Звездолет "союз"
Шрифт:
— Мы ожидали куда большего от планеты ученых. Ученые за это время достигли бы всемогущества. Сингулярности. Перешли бы в энергетическую форму. Гуляли по Космосу босиком. Строили планетные системы или создавали новые Вселенные. Да хотя бы в своем мире использовали силовые поля, новые материалы, построили бы фантастические города, создали невероятных животных и растения, достигли бы бессмертия. Пусть даже не это… Что-нибудь другое. Хоть что-нибудь, Аканиос! Хоть какую-нибудь загогульку новую вы изобрели бы, которой не было на мирах СТК! Так ведь ничего нет, совсем ничего. Вы не исследуете
— Вы закончили? — холодно осведомился Аканиос. Он стоял против Кэса, скрестив руки на груди, плащ величественно очерчивал его фигуру, — так вот, Кэрон, вы заблуждаетесь. Наука у нас, конечно же, есть. У нас восемьдесят тысяч Университетов! В год выходит триста шестьдесят тысяч наименований научных журналов. Выпускается более пятидесяти миллионов монографий и статей! Проводится восемьдесят тысяч различных конференций. У нас существует тысяча двести двадцать восемь различных научных премий! Вся жизнь на нашей планете посвящена только Науке! Ну а то, что наука не изобрела того, что вы нафантазировали в своих горячечных мечтах — так это, извините, не наши проблемы! Мы серьезными делами заняты, а не прогулками по Космосу босиком.
Кэс выпрямился и тоже скрестил руки на груди. Ростом он почти достигал высокого Суммоса.
— И вы закончили? — в том же тоне осведомился он, — я не намерен дальше продолжать споры с вами. Ваше право — жить так, как вы считаете нужным. Право моего экипажа — самостоятельно выбирать свой путь. Мы покидаем эту планету сегодня же.
— Не торопитесь так, Кэрон, — усмехнулся Суммос, — я не сообщил вам решение Консилиума целиком. Слушайте же! На вчерашнем заседании было решено оставить вас на Саванте в любом случае. Мы не позволим вам улететь. Это связано с безопасностью Саванты. Вы верно заметили — наши оборонные системы уступают даже системам Коста-Нуэвы. Пока нас защищает расположение — вероятно, ни ксалийцы, ни бригги еще не добрались до нас, или просто не в курсе, ведь мы не поддерживаем межпланетных связей. Однако вы — брешь в этой информационной защите. Если "Союз" с информацией о нас попадет в населенную часть Галактики, ничто не помешает вражеским силам узнать о нашем расположении и уничтожить либо регрессировать наш мир.
— Мы не станем сообщать кому-либо информацию о вашем мире. Мы можем также уничтожить ее и в памяти корабля.
— Пустое, Кэрон. Обычное ментоскопирование, а вы знаете, какова техника добычи информации у ксалийцев, сразу приведет к желаемому результату. Единственное решение, обеспечивающее нашу безопасность — это оставить вас здесь. Ну а в каком качестве… в каком статусе — это уж вы решайте сами.
Кэс побледнел.
— Мы не можем согласиться с таким решением. Вы не имеете права задерживать нас!
— Не имеем права — на основании какого кодекса? Вы нелогичны, Кэрон, — произнес Суммос, — разумеется, если Консилиум так постановил — вы останетесь здесь. Я лишь попытался обставить ситуацию максимально мягко и приятно для вас. Не желаете — как угодно. У нас существуют дома заключения для вульгаров. В конце концов, есть эвтаназия. Не делайте глупостей! Кроме этого,
Кэс немедленно поднял руку с браслетом связи.
— Антуан! — произнес он громко, — Немедленно отзовись! Вызывает капитан! Ант, ответь!
Браслет хранил безжалостное, окончательное безмолвие.
Глава 17. Изнанка мира.
— Я не могу поверить, что "Союз" разрушен, — тихо произнесла Лотта, — это же конец! Конец всему.
Кэс обнял ее за плечи.
— Хорошо еще, что мы хоть все вместе тут сидим, — буркнул он.
Обвел глазами камеру. Здесь все они очнулись — для транспортировки их незаметно усыпили парализаторами, подобное нелетальное оружие было и на Косте.
Восемь коек. Пол, потолок, стены — все белое, потолок равномерно опалесцирует, имитируя дневной свет. Экипаж "Союза" сидел и лежал на койках — никто не паниковал и не впадал в истерику, и это тоже было хорошо. Джан молча стоял у стены, опершись на толстый хвост.
Вряд ли, конечно, их долго продержат здесь всех вместе.
— Что будем делать, товарищи? — спросил Кэс, — какую линию поведения изберем? Может быть, я напрасно отказывался от их гостеприимства?
— Ты все сделал правильно! — возразила Лотта, — я не собираюсь жить с этими свиньями. Ученые! Лучше эвтаназия!
— Э… гм… этот вопрос можно обсудить, — произнес Максим, — однако твоя линия поведения была правильной. Мы все вместе решили не оставаться здесь, и ты не мог сказать ничего другого.
— Надо что-то решать, — угрюмо произнесла Светлана, — нам повезло, что мы вместе. Пока. Нас легко могут разделить, и что тогда?
— Но ведь если корабль разрушен, — губы Чин дрожали, — то тогда… тогда все. Все. Больше ничего не будет. Если больше нет "Союза". У них здесь вообще нет автономных кораблей…
Максим пересел к ней на койку. Взял Чин за руку. Женщина ткнулась носом в его плечо.
Ю сидел с отсутствующим видом и ковырялся в собственном браслете.
Светлана вскочила и широкими шагами направилась к двери. Забарабанила в нее.
— Что ты задумала, Вета? — встревоженно спросил Кэс.
— Здесь охрана — эти вульгары. Если вы мне скажете, что они что-нибудь могут, я долго буду смеяться!
— Вета… — предостерегающе начал Кэс. Но верхняя половина двери вдруг сделалась прозрачной. В ней появилось лицо охранника — действительно вульгара, невысокого роста, с черным ежиком волос. Почему-то здесь все охранники принадлежали к этой расе.
— Что нужно? — осведомился мужчина. Светлана вздернула голову.
— Здесь есть больной! Умирающий! Откройте!
Охранник посмотрел вбок, словно советуясь с кем-то.
— У нас другие данные, — несмело сказал он.
— Инопланетянин умирает, — заявила Светлана, — вы не понимаете! Если он умрет, вас накажут!
— Хорошо, я вызову врача.
Светлана встала сбоку от двери, встряхнула руками, приготовилась.
— Вета, не надо, — Кэс вскочил, — это не так просто! У них оружие, с которым ты незнакома. Это тебе не бригги…