Звёздочка
Шрифт:
— Краденный? — Спросила Света, беря со стола серебряный нож.
— Подлинник. — Алонсо широко улыбнулся, зажимая сигару зубами и разводя руки. — Все проверки будут пройдены.
— Откуда тогда?
Света поднесла остриё к большому пальцу, резко ткнула и прикусила внутреннюю часть губы. Короткая боль — и на кончике пальца набухла рубиновая капля. Прижала к бумаге в помеченном месте и застыла, давая аппаратуре считать и запомнить последовательности ДНК. Кот, лежащий у ног, поднял голову и грозно посмотрел на хозяйку. Будто ему не нравится, что она проливает кровь попусту, животному ведь не объяснишь причины.
— Да всё просто. На отшибе галактики действительно есть дом Эферов. Благородное семейство, ведущее род от первых сквайров империи, но никогда не бывшее... ну, знаешь, в первом ряду.
— А если я встречу родственника? — Глаза Светы-Вероники сузились.
— Не встретишь. — Улыбка дона стала шире. — Они все мертвы уже лет пятьдесят как. Мы заменили жителей поместья на наших людей, а самих Эферов на клонов.
— Если кто узнает, то тебя казнят. — Заметила Света-Вероника, двигая пальцем, так что на бумаге остаётся отчётливый красный отпечаток.
— За одну десятую моего бизнеса, меня должны как минимум сбросить в чёрную дыру, живым. — Хохотнул дон. — Но даже если ты встретишь «родственника», не переживай. Сей благородный дом довольно обширен и состоит из многих семей, не все из них получают статус дворянина. Только самые достойные.
— А как объяснить то, что запись обо мне появилась только что?
— Алтанцы все такие дотошные? Не переживай, родовое гнездо Эферов так далеко, что сигналу от сертификата до библиотеки потребуется семнадцать тысяч лет. Так что вполне естественно, появление записи с задержкой, по прибытии благородного Эфера в основное имперское пространство, где ретрансляторов больше, чем космической пыли. — Алонсо посмотрел на часы и добавил. — Поздравляю, теперь ты Вероника фон Эфер.
— А почему не «де»?
— Да хоть «де», хоть «ля», «да», «ван» и прочие, это же просто «из». Вероника из Эферов. Не более. — Отмахнулся Алонсо, потягивая сигару. — Разница была в доисторическую эпоху на Земле, с их нациями. А теперь это просто формальность.
— Ладно... благодарю.
— О, не стоит. Совсем не стоит.
Вероника фон Эфер замерла на середине подъёма с кресла и вместе с котом остро взглянула на дона. Тот стряхнул пепел в фарфоровое блюдце и улыбнулся.
— Я сделал это за плату, бартерный обмен, если угодно, но в любом случае не бесплатно. Какой смысл благодарить за оплаченную услугу? Вы, Алтанцы, странный народ. В любом случае пока летишь, постарайся научиться быть меньшей алтанкой.
— Не переменно.
Вероника кивнула и покинула помещение. Алонсо откинулся на диване, глубоко затянулся сигарой и выдохнул клубы дыма. Вскоре истребитель поднялся с площадки и скрылся в глубокой синеве неба. Дон прикрыл глаза, сигнал тревоги, сообщавший о наведённых на резиденцию орудиях, затих. Обидь он девчонку, и от поместья остался бы уродливый кратер.
— Хреновы алтанцы... — Выдохнул Алонсо. — Хорошо, что вас по ветру пустили.
***
Вероника фон Эфер расставляет на столе покупки, кот сидит на краю и будто ожидает гостинца для себя. В помещении пахнет химической стерильностью, металлические стены с матовым покрытием давят на поле зрения. Аркан удаляется от планеты, набирая скорость для межзвёздного путешествия, без Т-врат или червоточных прыжков. Увы, и
На стол со стуком легла плотная коробка, полная пузырьков со средством для окраски радужки глаз. Две капли, и почти неделю они будут тёмно-карие. Света предпочла бы голубые, но для этого нужна операция, выжигающая пигмент. Рядом с коробкой легло нечто похожее на шапочку для плавания, но прозрачное и студенистое.
— Это ещё что? — Пробормотал Вероника, тыча пальцем массу и морщась.
— [УСТРОЙСТВО ДЛЯ ИЗМЕНЕНИЯ ЦВЕТА ВОЛОС] — Пояснил Аркан.
— А просто покрасить? — Буркнула Света, беря «шапочку» двумя пальцами за упаковку.
Подняла на уровень глаз, пытаясь осмыслить принцип работы. На вид довольно тонкая и никаких пигментов или элементов управления.
— [КОРНИ]
— А... точно. — Вздохнула Света.
Торопливо отложила и перевела взгляд на документы: сертификат дворянки, личное удостоверение, лицензия пилота и заявление на поступление. Рядом рассыпана горсть сладких батончиков, менее питательных, чем судовой рацион, но вкусных. Кот улёгся рядом, свернулся калачиком, красуясь сбритой шерстью на хребте и частично пузе. Заживлённые шрамы блестят серебром из-за антибактериального спрея.
— [ДО ТОЧКИ НАЗНАЧЕНИЯ ДВАДЦАТЬ ТРИ ЧАСА. СОВЕТУЮ ПОДГОТОВИТЬСЯ И ВЫСПАТЬСЯ]
***
Кандалы на запястья с щелчком раскрылись, и Вик рухнул на бетонный пол. Остался лежать, собираясь с мыслями, пока тюремщики возятся с оковами на ногах. В дверь сочится электрический свет и ночной холод вперемежку с запахами воды и сырой земли. Сильные руки подняли с пола и Вик провис в хватке, старательно отыгрывая беспомощного старика.
Его выволокли под свет прожекторов, установленных на плотине. Лицо лизнул слабый ветерок, потрепал волосы, успевшие стать сальными, и Викториус ощутил голод. Нет, его кормили, в основном жидкими кашами и внутривенно. Попутно накачивая организм химией, в надежде заставить говорить. Однако, сейчас остро хочется яичницы и котлет, которые навострилась лепить Света... хочется погладить кота и подремать в кресле с книгой.
Свет прожекторов слепит, Вик щурится, силясь разглядеть хоть что-то, кроме бетонного пола. Шум реки и гомон голосов оглушают. Затем бетон сменился металлическим трапом, старика подняли в корабль и уместили на кресло, закрепили ремнями, а запястья сцепили наручниками. На шее защёлкнулся обруч, слишком широкий и толстый для рабского.
— Лазерный, — пояснил кто-то, стоящий рядом, но Вик не стал поворачиваться. — Он отрежет тебе голову особым способом, позволив нам... впрочем, пусть это будет элемент сюрприза.
— Эйден?
— О, ты меня уже узнаёшь! Это радует, может, порадуешь ещё чем?
— Пошёл ты. Такие решения не принимаются второпях. Предать внучку, это тебе не сигарету прикурить, кстати...
Хлёсткий удар в челюсть откинул голову назад, впечатал затылком в подголовник. Во рту сразу стало солоно, Вик уронил голову на грудь и сплюнул кровь между ног.
— Она тебе не внучка. — Процедил Эйден, схватил за волосы и дёрнул вверх, вынуждая смотреть в лицо. — Ты совсем из ума выжил, архистратиг?!