Звездное танго

Дэниелз Лаура

Так нет же, нужно было выбрать самый рискованный вариант!

А ведь он чувствовал, что не нужно брать на работу девушку, чья нагота так сильно подействовала на него.

Кажется, я сделал хуже прежде всего самому себе, мрачно констатировал Роджер. Если бы отказал Даффи, она отправилась бы восвояси, а я жил бы преспокойно дальше. А сейчас она не только почти постоянно находится у меня перед глазами, но я чувствую ее запахи, прикосновения – волос, рукава, воздушных завихрений, возникающих в результате движения. Вдобавок часто слышу ее голос.

Возможно,

кому-то все перечисленное показалось бы недостойным внимания, однако Роджеру в самом деле приходилось нелегко. Он был человеком тонкой душевной организации, очень чутко воспринимал окружающее и не мог не реагировать на мельчайшие перемены. Наверное, подобные качества и сделали его высококлассным пластическим хирургом, но самому ему порой бывало трудно.

А ведь в подобном состоянии приходилось еще и работать! Вести прием, делать операции… Конечно, здесь на выручку приходил профессионализм, но сколько так может продолжаться?

Больше всего на нервы Роджеру действовало то, что с уст Даффи не сходило имя ее будущего мужа. Только и слышно – Билли, Билли, Билли…

Он долго терпел, но наконец взорвался:

– Ты прекратишь или нет?! Заладила как попугай: Билли, Билли, Билли… В ушах звенит!

Даффи и Джоан – с которой та минуту назад болтала – удивленно взглянули на него.

– Что ты вдруг взвился? – вскинула бровь Джоан. – Даффи даже не с тобой разговаривает.

– Еще недоставало, чтобы со мной! – запальчиво бросил Роджер. – В основном она трещит о своем ненаглядном женихе с тобой или Терри, но я-то рядом, за дверью, и все слышу. Ни у кого на моем месте не хватило бы терпения все это выслушивать. – Он сердито воззрился на Даффи. – Словно нескончаемую жвачку жуешь!

Та залилась краской, но, когда заговорила, в ее голосе прозвучала обида:

– Не думала, что настолько надоела тебе…

– Так задумайся наконец! Я больше не желаю слышать о твоем женихе, заруби это себе на носу!

Большие бархатисто-серые глаза Даффи влажно заблестели.

Ну вот, только этого недоставало, сейчас расплачется! – промелькнуло в голове Роджера. Его сердце на миг сжалось, но он стиснул зубы, подумав: ничего, как-нибудь переживет. Не я просил ее сюда устраиваться, а, наоборот, она меня уговорила.

Однако Даффи даже носом не шмыгнула, лишь сдержанно произнесла:

– Хорошо, учту.

– Будь добра!

С этими словами Роджер ушел в свой личный – не в тот, где он принимал пациентов, – кабинет.

По прошествии какого-то времени он подумал, что все же не следовало ему обращаться с Даффи так круто. Пожалуй, следует как-то смягчить ситуацию, возможно даже извиниться. Объяснить, что периодически у него накапливается нервозность и все такое. А потом в качестве компенсации за инцидент пригласить Даффи на чашку кофе, а то и в ресторан…

– Гм, неплохая идея, – пробормотал Роджер себе под нос, откидываясь на спинку вращающегося кресла. Затем он взглянул в нижний правый угол монитора, где обозначалось время. До конца рабочего дня оставалось всего ничего. Вот прямо сейчас и поговорю с ней, решил

Роджер.

Закрыв программы и выключив компьютер, он вышел в приемную, отпустил секретаршу Кэт домой, затем направился в коридор и зашагал к своему врачебному кабинету.

Однако его миролюбивым замыслам не суждено было осуществиться. Перешагнув порог предваряющей кабинет комнаты, он обнаружил, что Даффи болтает с кем-то по телефону. Причем не по своему мобильнику, а по стационарному.

В следующую минуту Роджер сообразил, что собеседником Даффи является мужчина. Это понял бы и идиот – по тому, как она произносит слова, как улыбается, кокетничает…

А ведь рабочее время еще не кончилось!

Роджер мгновенно вскипел. Благие намерения вновь с завидной предсказуемостью сыграли роль плит, которыми вымощена дорога в известном направлении.

– Послушай, я взял тебя в свою клинику не для того, чтобы ты тут болтала со своим женихом!

Услышав гневный возглас шефа, Даффи поспешно повесила трубку и растерянно пробормотала:

– Я не с Билли говорила…

Однако эта фраза лишь подлила масла в огонь.

– О боже мой, снова! – вскричал Роджер. – Кто обещал, что я больше не услышу этого имени?!

– Какого и… – начала было Даффи, но осеклась на полуслове.

– Да-да, золотце! – с ехидной улыбочкой кивнул Роджер, к этому моменту окончательно забывший о намерении извиниться. – Того самого! Имени твоего жениха!

– Но я не с ним…

– Ты используешь офисный телефон не по назначению, – процедил Роджер сквозь зубы. – А может, в этот момент сюда звонят пациенты? А может… – Он умолк, потому что в голову ничего больше не пришло. Кроме того, ему было прекрасно известно, что пациенты звонят обычно в начале рабочего дня, а не в конце. – А может, еще что-нибудь… пока ты здесь хаханьки устраиваешь! – Родж все-таки не мог оставить фразу незаконченной. Вот тебе, пожалуйста! – мрачно проплыло в его голове. Называется, извинился. К нему вновь подступило знакомое раздражение.

Даффи плотно сжала губы, уговаривая себя сохранять спокойствие. У Роджа сегодня явно плохое настроение, но, как говорится, с кем не бывает.

– Это был не… э-э… не тот, о ком ты думаешь, – спустя минуту осторожно произнесла она, старательно избегая имени Билли.

Роджер пристально взглянул на нее.

– Что? Ты говорила не с женихом?

Она покачала головой.

– Нет.

– Но с кем же тогда ты так кокетничала?

– Да я не… Словом, я просто беседовала.

– С кем? – сухо повторил Роджер.

После некоторой паузы Даффи неохотно произнесла:

– Ну с Таем Ли.

Роджер замер от неожиданности. Выходит, она действительно болтала не с женихом?

Тем временем, не дождавшись от него никакой реакции, Даффи продолжила:

– Мы договорились в воскресенье вместе поужинать. Тай обещает угостить меня каким-то традиционным китайским блюдом. А потом я приготовлю что-нибудь. Думаю, это будет коронное блюдо моей мамы – свинина с луком, запеченная в духовке под шубой из тертого сыра.