Звезды во мраке
Шрифт:
Робот стоял рядом, огоньки на панели светились здоровым зеленым светом, манипулятор и дополнительную гусеницу уже убрал.
Видимость, конечно, была не очень хорошей, здесь оказалось так же темно, как и наверху, но тем не менее многое можно было разглядеть. Юноша почему-то решил, что вокруг обычный мрак, который можно одолеть фонарем, поэтому для проверки тут же залез на робота и включил прожектор. Мрак тут же рассеялся.
Пол пещеры был неровным, выбитым то ли водой, то ли чем-то другим, но естественным – природным, относящимся к этой планете, а не к чему-то непонятному
Тогда Данька направил прожектор вверх, ожидая увидеть дыру, через которую сюда свалился вместе с роботом, или хотя бы черную лужицу мрака, но перед ним был обычный неровный каменный потолок, что было непонятно, неожиданно и досадно.
– Так и с ума легко сойти… – пробормотал юноша. – Что же это такое? Как я здесь оказался? Одно пока ясно – жить здесь нельзя, надо как-то выбираться отсюда.
Данька взялся за ручку управления и плавно надавил на нее, решив, что, пока позволяет высота и ширина хода, он поедет на роботе.
Двигатель неприятно загудел, видимо, падение все-таки не прошло бесследно. На панели замигали огоньки диагностики: на экране появились красные шасси, но вскоре их цвет изменился на зеленый – повреждения оказались устранимыми.
Прожектор довольно хорошо освещал ход, но когда юноша взглянул на панель управления, то увидел, что зарядка аккумуляторов у робота стремительно падает: используя прожектор боевой машины, он тратил слишком много энергии. Пришлось выключить его и включить фонарь на каске.
Робот поехал немного быстрее, но тут же замигал индикатор зарядки батареи его фонаря, Данька не заряжал его ни разу – и вот результат!
Данька отключил свет, перевел управление на автоматику, чтобы робот сканировал пространство впереди себя. В этом варианте тот сам выбирал себе путь.
Юноша даже немного загордился собой – все-таки сумел уйти из двенадцатого штрека, еще немного – триста, пятьсот метров, и окажется на поверхности. Предположение, что пещера могла оказаться изолированной и выхода на поверхность планеты не имеет, он отбрасывал от себя, как и многие другие ненужные сейчас мысли.
Например: а как он сумел просочиться через мрачную блестящую лужицу на полу размером с полметра, да еще вместе с боевым роботом, и где находился долгое время, прежде чем упасть в эту пещеру?
И что это за кокон, сотканный из мрака, в котором он не мог двигаться и, кажется, даже дышать?
Пока его удивляло только то, что робот продолжает ползти вперед, а ход, несмотря на то что не производил впечатления рукотворного, не сужался и не расширялся. Даньке даже стало казаться, что ползет он по длинному кольцу, проходя его круг за кругом, настолько стены были похожи.
В какой-то момент парень даже почувствовал, что от этой монотонности закрываются глаза – спал недолго и проснулся от собственного крика, приснилось, что его душит кто-то темный, страшный и незнакомый. Он включил свой фонарь, а заодно прожектор робота и увидел, или ему показалось, как нечто темное исчезает за поворотом.
Данька вздохнул, вытер холодный пот со лба, подумал о том, что чувство опасности его впервые подвело, не предупредило своевременно,
Это было хорошим предзнаменованием, значит, он двигается правильно. Ход по-прежнему ощутимо шел вверх, и шансы Даньки попасть на поверхность повышались с каждым пройденным метром. По его расчетам, робот уже прополз примерно тысячу метров, что было немного странно, такое в пещерах бывает редко.
Неожиданно машина выкатилась в огромный зал и остановилась.
Света в фонаре не хватило даже на то, чтобы осветить хотя бы метр, поэтому пришлось включить прожектор. С ним удалось разглядеть только стены и каменные глыбы, валяющиеся повсюду. На противоположной стене черными пятнами зияли три прохода. Данька старательно принюхался к воздуху в каждом проходе, надеясь таким образом обнаружить тот, что выходит на поверхность, но никакой особой разницы не почувствовал – отовсюду пахло пылью, камнем, горячим пластиком от нагревшегося двигателя и его собственным потом.
Даниил после недолгих размышлений выбрал самый широкий проход. Робот снова пополз в темноту, прожектор и фонарь сразу выключил, чтобы сберечь зарядку.
Машина остановилась через пару часов, когда Данька задремал, и это для него стало неожиданностью. Он взглянул на панель и огорченно вздохнул – зарядки аккумуляторов оставалось еще двадцать процентов, но машина больше не двигалась.
Только открыв несколько высветившихся красным файлов, юноша понял, в чем дело: программа машины предусматривала держать для вооружения не менее двадцати процентов емкости аккумуляторов, что было вполне логично – лучше потерять возможность двигаться, чем оказаться безоружным.
Отключить эту подпрограмму Даниил не сумел, она была приоритетной, поэтому с большим сожалением парень слез с робота, похлопал его с грустью по нагретому пластику, прощаясь, и отправился дальше пешком.
Пройдя пару сотен метров, юноша решил, что не может тратить энергию фонаря – слишком велика неизвестность и неопределенность того, что его ждет впереди: зарядка аккумулятора стремительно падала, а до выхода, если тот вообще есть, расстояние неизвестно. Выключил свет, и тут ему в голову пришла здравая мысль о том, что выхода и на самом деле из этой пещеры нет – он будет двигаться до тех пор, пока не упадет и не умрет от голода.
Данька даже расплакался и плакал долго, с наслаждением жалея себя.
Две инициации, каждая из которых могла убить или свести с ума любое разумное существо, – разве он хотел их проходить? Нет, но прошел, как ни не хотел этого, ему просто не оставили другого выхода, да и сюда, в эту шахту, затолкали грубо и бесцеремонно, не спрашивая. Определенно вся жизнь – доказательство того, что этот мир желает его смерти.
Юноша вытер слезы.
…Ну вот, пожалел себя, и стало легче. А что теперь? От плача ничего не изменилось – как он был в этой проклятой пещере, так и остался и также не знает, есть ли отсюда выход. Данька лег на каменный пол и закрыл глаза, чтобы немного отдохнуть – тихо, пусто, одиноко, только где-то вдалеке слышен звон капель.