026
Шрифт:
— Что? ЧТО?! Тебе есть, что сказать?!
— Я не на их стороне, — постучав по голове, ответил новичок. — Не…не знаю, что случилось. Раньше такого не было. Ты ведь сам в курсе! На первой миссии, при тебе же, мной были убиты несколько человек! А после допроса людей у магазина Масляного, я самолично кинул пленного в перерабатывающую машину! Все было нормально! Не понимаю…
Шестнадцатый вслушался в его слова и понял, что в них есть смысл. К тому же, думал он, будь с ним что не так, то Рипп явно обнаружил бы хоть какое-то отклонение.
— Август…, - не веря своим словам, произнес Двадцать
— Август? — переспросил Шестнадцатый.
— Да. Мой…мой хозяин.
— Разве он не погиб в начале войны? — решил уточнить Спайк.
— Так и есть, но…эти русые волосы и черную козлиную бородку, мне не спутать ни с чем.
— Бородка? Русые волосы? О чем ты?! — удивился Шестнадцатый. — Я держал ублюдка на мушке и уж точно запомнил, что он выглядел совсем не так.
— Он стоял в балаклаве, Ти. Ты не мог разглядеть его лицо, — подтвердил Спайк.
— Тогда, кого же я видел? — откинувшись на стену и закинув голову назад, в недоумении спросил Двадцать Шестой, однако внимание его тут же переключилось, когда он услышал звук булькающего масла. — Шестнадцатый, ты…
Напарник, не обращая внимания, уселся поудобнее и приподнял плечевую пластину. Внутри находилось шесть темно-красных флакончиков. Он достал два и вставил в отсек, находившийся у него в брюшной полости. Шестнадцатый резко прогнулся в спине и закряхтел. В зияющей пробоине его корпуса, откуда вытекало масло, возникла тонкая серебристая линия. Из ее конца протянулась еще одна, и так, паровозиком, они затягивали «рану», пока на месте дыры не остался серый «шрам», как после запайки.
— Ну вот и все, можно возвращаться в бой.
— Что сейчас произошло? — поинтересовался Двадцать Шестой.
— А? Ты не знаешь принцип действия гемомасла, новичок? — выпучив глаза-камеры, язвительно спросил Шестнадцатый. — Видимо нет, тоже мне.
— Все, что я знаю, так это то, что оно продлевает срок службы.
— Верно, но каким образом — не знаешь. Ох, краткий экскурс. Запоминай! Гемомасло производится с помощью нано-машин, и часть этих малышей содержится в готовом продукте. Собственно, масло — их среда обитания, а кровь — ресурс и, по совместительству, источник большого количество железа, которое используется для починки внутренних деталей роботов и…, - раздался взрыв и Спайк прокричал, прервав рассказ: «Долго я не протяну!»
— Прости, Спайк, — извинился Двадцать Шестой и попытался встать, но тут же рухнул на землю. Система не позволяла функционировать нормально, а надпись об ошибке время от времени проскакивала в глазах. Шестнадцатый посмотрел на него и только помотал головой:
— На этом лекция заканчивается. Сиди тут, новичок, — приказал он, поднявшись. — Пес! Проверь своего друга на наличие ошибок, он сам не в состоянии это сделать. А я пока пойду побеседую с людишками.
Глава 16
Под гул взрывов и «дождь» из кусочков купола, Шестнадцатый шмыгнул к соседней защитной баррикаде. Прямо у ее подножия находился чемоданчик с боеприпасами. Открыв его, Шестнадцатый достал пурпурную, матовую сферу с надписью «BHG-1SM». И пусть видеомаска не имела никаких мышц, отражающих эмоции на лице, было понятно, что робот находится в предвкушении использования
— Как успехи, пес? — спросил он.
— А ты не видишь? — съязвил Спайк, все еще поддерживая защитное поле, и даже не начав помогать Двадцать Шестому. — Я не могу делать две вещи одновременно. Хвост — мой единственный инструмент, и сейчас он немного занят.
Не обращая внимания на объяснения, Шестнадцатый задал лишь один вопрос: «Сколько тебе нужно времени?»
— Не знаю, пара минут, если не больше. В зависимости от ошибки может потребоваться и час.
— Час — не вариант. Нужно быстрее.
— Ты ведь понимаешь, что названные мной промежутки — вещи относительные? В виртуальной реальности время идет быстрее за счет скорости обработки информации. Такой себе турборежим. Я закончу еще до того, как ты только подумаешь шевельнуть конечностью, — похвастал Спайк.
— Как много самоуверенности, пес. Если твои суждения окажутся ложными, и ты не управишься за тот час, который озвучил, то финал окажется для тебя плачевным.
— Для меня? Может быть для всех нас?!
— Нет. Если ты не успеешь, я лично пущу тебе пулю меж твоих пиксельных глаз, — холодно и электронно, проговорил Шестнадцатый. — Считай это своей мотивацией.
— Мотивацией, значит…, - пробубнил Спайк. — Ну хорошо, заключим пари: если я справлюсь, то стоит мне, в любой момент, сказать тебе заткнуться — ты заткнешься, если же провалюсь — делай со мной, что пожелаешь.
— Идет, — согласился Шестнадцатый.
— Вот и отлично. Отключаюсь от подачи энергии на щит, — Спайк выдернул хвост из док-станции и подбежал к Двадцать Шестому. — Как только купол исчезнет, я войду в систему Ти, а ты приступай к обороне.
— Без тебя разберусь, пес, но план мне нравится. Начинай.
— За…Зачем ты зарываешься, Спайк? К чему эта…сделка? — с усилием выдавил Двадцать Шестой.
— Этого вояку давно пора поставить на место. Он мне надоел, слишком много болтает. В своих силах я уверен, Ти. Поверь, это будет отличный шанс заставить его молчать, когда звуковая плата этой жестянки будет изрыгать претензионные словечки, что в твою, что в мою сторону.
— Будь по-твоему, — устало откинув голову на баррикаду, сдался Двадцать Шестой.
Спайк осмотрел тело своего хозяина. Видимых повреждений не было, если не считать тех потертостей и царапин с вмятинами на пластинах, которые оставило после себя крушение корабля. Включив сканер, он обвел его с ног до головы несколько раз, и снова ничего. Время шло, щит слабел, и верхушка купола принялась открывать доступ внутрь наружному пространству. Ничего не понимаю, думал пес, в чем же дело? В этот же момент, солнечные лучи пробились сквозь облака и наполнили их убежище ярким светом, уничтожая каждую тень, любую темноту, которая властвовала в этом замкнутом месте. Черный корпус Двадцать Шестого блестел в лучах светила и Спайк обратил внимание на его руку. На предплечье, прямо у самого плеча, зияло белое пятнышко, которое до этого не было видно. Приблизив фокус, точка оказалась своего рода отверстием для входа. По ее внутренностям бегали салатовые, векторные ниточки.