...на всю жизнь

Дадов Константин Леонидович

***

– Значит, старик, ты хочешь что бы я учил этого пацана?
– Короткостриженный черноволосый и смуглокожий мужчина, одетый в военную форму камуфляжной расцветки, насмешливо глянул на Гарри.
– И за это ты платишь двадцать пять тысяч?

– Именно, молодой человек.
– Добродушно отозвался Альбус.

Они сидели вокруг низкого столика, на открытой террасе, прямо под лучами беспощадного летнего солнца, старающегося прожарить людей до хрустящей корочки.

Двухэтажный особняк, обещающий стать жильем для путешественников на ближайший год, выглядел совершенно пустым,

но находился в приемлемом состоянии.

– Давай уточним: все укрепляющие, лечебные и стимулирующие зелья, готовишь и оплачиваешь ты?
– Наемник недоверчиво изогнул брови.
– С проведением ритуалов, необходимых для расширения магической проводимости, тоже помогаешь?

– Так точно.
– Дамблдор в очередной раз кивнул, успокаивающе похлопав по макушке золотистой собаки, недоверчиво косящейся на явно неприятного ей человека.

– Не работа а сказка.
– Широко оскалившись, демонстрируя белоснежные ровные зубы, произнес мужчина.
– Заключаем контракт? Но должен предупредить: я не намерен относиться к ученику снисходительно, так что за этот год, он успеет проклясть меня ни один раз.

– Гарри справится.
– Уверенно заявил белобородый старец.
– Я в него верю.

В этот момент по спине черноволосого мальчика побежали мурашки, интуиция начала сигнализировать о неприятностях, а верная инугами тоскливо завыла...

***

Вспышки молний расчерчивали небо неровными линиями, раскаты грома заставляли вибрировать само пространство, а льющий с неба дождь, мешал рассмотреть хоть что-то дальше пары метров от себя.

Гарри Поттер лежал на каменной восьмиугольной плите, исчерченной вязью причудливых символов и пересекающихся линий. Он был совершенно гол, руки и ноги оказались привязаны при помощи веревок к вбитым в землю столбам.

– Учитель! Что вы делаете, учитель!
– Надрывался мальчик, пытаясь перекричать шум дождя, что бы дозваться до замершего в одной позе старика.

Где-то неподалеку отчаянно выла собака, запертая в магическую клетку, а потому неспособная вмешаться, что бы защитить своего хозяина. Ощущение полнейшей беспомощности, делало ее вой еще более тоскливым.

Альбус Дамблдор стоял перед алтарем, на пересечении линий начерченных на земле. Он был одет в одни только шерстяные штаны, уже давно вымокшие до нитки... но это не волновало чародея, готовящегося совершить последнее чудо в своей жизни.

– Магию призываю в судьи, предков призываю в свидетели!
– Прогрохотал могучий голос великого волшебника.
– Я - Альбус Персиваль Вульфрик Браян Дамблдор, силой своей заклинаю, ставлю жизнь как плату...

Дальнейший монолог был заглушен особенно долгим раскатом грома. Когда же к мальчику лежащему на алтаре вернулся слух, его учитель уже завершал заклинание.

– Пусть все грехи предков, падут на меня... да отчиститься род, да обретет магия новые краски.
– Ладони белобородого старца, соединились над головой с громким хлопком.
– Услышьте меня предки, услышь меня, душа мира: пусть свершится суд!

В следующий миг, с неба протянулись две белые молнии, одна из которых ударила в алтарь, а другая поглотила тело старого чародея. Однако же, Гарри Поттер не погиб и даже не ощутил боли, а наоборот словно бы стал раздуваться от переполняющей силы. удерживающие руки и ноги веревки, не выдержали такого издевательства и лопнули, но мальчик не

спешил шевелиться, наслаждаясь обманчивой иллюзией всемогущества.

Альбус Дамблдор же, приняв на себя все проклятья, которые были скоплены поколениями рода Поттеров, опал кучей серого праха, перед этим успев завершить ритуал частичной передачи своего дара.

Так закончился путь великого светлого мага, оставившего после себя наследника, потенциал сил которого был неизвестен никому.

Часть 2

ГЛАВА 1.

"Дорогая Минерва, здравствуй.

Пишу тебе дабы сообщить, что Гарри Поттер в этом году все же поступит в "Хогвартс", и в связи с этим, я прошу присмотреть за моим воспитанником хотя бы в пол глаза. Понимаю, должность директора отнимает много времени и сил, но поверь, проблем мальчик не создаст... надеюсь.

Из-за ритуала "отчищение рода", я больше не могу выполнять обязанности опекуна, по вполне очевидным причинам. Да-да, Минерва, я знаю что являюсь старым маразматиком и самоубийцей, но предки Поттера скопили столько проклятий передающихся потомкам, что по другому я поступить просто не мог. В ином случае, в день вступления в полную силу, воспитанник рисковал получить повреждения своего энергетического тела, чего допускать было нельзя.

Фоукс доставит Гарри в мой старый дом в конце августа, распорядись пожалуйста, что бы домовики принесли туда комплект школьной формы и учебники для первого курса. Учителя для сопровождения можешь не присылать, я объяснил мальчику как добраться до платформы на вокзале.

Не печалься Минерва, это был мой осознанный и хорошо обдуманный выбор. Помни: для хорошо организованного разума, смерть не конец, а лишь начало нового приключения.

Надеюсь ты не слишком сильно будешь меня бить, когда мы встретимся в следующей жизни?

А.П.В.Б.Дамблдор".

***

Ранним утром по улочкам Лондона, в сторону вокзала неторопливо шагал мальчик одетый в темно-синие джинсы и такого же цвета джинсовую куртку. За спиной у него висел небольшой рюкзак, единственная лямка которого была перекинута через левое плечо. Рядом, держась по правую руку от хозяина, шустро перебирала лапками золотошерстая собака с лисьими чертами морды и длинным пушистым хвостом.

Ребенку на вид можно было дать лет двенадцать или тринадцать, чему способствовали высокий рост и хорошо развитые мышцы, зрительно добавляющие телу объема. Серо-серебрянные седые волосы, непослушными прядями спадали на лицо, полностью закрывая лоб, а сзади доставали до середины шеи. Красивое загорелое лицо, кожа которого имела почти шоколадный цвет, украшали узкие очки с прямоугольными стеклами, а в уголках губ казалось навсегда застыла тень грустной улыбки.

Среди обычных жителей Лондона, парнишка смотрелся совершенно чужеродно, словно бы кусочек мозаики тропического острова, на картине заснеженного севера. Однако же, ни обычные люди, ни даже полисмены, не обращали на юношу совершенно никакого внимания, скользя по нему взглядами, будто бы по неодушевленному предмету, тут же забывая о его существовании.

Встряхнув правой рукой, мальчик заставил массивные и старые даже на вид наручные часы, выскользнуть из-под рукава джинсовой куртки. Взгляд изумрудно-зеленых глаз, в глубине которых едва заметно тлели нетерпение и азарт, на долгую секунду уперся в циферблат, где на красном фоне ярко выделялись золотые цифры и белые стрелки.