Звёзды

Юэ Ци

Пятьсот метров, возможно, и не кажутся преувеличенной длиной, но не как единое устройство, зеркальная поверхность которого составляет 250 000 квадратных метров. Только встав рядом с телескопом наяву, Ван Хайчэн в полной мере ощутил свою собственную незначительность. Эта штука была слишком велика. Даже те инфраструктурные маньяки, которые смогли построить высокоскоростную дорогу на Юньнань-Гуйчжоуском нагорье, не могли бы из ничего сделать под нее пьедестал. Только естественно сформировавшаяся горная седловина могла поддержать это огромное сферическое зеркальное тело.

Концепция FAST'а была впервые предложена в 1994 году, еще до рождения Ван Хайчэна. В 2001-м проект официально одобрили, а технико-экономическое обоснование началось только в 2007-м. С обычной мировой скоростью для запуска строительства потребовалось бы не менее двадцати

лет, но все недооценили быстроту Китая: уже в сентябре 2016 года FAST был официально запущен и начал получать электромагнитные сигналы из глубин Вселенной.

Этот сферический радиотелескоп с дурацким названием был в два раза больше и в десять раз эффективнее американского Аресибо диаметром триста метров, что одним махом сделало Китай страной с самым мощным моноблочным радиотелескопом в мире. С тех пор китайским астрономам больше не нужно было побираться по другим странам, чтобы арендовать чужие машины и ловить на себе косые взгляды. Мало того, в обмен на то, чтобы получить возможность поработать с FAST'ом, обсерватории в других странах также начали давать Китаю зеленый свет в различных проектах.

Это должно было стать лучшей эпохой для таких астрофизиков, как Ван Хайчэн. Когда только-только запустили FAST, у приглашенных на экскурсию старших коллег глаза наполнялись слезами. Тогда Ван Хайчэн еще учился в аспирантуре и не успел вылететь из академического гнезда. Просматривая живые видео в прямом эфире, он чаще всего слышал такие слова, как «мы», «вы», «тогда» и «хорошее время». Слушая о лишениях предшественников, Ван Хайчэн вспомнил, как в детстве выучил наизусть звездную карту из «Рыцарей Зодиака» [31] , и теперь наконец по-настоящему ворвался в передовую сферу исследования тайн Вселенной. Он не мог сдержать тихих слез. Окончив аспирантуру, вошел в ряды выдающихся молодых талантов, и его в особом порядке взяли на должность доцента.

31

«Рыцари Зодиака: Святой Сейя» – оригинальный японско-американский сетевой анимационный сериал, основанный на японской манге 1980-х годов «Святой Сейя» Масами Курумады.

И только сейчас у него появилась возможность подать заявку на полевую работу с FAST'ом.

Изначально это было просто паломничество. Ван Хайчэн много раз фантазировал о том, как увидит FAST собственными глазами, на что это будет похоже, когда эти горы предстанут перед ним, и мечтал о том, как телескоп покажется за окном трясущегося автобуса и какое изумление вызовет, созданный с таким сверхъестественным мастерством и так радикально изменивший все вокруг. Однако он и представить не мог, что при виде этого гиганта будет так взволнован, что мысли скрутятся в один большой запутанный комок.

Ван Хайчэн неожиданно вспомнил причину, по которой, как в свое время объяснил учитель, FAST строили в такой спешке: радиотелескопы улавливают радиоволны. А с развитием человеческой цивилизации источники радиоволн на Земле плодятся с невообразимой, взрывной скоростью. Сорок лет назад их было не так уж много – радио, телевидение, телеграммы и чуть-чуть беспроводной связи, а сейчас что? Интернет, сотовые телефоны, Wi-Fi, Bluetooth… Сейчас у каждого есть десятки собственных источников радиоволн. Эти раздражающие беспроводные сигналы создают огромный уровень электромагнитного шума всей планеты. Шум становится все громче и громче. Все труднее услышать космические сигналы, которые могут идти до Земли сотни миллионов световых лет. Если не поторопиться с созданием FAST'а, то в будущем уровень шума полностью перекроет эти далекие и слабые импульсы, и тогда единственной надеждой человечества станет создание телескопов в космосе. Но когда аэрокосмическая техника сможет осилить подобного тысячетонного монстра?

