007. Вы живёте только... трижды
Шрифт:
— «Страус», вы там что, головы в песок воткнули?! — в голосе Изабеллы Крулл из наушников прорезалась настоящая паника.
— Центр, у нас тут нарисовалось сопровождение, — сглотнул Ал, осторожно уводя вертолёт от летящего человека.
— Чего?!
— Я говорю, тут нас чудак верхом на венике облетает, — первый пилот плюнул на правила безопасности и рванул ручку вправо. Вертолёт накренился, уходя от опасного соседства.
Чудак на метле без труда двинулся следом за вертолётом, во все глаза разглядывая летательный аппарат, словно необычайную диковинку.
— Он
Далеко от Шотландских облаков, в Лондоне, Изабелла Крулл закусила губу. Следующее её решение определит, по какому пути будут развиваться отношения магической и немагической Британий. Если она отдаст приказ вертолёту оторваться от преследователя, в магическом мире появится свидетель повышенного внимания со стороны нормальных людей к волшебникам. Если она отдаст приказ уничтожить волшебника, магический мир может обозлиться и развязать в ответ настоящую бойню, особенно если этот волшебник успел с кем-нибудь связаться и рассказать о вертолёте. И ведь неизвестно, успел ли он связаться; раз «Страусы» не перехватили обращения магических авиадиспетчеров, то и разговоры между отдельными магами они могли не заметить.
А самое главное, — что бы Изабелла ни решила, какой бы приказ ни отдала, её можно будет обвинить в результатах, не соответствующих ожидаемым, и повесить на неё всех собак. Билл в отъезде, пытается заговаривать зубы вампирам; времени советоваться с Эм нет; решение необходимо принять сию секунду.
Изабелла Крулл сосредоточилась, отрешилась от истеричных воплей из наушника, нашла в своей душе очаг невозмутимого спокойствия, погрузилась в него и сделала то, что всегда выручало её в подобных ситуациях: подбросила монетку.
— «Страус», улетайте оттуда! На всех парах! Стряхните этого наблюдателя с хвоста, не вредя ему, и идите запасным маршрутом на нашу базу на Оркнейских островах!
— Принято, Центр! Барт, держись крепче!
Значит, Оркнейские острова… Ал взял ручку на себя, поднимая вертолёт вверх по крутой дуге. Волшебник попытался погнаться за невиданной машиной, но его метла не могла выдержать соревнования с тремя тысячами лошадиных сил, он вскоре отстал и скрылся за кормой.
Никто не увидел, как волшебник завис в воздухе, глядя вслед скрывшейся в ночной тьме механической диковинке, достал из кармана мантии большую плоскую бутылку и со смесью недоверия, восхищения и опасения во взгляде посмотрел на этикетку.
Добби рассказывает Бонду про Выручай-Комнату
Тем временем полутора километрами ниже этой драматической сцены Джеймс Бонд собирался на очередную прогулку. На сей раз ему предстояла операция, намного более опасная, чем проникновение в кабинет директора. Аналитики с Воксхолл запросили, ни много ни мало, образцы высокоактивных магических субстанций из личного склада мастера зельеделия. Джеймсу предстояло обчистить кабинет человека, который его ненавидит, в то время, когда хозяин кабинета спит в соседней комнате. А кто сказал, что работа разведчика — это скучно?
Джеймс
— Я, Гарриот Джеймс Поттер, перед лицом своих товарищей торжественно клянусь, что замышляю шалость, только шалость и ничего, кроме шалости!
Карта покрылась коричневыми разводами, сложившимися в изображение стен и переходов замка. Джеймс без труда обнаружил личные покои Северуса Снегга. Зельевар, увы, находился в своей комнате; возможно, спал, а возможно, сидел, сжимая в руке большую дубинку, и поджидал незваных гостей. Работа школьным учителем не способствует излишнему человеколюбию… Ведя пальцем по пересечениям коридоров, суперагент начал прокладывать маршрут, стремясь избежать встреч с патрулями.
Палец суперагента добрался до гостиной Гриффиндора, как вдруг одно из пятнышек рядом с его ногтем зашевелилось и выбросило протуберанец с написанным внутри именем…
— Добби?!
— Гарри Поттер, сэр, не сердитесь на Добби!
Джеймс Бонд глубоко вздохнул, закрыл глаза и начал считать про себя до ста. Этому способу его обучили ещё в академии: если ты хочешь кого-то убить, сначала посчитай до ста. Если желание не пропадёт, по крайней мере, у тебя будет время придумать, куда девать тело.
— Скажите только слово, сэр, и Добби сейчас же накажет себя!
«Восемь», — мысленно произнёс Джеймс и разомкнул губы:
— Добби, ты хоть понимаешь, что был на волосок от смерти?
Домовой эльф с облегчением махнул рукой:
— Добби не боится пустых угроз, сэр. Предыдущий хозяин Добби угрожал убить его столько раз, что если бы Добби получал кнат за каждую угрозу, Добби уже купил бы себе «Гринготтс».
Суперагент покачал головой и опустил пистолет:
— На этот раз, Добби, это была не пустая угроза. Ты правда был на волосок от смерти. Не подкрадывайся ко мне так, а то в какой-то момент я могу не успеть совладать со своими рефлексами.
— Добби накажет себя позже, сэр, — униженно поклонился эльф и помахал длинными пальцами, перевязанными грязными бинтами. — Добби засунет ухо в мясорубку.
Домовик появился напротив суперагента, с другой стороны кровати, но всё ещё в пределах балдахина. Длинные острые уши были просто увешаны чем-то, что издалека походило на вязаные презервативы. Тело домового эльфа было скрыто под старой наволочкой, подпоясанной отрезком бельевой верёвки. Зато на ногах красовалось четыре носка. Суперагент спрятал «Вальтер» и протёр глаза: это и впрямь были четыре носка, а не две пары; три на левой ноге и один на правой.