Звездные стражи

Уэйс Маргарет

— Да, — спокойно сказал Саган, — нам остается надеяться на самих себя.

— Но враг может прорваться где угодно! Есть тысячи других мест! — Мейгри показала рукой на звезды. — Почему он уверен… — Не договорив, она уже знала ответ.

— Они идут прямо на нас, леди. Могу поклясться, что каким-то образом, скорее всего благодаря утечке информации из системы безопасности, коразианцы знают наши точные координаты, знают о всех наших передвижениях. Вот почему они напали, не будучи хорошо подготовленными. Да этого им и не надо. Несомненно, они обещали Роубсу, что уберутся,

как только разгромят нас. Если он им поверил, значит, он еще больший болван, чем я о нем думал. Вы, конечно, понимаете, чего коразианцы в действительности добиваются?

— Им нужен «Феникс». — Мейгри вцепилась в ручки кресла и обвела взглядом помещение для дипломатов.

— И остальные корабли. В сообщениях, которые мы получили от тех, кому удалось бежать из системы Шелтона, говорится, что коразианцы действуют по своей обычной схеме: захватывают в плен людей и используют их либо для еды, либо в качестве рабской рабочей силы, уничтожают все, кроме механизмов. Наша технология — вот, что им нужно. Теперь они идут прямо на нас. У нас есть уникальная возможность стать одновременно и приманкой, и капканом.

— Вам, известна их численность?

— Приблизительно да, можно подсчитать по донесениям агентов.

— Сохранить флот возможно?

— Компьютеры дают отрицательный ответ, учитывая наши силы на сегодняшний день. Но мы можем нанести им значительный урон, прежде чем погибнем. Боже, да я собственными руками взорву корабль, чтобы он им не достался!

— Но вы ведь не из тех, кто слепо подчиняется приказу, Саган. Вы могли бы отступить.

— Тогда меня заклеймят трусом, навсегда опозорят. Я мог бы сделать другое: я умею ладить с прессой, и мне ничего не стоит натравить ее на Роубса. Он это знает. Но, видите ли, миледи, теоретически есть возможность выиграть сражение. И если я выиграю, то стану героем галактики. Что может быть лучше?

— Для вас, но не для галактики. — Резко поднявшись, Мейгри вернулась к созерцанию звезд. Она стояла к нему спиной, обхватив себя руками. — Роубс рискует.

— Он — игрок. Он знает все тузы, и перевес на его стороне.

— А ближайшие системы? Они не могут прислать подмогу?

— Их беспокоит лишь собственная безопасность. Пока новость о нападении держится в секрете, но как только об этом сообщат, на нас обрушится шквал просьб помочь им. Где уж от них ждать помощи!

Мейгри стояла у иллюминатора и задумчиво поглаживала себя по руке. Саган, внезапно поняв, о чем она думает, поднялся.

— Ошибаетесь, Мейгри. Дикстер и его люди не станут помогать мне.

— Но примете ли вы их помощь, если они ее предложат?

— Конечно, да. Усиление личного состава мне бы очень помогло.

— Насколько мне известно, его люди хорошо подготовлены.

— Да, это так. Большинство из них я сам обучал. Три четверти дезертиров служили когда-то у меня.

Мейгри улыбнулась, услышав горечь в его словах.

— Джон Дикстер вам поможет.

— Вы хотите сказать, что он поможет, если вы его об этом попросите, Мейгри?

— Нет. — Она покачала головой, и рассыпавшиеся волосы скрыли выражение

ее лица. — Дайен.

Ее предложение застало Сагана врасплох. Он опять не сумел предвидеть хода ее мыслей. Подойдя к Мейгри, Саган положил руки ей на плечи.

— Ловкий трюк, миледи, но меня вы не проведете. Даже если Дайен улетит к нему, потом все равно вернется ко мне. Как вы это называете? «Позорить нашу кровь»? Амбиции, жажда власти бушуют в этом мальчике. А у меня есть все, чего он хочет.

Мейгри напряглась от его прикосновения. Несколько часов назад они были готовы убить друг друга. Но она все еще жива. И это самое большое разочарование. Сжав зубы, она повернулась, высвобождаясь, и холодно посмотрела на него.

— И что вы теперь с ним сделаете? Что вы сделаете с мальчиком, которого Бог назвал своим избранником? С мальчиком, которому, возможно, суждено стать королем и спасителем человечества?

Саган сжал руки за спиной.

— Глупый вопрос, миледи. Вы знаете, что я, подобно Люциферу, стану скорее властителем ада, чем слугой на небесах.

— Вы осмеливаетесь бросать вызов Богу?

— Скажем так, я пытаюсь убедить Его изменить свои помыслы.

— Я не дам вам этого сделать, Саган! — Мейгри шагнула вперед. — Однажды, много лет назад, я сражалась с вами за Дайена. И я буду сражаться за него снова.

— Предупреждаю, миледи, я могу избавиться от вас хоть сейчас…

— Нет, не можете. Это всего лишь пустая угроза, милорд. Вы могли убить меня сегодня, но не убили. Вы колебались и в итоге сдерживали себя. То же самое происходит сейчас. Вы терзаетесь, не можете решиться, словно стоите на перепутье. Бог даровал вам возможность заглянуть в будущее, и вы увидели меня, умирающую от вашей руки. Это — в будущем, но не сейчас. Сегодня что-то было не так, ведь это правда, милорд? Что-то вам подсказывало: убить меня сегодня — значит бросить вызов Богу. И вы не осмелились! Потому что Бог опять свел нас с целью, ведомой только ему, возможно, для того, чтобы вместе бороться с новой опасностью.

Они стояли, почти касаясь друг друга.

— В этой борьбе наши мотивы различны, милорд. Вы думаете о славе, жаждете власти. Я думаю о людях, о миллионах людей, которые могут погибнуть. Нравится вам это или нет, но мы оказались скованы одной цепью. И разрубить эту цепь невозможно. Мы пытались, но из этого ничего не вышло. Освободиться от цепи мы сумеем, только помогая друг другу. Я помогу вам, Саган, но при условии, что вы не опутаете этой цепью Дайена. Если нет, я затяну вас на дно с помощью той же цепи!

— И затянете вместе с нами мальчика. Слишком поздно, Мейгри. Дайен уже связан с нами и душой, и телом. Связан с момента рождения. — Саган отошел от нее. Из вазы с фруктами он взял яблоко и, поднеся к свету, осмотрел его. — Я принимаю ваше предложение, леди. Мне только кажутся сомнительными мотивы. Не верится, что они так чисты, как вы рассказываете. Уж коль мы заговорили о видениях, то я вижу вас, стоящую у трона Дайена, стоящую слишком близко. — Он подбросил яблоко. — Отнесу-ка я его мальчику. Возможно, он голоден.