Десятки километров вокруг FAST'а необитаемы, и самая важная тому причина – обеспечение более тихой беспроводной электромагнитной среды. Жаль, что эта изоляция от мира может вместить радиотелескоп площадью почти 200 тысяч квадратных метров, но не может изолировать человеческий мозг, способный уместиться в двух ладонях. Перед отъездом Ван Хайчэну позвонили. Владелец, подписавший договор купли-продажи, сказал ему, что нужно добавить еще триста тысяч юаней, иначе квартиру он не продаст.

Ван Хайчэн и предположить не

мог, что с ним может случиться подобное. Через несколько лет после завершения строительства моста Чжухай-Гонконг-Макао цены на недвижимость в Чжухае выросли, в Хэнцине [32] подскочили до шестидесяти тысяч за метр, а в Сянчжоу [33] – до сорока. К счастью, Чжухайский кампус Университета Сунь Ятсена находится в районе Танцзя. Это был большой пригород, но стоимость квартиры там по-прежнему составляла двадцать с лишним тысяч юаней за метр. С мизерным доходом доцента, только что получившего должность, Ван Хайчэн точно не смог бы позволить себе купить дом.

32

Хэнцин – остров в составе городского округа Чжухай.

33

Сянчжоу – район города Чжухай, провинция Гуандун.

И то, чтобы купить «дешевый дом» в этом пригороде, все равно первоначальный взнос он выплатил только при поддержке семьи. Доценту Ван Хайчэну ежемесячно отсчитывали чуть больше десяти тысяч юаней, а в фундаментальной астрофизике не приходилось рассчитывать на подработки, потому весь его доход составляла университетская зарплата, а остальное не приносило ни гроша.

Триста тысяч он, наверное, заработал бы года за три, если бы перестал есть и пить. В «Осажденной крепости» [34] говорилось, что повышение простого преподавателя до доцента сродни возведению служанки-наложницы до младшей жены, а повышение доцента до профессора – это как если бы младшая жена стала главной. После гражданской войны изменилось почти все, кроме этого: Ван Хайчэн боялся, что с такой зарплатой эту сумму ему придется добывать еще очень-очень долго.

34

«Осажденная крепость» (1947) – роман Цянь Чжуншу, роман о «бездуховном обществе» гоминьдановского Китая 1930-х годов.

– Профессор Ван, я правда ненарочно цену завышаю. Вы же из Чжэцзяна, да? Тогда точно знаете, как ведется бизнес. Мы договор подписать-то подписали, а деньги вы так и не выплатили… Я знаю, знаю, нужно подождать, пока одобрят кредит, я же знаю, как вести бизнес… Послушайте меня, послушайте. Видите ли, за тот месяц, что прошел, как мы договор подписали, квартиры здесь подорожали на тридцать процентов. Я не могу потерять так много, правда же? Вы заплатите на двадцать процентов больше, я потеряю десять, а вы, считай, просто получите десять даром. Вы же интеллигентный человек, такой молодой, а уже доцент, наверняка лучше меня считаете. Скажите, я прав?

– Ой, нет смысла это все говорить. Вы знаете, ну подадите вы в суд, мне-то все равно, но туда-сюда уйдет несколько месяцев, и никто не скажет, сколько к тому времени будут дома стоить. Эй, мне-то есть где жить. Вы не думайте, юноша, что правда вся на вашей стороне, сперва полгода будете по судам таскаться, выиграете или нет – вообще другой разговор. Ну, допустим, выиграете, думаете, сможете въехать? Вы не понимаете принудительного исполнения, подать на это сможете только через год. Я-то местный, у меня там несколько квартирок есть, а вам каждый день на работу ходить… нет-нет-нет, я вам не угрожаю, просто рассказываю, как дела обстоят, молодой человек.

– Я ж за вас думаю, юноша, вы ж еще молоды, мозги все, поди, проучили? Давайте каждый уступит, добавит по чуть-чуть. Пусть каждый немножечко потеряет, нельзя же чтобы я один убыток понес. Вы даже ключей не забрали, а уже с чистой прибылью, с какой стати? Вы там у себя в Чжэцзяне уж больно расчетливые. Давайте не будем о деньгах, молодой человек, позвольте мне поделиться с вами некоторым опытом. Я не знаю, что такое быть доцентом. У меня нет такой высокой степени, но на себя работать это ж почти то же самое, в двадцать-тридцать с лишним самое время вкалывать. В какой суд вы мне тут предлагаете подать? Сами подумайте, разведете волокиту, а работать когда? Каждый день будете отгулы просить, по судам со мной бегать? Через год-два все доценты, которые с вами начинали, полными профессорами станут. А вы что? Верно же?