Звездная сеть

Проскурин Вадим Геннадьевич

– Это невозможно, – я покачал головой. – Чтобы этому научиться, надо побывать в Сети.

– Хорошо, – кивнула Макфи, – я снимаю второе условие. Третье. Ты поделишься с племенем всеми полезными знаниями, которыми владеешь.

– Какими знаниями? Вроде того, что из железа можно делать веревку?

– Нет, – поморщилась Макфи, – это знание бесполезно. Меня интересуют лишь те знания, которые позволят Врокса стать сильным и процветающим племенем. Мужчины соседних племен не простят того, что мы сделали. Скоро нам придется воевать.

Да

уж, подумал я, на месте мужчин соседних племен я бы ни за что не простил этим бабам то, что они сделали. И, сдается мне, никакие полезные знания не спасут племя Врокса. Но какое мне дело до всего этого?

– Хорошо, – сказал я, – я попробую вам помочь, только это будет непросто. Я не знаю, какие знания для вас полезны, а какие нет.

– Я объясню тебе, – сказала Макфи. – Ты говорил, что твои предки жили так же, как мы, но потом обрели знания и стали сильнее и счастливее. Меня интересуют те знания, что помогут нам обрести силу и счастье.

– Не знаю, насколько мы счастливее, чем наши предки, – заметил я. – Скорее наоборот, мы стали несчастнее. Только невежды думают, что знания несут счастье, на самом деле все наоборот, чем больше знаний, тем больше крови. Самая большая война в истории Земли была совсем недавно, в ней участвовали оба моих деда.

– Не думай о счастье, думай о силе, – посоветовала Макфи. – Раньше вы воевали мечами и стрелами, но потом вы придумали что-то такое, что изменило весь ход войны. Ты говорил Джа, что вы перестали делать плащи из железной веревки, потому что появилось новое оружие. Что это за оружие?

– Ружья и пушки. Но чтобы их сделать, нужно иметь вещество, называемое порох. А чтобы приготовить порох, нужно вещество, называемое селитра. Это белый порошок, который, если зажечь, очень ярко вспыхивает.

– Как сделать селитру? – заинтересовалась Макфи.

– Ее нельзя сделать, ее можно добыть. Она лежит в земле, обычно в пустынных местах.

– Я прикажу проверить все пустоши, – пообещала Макфи.

– Не суетись. Залежи селитры встречаются очень редко. На землях Врокса, скорее всего, нет ни одного месторождения. Чтобы найти селитру, надо обыскать пустоши на неделю пути во все стороны.

– Тогда какой нам прок от этого знания? – спросила Макфи.

– Никакого, – ответил я. – Такова природа знания – чтобы им воспользоваться, нужно, чтобы совпали многие условия, а иначе от знания не будет толка. Ты думаешь, сейчас я произнесу какое-то откровение и великая благодать снизойдет на твое племя. Но я не знаю таких откровений.

Макфи неожиданно улыбнулась и издала запах удовлетворения.

– Так ты признаешь, что племя Врокса принадлежит мне? – спросила она.

– Признаю, – сказал я и рассмеялся.

Забавно, что эта женщина из всей моей речи выделила только два слова «твое племя». Эта женщина говорит, что заботится о племени, но в первую очередь она печется о своих собственных интересах, которые сходятся для нее в одном – она хочет

быть вождем племени. Этим ее желания не исчерпываются, еще она хочет, чтобы племя процветало, но это вторично, главное – стать вождем, а все остальное приложится.

– Чем быстрее я покину твой мир, тем быстрее ты станешь полноправным вождем, – сказал я. – В твоих интересах помочь мне.

– Ты прав, – согласилась Макфи, – но если ты не дашь нам новое знание, Врокса перестанет существовать. Чужие эрастеры нас растерзают.

– Я не могу дать вам новое знание, – сказал я. – Я знаю, как сделать порох, но у вас нет селитры, чтобы его сделать. Я знаю, что из железной веревки можно свить плащ, но вы не умеете делать железную веревку должного качества. Кстати, Джа тоже убит?

– Разумеется.

– А у вас есть кузнец ему на замену?

Макфи издала запах раздражения.

– Девушки разберутся, – заявила она. – Ты же сам говорил – нет ничего такого, что может сделать мужчина, но не может сделать женщина.

– Я говорил?

– Ну… – Макфи смутилась. – Возможно, ты говорил немного по-другому, я точно не помню, но ты говорил, что на твоей Родине мужчины и женщины равны. Разве не так?

– Так, но…

– Тогда почему женщина не может быть кузнецом?

– Потому что кузнечному делу надо долго учиться. А кто будет ее учить? Разве у вас есть женщины—кузнецы?

Макфи издала запах печали и ничего не сказала.

– Ты все это поняла только сейчас? – спросил я. – Раньше ты вообще не думала, что делать после победы?

Макфи издала запах смущения и очень тихо сказала:

– Я не верила в победу.

– Что? Как не верила? Но почему…

– Потому что ты вселила надежду в наши сердца. Я боялась спугнуть ее и я запретила себе думать о том, что будет дальше.

– Замечательно, – констатировал я. – Ну и что будем делать?

– Я вижу только один выход, – заявила Макфи. – Ты должна посетить вождей Дзара, Хсана и Гволфа и приказать им не трогать наше племя.

– Чтобы вы вымерли сами, – подхватил я.

– Почему мы должны вымереть?

– Потому что у вас нет ни одного кузнеца, ни одного охотника и ни одного воина.

– Ну и что?

– Ты не поймешь, – махнул я рукой.

И тут меня посетила мысль. Эрастеры племен Дзара, Хсана и Гволфа ни за что не потерпят племя амазонок по соседству с собой. Макфи думает, что если я запугаю их вождей, они оставят Врокса в покое, я с ней согласен, они действительно оставят Врокса в покое, но лишь до тех пор, пока я не уйду, а потом они отыграются на женщинах Врокса по полной программе. Потому что даже элрой не вправе потребовать оставить безнаказанным такое чудовищное злодеяние, как убийство всех мужчин племени. А вот если виновные уже понесли наказание – это совсем другое дело, в этом случае элроя можно и уважить. У племени Врокса есть шанс, но чтобы он осуществился, Макфи придется принести в жертву.