Звездное танго

Дэниелз Лаура

Даффи могла свидетельствовать, что в результате получалось просто объедение. По сравнению с этим китайским кушаньем подогретый в микроволновке бифштекс был профанацией кулинарного искусства.

Покончив с ужином, Даффи переместилась в гостиную, расположилась там на диване и раскрыла наконец книжку Шейлы Лав. Пусть Родж и недоволен этим сочинением, все равно интересно, о чем идет речь.

Держа книгу на коленях, Даффи листала страницы. Те изобиловали фотографиями Шейлы, но этого и следовало ожидать, ведь она модель, главным ее занятием является демонстрация одежды. Впрочем, на некоторых снимках Шейла представала почти в чем мать родила,

единственной данью скромности являлись шелковый шарф, меховая накидка или боа из перьев.

Больше всего Даффи заинтересовали фотографии, о которых упоминал Родж: снимки Шейлы Лав до пластической операции и после. Даффи долго разглядывала их, испытывая странное ощущение: ей казалось, что после хирургического вмешательства Шейла Лав стала выглядеть более юной и свежей.

Даффи долго размышляла над этим парадоксом и в конце концов пришла к выводу, что Роджа не зря считают гениальным пластическим хирургом. Похоже, он действительно творит чудеса.

Текста в книге было немного, но все написанное выглядело искренним и откровенным, порой даже чересчур – тут Даффи вынуждена была согласиться с Роджем. Сама она, к примеру, никогда не стала бы описывать интимные подробности ночных бдений со своим Билли.

Интересно, зачем Шейле это понадобилось? – гадала Даффи. Вообще, откуда берется желание выставиться напоказ? Скорее всего, ею руководило стремление привлечь к себе еще большее внимание. Поэтому она и решила эпатировать публику повествованием о своих любовных похождениях, причем с обилием пикантных деталей. А до того, будут ли ущемлены подобными откровениями чувства партнеров, ей, похоже, дела нет…

Размышления о перипетиях жизни и карьеры Шейлы Лав постепенно привели Даффи к Роджу. Шейла много чего о себе рассказала, а вот интересно, каков в частной жизни Родж? Как существует вне клиники? Где живет – в квартире или в частном доме? Какая у него обстановка? Как одевается дома? К какому типу мужчин принадлежит – к тем, которые носят плавки, или к тем, кто предпочитает свободные трусы? И оставляет ли он их, скажем, когда ложится спать? А может, ему нравится укладываться без ничего?

Не успела Даффи подумать об этом, как воображение вновь подсунуло ей образ лежащего в постели обнаженного Роджа. Правда, на этот раз он привиделся один, без самой Даффи. Но и этого оказалось достаточно, чтобы у нее участилось дыхание.

А интересно, как на самом деле выглядит обнаженный Родж Найтли?

Строго говоря, интерес был вполне справедлив, ведь Родж видел Даффи без одежды, а она его нет.

Но…

Даффи зажмурилась.

Боже правый, о чем я думаю! – проплыло в ее голове. Это никуда не годится… Сумасшествие какое-то… Как будто мне больше не о ком думать! Как будто у меня нет жениха и я не выхожу замуж меньше чем через два месяца…

На этом бег мыслей Даффи прервался, она с беспокойством посмотрела на часы… и похолодела. Половина девятого! А ведь у них с Билли условлено, что в субботу она звонит в семь…

Нервно стиснув книгу Шейлы Лав, Даффи застыла в странном оцепенении. В ее голове словно полоскался транспарант с надписью: «Я забыла позвонить Билли!».

Роджер догадывался, что Даффи если не купила, то, как минимум, просмотрела книжку Шейлы, и поэтому находился в постоянном напряжении, ожидая вопросов. Или того, что Даффи начнет обсуждать книжку с Терри, которая каждый день приносила ей списки назначенных на прием пациентов и задерживалась, чтобы

поболтать.

В понедельник начнется, думал Роджер. От расспросов не буду знать, куда деваться. Хоть в клинике не показывайся!

Но наступил понедельник, а Даффи ни слова не произнесла по поводу злополучной книжки. Но Роджер все равно нервничал, постоянно пребывая в ожидании. Ему неприятна была тема отношений с Ритой Кроули, то есть с Шейлой Лав, как ее все сейчас называли.

Однако, как ни странно, Даффи словно забыла и о случайной встрече в книжном магазине, и о самой книжке.

Прошел день, другой, третий, но ничего не изменилось. Ни единого вопроса о Шейле Лав так и не прозвучало. Сидя на месте отсутствующей Лиз, Даффи занималась обычными делами, а к Роджеру обращалась только в случае необходимости. Если была операция, Даффи перемещалась вместе с ним в операционную и занималась съемкой. Иными словами, действовала в рамках заключенного с ней договора.

Ну и замечательно, думал Родж. Мне и не нужны никакие разговоры. Ни о книжке, ни о чем-либо еще. Тишина и спокойствие лучше всего. Не очень-то хочется выслушивать рассказы о том, какой театр или картинную галерею она посетила или как ждет не дождется приезда своего ненаглядного жениха, чтобы тут же выскочить за него замуж. Раздражает, ей-богу!

Роджер действительно уже изрядно наслушался всего этого. Пусть разговоры велись не с ним, а с Терри или Джоан, если та приходила зачем-нибудь из бухгалтерии, но он-то находился рядом, за дверью, и много чего слышал – разумеется, не прислушиваясь, еще чего недоставало!

Правда, за минувшее со встречи в магазине время между Роджером и Даффи возник один инцидент, к счастью незначительный. Виной всему было, скорее всего, напряжение, в котором пребывал Роджер.

Вышло все так. Находясь в своем кабинете, за рабочим столом, Роджер крикнул Даффи, чтобы зашла к нему за оставленными накануне Джоан бумагами, которые следовало вернуть в бухгалтерию. Итак, позвав Даффи, он стал ждать ее появления, а она все не показывалась, хотя идти из смежной комнаты было два шага. Делать нечего, Роджер окликнул ее снова. Но результат оказался таким же. В итоге пришлось все-таки встать и выйти в соседнее помещение самому.

Как ни странно, Даффи была на месте и сидела, задумчиво уставившись в противоположную стену.

– Эй, с тобой все в порядке? – вновь окликнул ее Роджер.

Она вздрогнула, быстро повернулась к нему и настороженно замерла.

– Что молчишь? Язык проглотила? Скажи хоть слово!

Судорожно, как показалось Роджеру, вздохнув, Даффи выдавила:

– Да?

– Разве ты не слышишь, что я тебя зову?

– Э-э… нет. – Она заметно смутилась. – Я немного задумалась…

– Тщательнее мой уши по утрам, – сварливо произнес Роджер. – Я тебя два раза позвал! А ты все в облаках витаешь… Небось, снова грезишь о женихе?

Услышав это, Даффи окончательно вышла из оцепенения.

– Мой жених здесь ни при чем. И не нужно разговаривать со мной таким тоном. Говорю же, я просто задумалась.

– Тон у меня нормальный, – буркнул Роджер, который и сам толком не понимал, почему вдруг так взвился. – Вот, отнеси эти бумаги в бухгалтерию. А эту я не подписал, передай Джоан, путь еще раз все проверит, какая-то здесь неувязка.

Даффи встала, обогнула стол, приблизилась к Роджеру и взялась за протянутые бумаги. Но тот не отпустил их. Даффи подняла глаза… и едва заметно вздрогнула, словно натолкнувшись на его взгляд.