...И скрылся с места преступления...
Шрифт:
– Думаю, что да, если это действительно столь необходимо.
– Это крайне важно. А что с пишущей машинкой?
– Мы уже вынесли ее, – сказал офицер, – она внизу, вместе с другими вещами, которые удалось спасти из комнат. Учитывая, какой был пожар, можно сказать, что мы неплохо поработали.
– Никто в этом и не сомневается, – быстро ответил Роджер, – первоклассная работа.
Он не кривил душой, это действительно была первоклассная работа. Пожарный внимательно посмотрел на спутников Роджера и неохотно отошел в сторону. Они осторожно подошли к обгоревшему бюро. Роджер взглянул
– Вы не знаете, у кого бы мистер Уэйт мог переночевать сегодня, мисс Эйкерс?
– Он может поехать ко мне, – ответила девушка, – места хватит.
– Люди могут неправильно это понять...
– Меня абсолютно не волнует, что подумают люди. Она даже не покраснела – это была констатация факта, хотя и произнесенная со скрытым гневом.
– Это может волновать мистера Уэйта, – сухо сказал Роджер.
– Иногда мне удавалось заставить его подумать немного о себе и чуть меньше внимания уделять всем остальным, – резко парировала Джун Эйкерс. – Он и так уже практически распял себя. Так почему же...
– Почему бы вам не отвезти его в дом вашей тети в Лайгейте? – предложил Роджер. – Там тоже достаточно места, к тому же ваша тетя сейчас дома и тем самым вы избежите возможных сплетен в адрес мистера Уэйта. Вдобавок он будет под присмотром.
Ее явно удивило, что ему известно, кто ее тетя, но тем не менее она никак не отреагировала на его слова. Уэйт не обращал на них никакого внимания, он стоял как будто в забытьи: руки сжаты в кулаки, глаза блестят.
– Я пошлю с вами своего человека, – пообещал Роджер девушке.
– Я прекрасно справлюсь сама.
Она отвечала резко, почти грубо.
– Не сомневаюсь. Но мой человек поедет с вами. Более того, я тоже приеду, как только смогу. Мне хотелось бы поговорить с вами.
Он улыбнулся и приготовился отразить возражения девушки, но она отвернулась и взяла Уэйта за руку. Так, держась за руки, они стали спускаться вниз.
Роджер вошел в квартиру. Пожарные уже перенесли бюро в угол, где пол был более надежным. Потом перетащили его в другую комнату, которая, казалось, совершенно не подверглась действию огня, хотя в одной из стен виднелась большая дыра.
Роджер быстро спустился вниз и приказал Уиллису сесть в машину к Уэйту и Джун Эйкерс. Крю он велел следовать за ними.
Затем вернулся в спальню и вместе с пожарным офицером и двумя полицейскими начал все внимательно осматривать. На лестнице послышались тяжелые шаги и, оглянувшись, он увидел входящего Картера. В двубортном твидовом пальто он выглядел чудовищно, его двойной подбородок мелко дрожал. Пожарные извлекли из бюро обгоревшие бумаги и переложили их в картонные коробки, однако ни один из этих документов не производил впечатления на что-либо годного, кроме мусорного ведра. Здесь не было ничего, что могло бы принести какую-то пользу.
– Славно поработали, не так ли? – заметил Картер. Случилось что-то из ряда вон выходящее, подумал Роджер, иначе он не пришел бы сюда.
– Недурно. Что заставило тебя выползти из своего кресла?
– Нечто чертовски странное, Красавчик. Я решил навестить тебя. Этот парень, Канлифф, водитель "ягуара"... Его жена – наркоманка.
Роджер
– Как давно она пристрастилась? – спросил наконец Роджер.
– Год или больше, – сказал Картер, – ему пришлось чертовски трудно. Ну как тебе эта информация?
– А какой наркотик? – медленно произнес Роджер.
– Героин.
– Известно, где она его достает?
– Нет. Она уже прошла два курса лечения. Сейчас лечится в третий раз.
– Еще что-нибудь узнали?
– Нет.
– Где Канлифф?
– В своем доме на Риджентс-парк. За домом уже установили наблюдение, но я пока еще с ним не связывался. Я разговаривал с Мики Смитом из Сент-Джонс-вуда, он знаком с этим делом. Он говорит, что несколько лет назад жена Кащшффа спуталась с одной веселой кампанией, видимо, они и начали снабжать ее наркотиками. Хотя наверняка ему это не известно. Она твердит, что первый раз ей дали попробовать какие-то незнакомые люди. Обычная история: один или два укола малой дозой, приятные сновидения, а потом... Это увлечение требует целого состояния – состояния Канлиффа, я имею в виду.
– Получается, что нет ни одного представителя защиты в деле Роули, кто каким-либо образом не пострадал, – с натянутой улыбкой произнес Роджер. – Спасибо, Алф. Есть что-нибудь из больницы по поводу этого человека с проломленным черепом?
– Без сознания. Пока никаких изменений.
Роджер машинально закурил. В голове проносились мысли, едва он успевал ухватиться за одну, как ее тут же сменяла другая.
Пострадали все, имевшие отношение к защите, это невозможно объяснить ничем иным, кроме тщательно разработанного плана.
– А про самого Роули что-нибудь есть? – спросил Роджер.
– Пока ничего, – ответил Картер. – Вскоре после смерти жены он уехал из Лайгейта – вот, пожалуй, и все. Я попросил Скотленд-Ярд выяснить его местонахождение. Но вряд ли этот человек...
– Мы ведь не знаем, так? – резко возразил Роджер и посмотрел в сторону пожарных.
Они уже извлекли из бюро практически все остатки бумаг. Документы так сильно обгорели, что большинство превращалось в пыль при малейшем прикосновении, не было никакой надежды, что из них можно будет хоть что-нибудь узнать. Но попытаться надо. Он подошел ближе и увидел, что пожарный внимательно изучает верхний ящик, и на его лице появилось недоуменное выражение.
– Что-то расплавилось, – сказал пожарный, – какой-то металл, по-моему, свинец. Так что здесь хранили не только бумаги, это точно, – он ткнул в ящик отверткой. – Какой-то порошок.
Картер напрягся:
– Порошок?
– Вот именно.
– Позвольте я взгляну, – сказал Роджер и слегка отодвинул пожарного.
На кончике отвертки виднелись мелкие белые крупицы. Роджер взял вещество на палец и понюхал. Но почувствовал только стойкий запах гари.
– Немного отличается, но надо отдать на анализ, и побыстрее, – сказал он. – Алф, скажи, чтобы по всем вопросам мне звонили в дом миссис Китт. Я немедленно выезжаю туда. Если это то, что я предполагаю...