04.1912
Шрифт:
Джордж вскочил на ноги и отчаянно вцепился в стену там, где она круто делала поворот. Ноги у него были безвольные и слабые, как у тряпичной марионетки, и каждый шаг был ему мучителен. Джордж неловко протащился вперёд, и колени его опять согнулись. Джордж шумно упал на холодный пол и обхватил себя за плечи. Оковы ужаса и растерянности были тяжелее каторжной цепи, они были хуже во сто крат, ведь от этих оков нельзя было избавиться.
— Помогите… — хрипло сказал Джордж и протянул к темноте руки. — Кто-нибудь… пожалуйста… помогите!
Он
Странный шум нарушил похоронную тишину. Джордж взволнованно икнул и попробовал подняться, но силы его вдруг покинули, и он тотчас снова упал на холодный пол. Вода была совсем близко: он мог бы погрузить в неё пальцы, протянув руку. Слух у Джорджа обострился от отчаяния, и он легко различал теперь даже самые незначительные звуки. Он мог быть уверен, что сейчас рядом с ним кто-то стремглав бежит, причём бежали в его сторону.
Ужас придал Джорджу сил, и он, вытянувшись на коленях, жалобно взвыл:
— Кто-нибудь! Кто-нибудь, пожалуйста, помогите! Спасите меня!
Шаги ускорились и отяжелели. Сердце Джорджа сходило с ума, колотясь о рёберную клетку: он чувствовал, что к нему бежит не один человек, а двое.
Шаги помедлили. Джордж втянул воздух носом, поперхнулся и закашлялся. «Неужели они меня бросят? Неужели они оставят меня умирать? — в ужасе спросил он себя. — Такого не может быть… такого просто не может быть, я не могу умереть сейчас!»
Джордж прокричал рвущимся тонким голоском, которым вполне могла бы говорить какая-нибудь глупая девчонка:
— Спасите! Не оставляйте меня здесь!
Шаги снова загремели о пол. Сердце Джорджа колотилось им в такт, и оно взлетало всё выше и выше, пока не застряло где-то в горле, пока долгожданные длинные чёрные тени не заслонили перед его глазами пронзительный жёлтый свет. Джордж обрадованно пискнул, точно придавленная к полу мышь, и неловко стал подниматься. Ноги по-прежнему едва держали его.
— Господи… — прошептал он, — господи, спасибо, что вы здесь! Меня зовут Джордж Юджин Флэнаган, я плыву первым классом и прибыл сюда… чтобы предупредить мистера Фредерика Райта об эвакуации, но мистера Фредерика Райта я не нашёл и совершенно заблудился… Помогите мне попасть на мою палубу… хотя бы выведите меня из этих коридоров, и я заплачу вам… — он покопался в карманах, — соверен… но затем я дам больше! — он уверенно закивал и неловко проковылял пару шагов. — Мой отец щедро отплатит вам за моё спасение, поэтому…
Тут рассеянный жёлтый свет улёгся широкой полосой на лица людей, что прибежали на его зов, и Джордж замолк. В потрясении и неверии он смотрел прямо
Напротив него стояли двое: мужчина и мальчик примерно одних лет с Джорджем. Мужчина был абсолютно лысым, хотя ещё и не старым, в его глазах светилась бурная энергия, а лицо сохранило следы правильной, классической красоты, которая была так редка среди лиц простолюдинов (какими Джордж их знал). Особенно выделялись его густые, широкие, чёрные брови, которые сейчас были вздёрнуты удивлённой дугой. Одежда мужчины: поношенные брюки, стоптанные туфли и пузырящаяся рубашка, которая так и лезла из штанов, — недвусмысленно указывала на его принадлежность к бедным слоям населения.
Долговязый мальчишка рядом с ним выглядел как типичный цыганёнок, и беспорядок в его одежде лишь усиливал это сходство. Его щёки и шея были красными, а лоб — весь в поту, как и у отца; он смотрел на Джорджа чуть расширенными бешеными глазами и, казалось, не понимал, кого видит.
Зато Джордж всё сразу вспомнил, понял и сопоставил, и с пронзительным воплем указал на мальчишку.
— Это ты! Ты — тот наглец, что украл мою рубашку!
Лысый мужчина покосился на сына.
— Джо, серьёзно, ты украл его…
— Я ничего не крал! — тут же стал отпираться мальчишка. — Я разве похож на вора?
Джордж неловко шагнул к мальчишке и схватил его за воротник. В руках у него было столько же силы, сколько и в ногах, и потому он скорее цеплялся за мальчишку, за что не мог не презирать себя. Отвратительно слабое тело тяготило его, и он никак не мог понять, куда же исчезли сила и энергия молодого мистера Флэнагана, который неукротимо носился по «Титанику» до катастрофы? Почему его неутомимость и выдержка пропали именно сейчас, когда они были так ему нужны?
— Ты украл мою рубашку, — прошипел Джордж с ненавистью в голосе, — я знаю, я запомнил твоё гнусное лицо…
Джордж невольно охнул: ледяная вода подступила к самым его ботинкам, и в подошвы ему как будто воткнули сосульки. Отец и его цыганистого вида сын тут же попятились, и их глаза округлились. Джордж отступил вместе с ними: коридор стремительно затапливало.
— Но давайте сейчас об этом не будем! — скороговоркой добавил он. — Мне нужно выбраться на палубу А, помогите мне туда попасть!
Отец и сын переглянулись.
— Вот как? — спросил мальчишка. — Ты как раз по адресу: мы тоже хотим подняться повыше.
— Поче…
— Третий класс — там полный бардак, — пробормотал мужчина и заторопился прочь по коридору, — не думаю, что в скором времени посадят хоть кого-то. Моим жене и дочери повезло, их выпустили, а остальные пока сидят взаперти и бродят по кораблю, ищут, где можно было бы выйти на палубу. Стюарды о нас попросту позабыли, кажется. Те, которых мы с Джо видели, едва ли вернутся: у нас за решёткой мог настоящий бунт вспыхнуть. Они не рискнут нас отпереть.