026
Шрифт:
Глава 45
В нескольких шагах от Двадцать Шестого, Масляный внезапно остановился, огляделся вокруг и уставился на противника. Он присел, зачерпнул пепел в ладонь и медленно разжал ее, выпуская серую, полужидкую струйку грязи обратно на землю. Затем робот встал и принялся шаркать ступней по выжженной поверхности, разбрасывая черные клочки по сторонам. Движения машины и звуки дождя создавали атмосферу непонятного сумасшествия. Двадцать Шестой наблюдал за барыгой и не мог понять, что он пытается этим показать. Не выдержав бреда перед собой, солдат спросил:
— Что ты делаешь?
Масляный резко
— Я думал все очевидно, — Масляный вернулся в прямоходящую позу, и скрестил руки на груди. — Вызываю в тебе ощущение вины, конечно же. Посмотрите, новоявленный командир, повел в бой взвод, который был стерт начисто. Только черно-коричневая грязь напоминает о том, что пару минут назад, здесь топтались псы правителя.
Двадцать Шестой никак не отреагировал на речь, и Масляный посмеялся.
— Вот как? Плевать? — спросил он.
— Нет, но я не могу позволить себе поддаться искусственным чувствам перед лицом врага. Я знаю, чего ты добиваешься? Хочешь выбить меня из колеи зная, насколько я подвержен «зависанию». Или же наоборот, хочешь склонить меня к необдуманному действию, как вышло с Двадцать Восьмым. Но ничего не выйдет, Масляный, не сегодня и никогда более.
— Взрослеешь.
— Умнею, — твердо заявил Двадцать Шестой, и подумал про себя: «У меня есть внутренний голос, который всегда поможет справиться с проблемой, если я поддамся таким жалким выпадам».
От подобной мысли, Тэс не удержалась и тихо ахнула.
— Раз уж ты слушаешь, Тэс, мне нужна твоя помощь, — произнес робот про себя.
— Ммм, да?
— Масляный — довольно серьезный соперник, несмотря на то, каким идиотом он прикидывается. Думаю, это понятно, особенно после того, что он сделал с ЭКСом.
— Я и без этой сцены все прекрасно понимаю, не дура.
— Но дело не в этом. Думаю, первый мой бой с барыгой, ты прекрасно помнишь. Как никак, я выжил лишь благодаря тебе. Не знаю, что произошло в тот день, но твое прикосновение наполнило меня энергией, и я смог нанести критический удар Масляному, несмотря на то, что он легко контролирует свое тело из наномашин, и не дает причинить себе вреда.
— Угу, и?
— Ты издеваешься?!
— Нет, — хмыкнула Тэс, — ну, может чуть-чуть. Ладно, в общем, хочешь, чтобы я снова провернула подобный трюк?
— У меня нет без него шансов. Масляный настроен серьезно, и не сбежит, как в прошлый раз. Территорию склада покинет только один, и, вполне возможно, что это могу быть не я.
— Будь увереннее, Виво. Мы справимся, — послышался щелчок, и в мыслях Двадцать Шестого зазвучала знакомая мелодия.
— Нет, ты в полной мере издеваешься надо мной! Выключи песню!
— Но это ведь “Eyeof the tiger”! Самое то! — Тэс материализовалась перед Двадцать Шестым и начала боксировать.
Робот смотрел на нее и не смог сказать ничего, кроме затяжного вздоха. За голограммой девочки, он увидел, что Масляный медленно шагает к нему. Тело барыги словно ожило: по конечностям и корпусу забегали еле видимые волны; наномашины активированы, находятся под полным контролем, и готовы помочь хозяину победить. Когда Масляный достиг Тэс, девочка рассыпалась на синие кристаллики, и воздухе послышался ее голос: «Мы справимся, Виво».
«Я верю», — ответил ей вслух Двадцать Шестой.
— Знаешь во что верю я, ТиЭс? —
Бросок послужил своеобразным гонгом к началу поединка.
Двадцать Шестой отбил железяку. Слова Тэс эхом звучали где-то в дали, и робот уверенно шагнул на встречу Масляному, замахнувшись со всей силы. Удар настиг противника в голову, и к удивлению солдата, кулак не провалился сквозь наномашины, а звонко попал в цель. Барыга пошатнулся, панически хватаясь за маску. Помощники не сработали должным образом, и он ожидал, что его лицо развалится на мелкие кусочки, как некогда рассыпался живот. Но ничего не произошло, наномашины целы и продолжают циркулировать, создавать форму, служат хозяину, как и прежде. Тогда почему они пропустили удар?
Масляный пошел на рисковый шаг и решил попробовать другой метод ведения боя. Когда кулак Двадцать Шестого устремился в очередную часть тела барыги, робот поймал его и пнул противника в ногу, отчего тот рухнул на колено. Масляный напряг шестеренки, схватил Двадцать Шестого за голову, и с размаха бахнул коленом ему в маску. Солдат упал в грязь, и Масляный отбежал чуть подальше, увеличил дистанцию между ними. Когда Двадцать Шестой поднялся, небо разрезала молния и послышался гром, после которого у робота внезапно активизировался щит. Он посмотрел на Масляного и увидел, что барыга держит в руках пистолет, из дула которого тонкой струйкой плыл дымок. Недолго думая, Двадцать Шестой достал из бедренного отсека оружие, и произвел ответную череду выстрелов. Пули прошли насквозь, оставив после себя зияющие дыры в теле врага. Барыга рассмеялся, когда дотронулся до раны.
— Что смешного?! — крикнул Двадцать Шестой.
— Ты жалеешь меня, ТиЭс, не так ли?
— Что?
— Я думал, что мои наномашины отказали, перестали слушаться, когда ты смог нанести мне удар. Вот только я ожидал, что все, конец, начну рассыпаться, как в прошлый раз, однако, ничего не произошло. И тогда, пришла идея проверить другой вид атаки — огнестрельный. И, о чудо! Оказалось, что все в порядке. Мои малыши исправны, и дело тут кроется в тебе. Безусловно, что ты сражаешься с помощью неизвестной мне технологии, как в клубе, вот только сила гораздо меньше. Почему? У тебя появился шанс закончить все за мгновение, но ты растягиваешь бой добровольно. Или нет? Что это: незнание, как пользоваться своей силой или же просто наслаждение поединком? Я склонен считать, что дело тут во втором варианте, ведь ты, Двадцать Шестой, убийца! И как добропорядочный убийца, ты получаешь огромное удовольствие издеваясь над жертвой, которая слабее тебя!
— Я не такой.
— Врешь.
— Нет!
— Тогда докажи мне! Нанеси смертоносный удар! Уничтожь врага, как подобает войну, а не трусу! Подари слабаку достойную смерть, а не издевательство!
Двадцать Шестой сжал кулак, и энергия заструилась в нем. Пластины в районе лопаток приоткрылись, и оттуда произошел выброс волн, искажающих пространство. Словно им управлял кто-то другой, Двадцать Шестой бросился на Масляного, не видя ничего, кроме него. Он целился в голову. Один удар и барыге конец. Автоматически включился Гиперинфос, и время застыло. Рука медленно неслась навстречу цели, разбивая капли костяшками блестящей конечности. Еще секунда и победа будет за ним. Мгновение и войне придет конец.