забота Господа о нас дает нам безопасность и приводит к самому близкому общению с Ним. Таков смысл прекрасных выражений, которые апостол Петр берет из Ветхого Завета. Общение с Богом делает нас царственным священством, народом святым. Петр обращается к центральному
126
Выражение basileion hierateuma (2:9) справедливо переведено как «царственное священство», однако оно взято из того перевода Исх. 19:6, который дает Септуагинта, где порядок слов ориентирован на древнееврейский оригинал. Более точным аналогом могут служить выражения «царство священников» или «общность священников». См.: Elliott, Elect, pp. 63—76. Единство истинного Израиля как святого народа Божьего передают оба существительных.
127
Это прекрасно обосновано в: R. В. Y. Scott, 'A Kingdom of Priests (Ex. 19:6)', OTSS (1950), pp. 213–219; Elliott, Elect, pp. 53–59.
128
Святость израильского народа — это и требование, и обещание Божьего завета. Нам не позволено строить свои домыслы об этом. Утверждать, что «все общество свято», выступая против помазанных Богом вождей, — значит творить суд вместо Господа (Чис. 16:3).
Израиль нарушил завет с Богом и осквернил себя развратом и идолопоклонством. Господь провозглашал Свой Суд устами пророков: Израиль стал «ло–амми», «не народом», то есть перестал быть святым народом Божьим (1 Пет. 2:10; Ос. 1:10; 2:23; Рим. 9:25). Однако Господь обещал чудесное восстановление. Израиль вновь станет святым. Вместо позора он обретет славу. «А вы будете называться священниками Господа, — служителями Бога нашего будут именовать вас» (Ис. 61:6). Пророки описывали чудо восстановления Богом Израиля в последние дни. Для служения Господу будет собран не только остаток избранного народа, но также остаток всех наций, даже враждовавших с Израилем. В удивительном отрывке из Книги Пророка Исайи описывается, как египтяне будут служить Господу в Ассирии, а ассирийцы — в Египте, и с этой целью и те, и другие будут проходить через Иерусалим. «В тот день Израиль будет третьим с Египтом и Ассириею; благословение будет посреди земли, которую благословит Господь Саваоф, говоря: благословен народ Мой — Египтяне, и дело рук Моих — Ассирияне, и наследие Мое — Израиль» (Ис. 19:24,25; ср.: 56:6–8; 66:19–21). В день спасения благословения завета разделят вместе с Израилем народы, некогда бывшие его врагами.
Именно об этом говорит Петр. Храм нового завета — это храм духовный, и царство священников составляет не восстановленный Израиль, а верующие, которых Христос собрал из всех народов. Если иудеи по своим грехам стали «не народом» и потеряли право на обетования завета, то благодать, способная вернуть им утерянное наследие, может также привести нечистых язычников к общению с Богом (2:10).
Новый завет несет в себе изменения и качественные, и количественные. Язычники не просто присоединяются к народу священников Божьих, не просто копируют обряды — они становятся духовными служителями Господу (2:5). Закон запрещал необрезанным язычникам входить в храм. Естественно, им был закрыт доступ в святилище, где могли находиться только священники. Им также запрещалось появляться вместе с иудеями во дворах храма. Они оставались за пределами места обитания Бога, во тьме смерти. Но отныне язычники уже не пришельцы, а «сограждане святым и свои Богу, бывши утверждены на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем… на котором и вы устрояетесь в жилище Божие Духом» (Еф. 2:196,20,22).
Чем заслужили язычники высокое положение священников? Книга Левит безоговорочно запрещает язычникам входить в храм. Именно в нарушении этого запрета враги обвинили Павла, заявив, что он ввел язычников в святилище Господа. При этом известии толпа чуть не разорвала апостола (Деян. 21:27–36). Они были правы, полагая, что ни одна буква закона не может быть изменена. Их ошибкой было то, что они не желали видеть, как закон был исполнен. Ключ Евангелия забил из глубины закона. Внешние омовения, обрезание, принесение в жертву быков и коз не могли смыть грех или сделать грешника достойным присутствия Святого Бога. Тщательно разработанная система приготовлений и воздержаний свидетельствовала о святости Господа и необходимости очищения и искупления. Но только Бог мог предложить истинную и духовную жертву. Только тот, у кого было чистое сердце и чистые руки, мог взойти на гору Господню. И тогда пришел Иисус Христос — праведный, верный завету Слуга Господа. Его искупительная жертва ознаменовала завершение храмовых жертв. Своей кровью Он совершил очищение, прообразом которого были ветхозаветные обряды.
Приступая к Богу в молитве, мы приходим к живому камню, установленному Богом. Это не физическое вхождение в земное здание, а духовное приближение к Христу через веру. Вот почему невозможно достичь святости с помощью внешних омовений: сердце христианина должно быть очищено Духом. Язычники, входящие в народ Божий, должны стремиться к духовной святости (2 Кор. 6:16 — 7:1). Петр делает акцент на духовности в нас, чтобы указать на глубину святости, к которой призывает нас Бог.
Церковь нового завета — это не только святой храм и священство, пребывающее в радости от присутствия Бога, это также и род избранный, народ, принадлежащий только Господу (2:9). Бог обитает среди Своего народа, потому что Он избрал его. Избирающая любовь Божья — вот суть завета. Учение Писания об избрании Богом людей ставится под сомнение, когда его не понимают, и подчас вызывает отторжение у тех, кто его действительно понимает. Только вера дает силы согласиться с ним, потому что для этого требуется признать, что Бог — это Бог. Удивительно не то, что Господь одних избирает, а других — нет (например: не Каина, а Авеля; не Измаила, а Исаака; не Исава, а Иакова) [129] . Удивляет то, что Он вообще кого–то избирает. Конечно же, Бог не отбирает лучших представителей человечества. Израиль стал избранным, а не отборным народом [130] . Выбор Бога не оставляет места для человеческой гордости. Напротив, Он избирает не мудрых, богатых или благородных, а неразумных, слабых и угнетенных (Павел также называет их «ничто» [131] ). Ни один не может похвалиться перед Богом (1 Кор. 1:29).
129
«Через всю историю патриархов проходит этот мотив», Norman ?. Snaith, 'Choose', in Alan Richardson, ed., A Theological Word Book of the Bible (SCM Press, 1950), p. 43. См.: Рим. 9:10–13.
130
Слово bahur, форма пассивного причастия от глагола bahar, не используется в качестве определения израильского народа, поскольку оно имеет значение «избранный» в смысле «отборный» (например, для характеристики лучших солдат). Для обозначения «избранных» в смысле избранников используется форма bahir (Пс. 105:5; Ис. 43:20,21).
131
В Синодальном переводе Библии — «ничего не значащее». — Примеч. пер.