Звездная цитадель
Шрифт:
— Ситуация резко изменилась. Мы не сумели предугадать такого хода врагов у нас под носом. — Он сделал паузу испытующе глядя на космонавтов и пояснил: — Ваших кораблей больше не существует. Они взорваны. Оба.
— Как взорваны? — непроизвольно вырвалось у Грега.
— Вот так вот, взорваны и все. Самым неожиданным и дерзким образом. На половине пути до нашей платформы назначения к связке приблизился автоматический вспомогательный корабль. Он подал позывные судна лоцманской службы и поэтому компьютер Би-Джей-90 не заподозрил ничего неладного. А чуть позже этот вспомогательный корабль со всего маху врезался
У Ковача вдруг непроизвольно начало дергаться веко и он с ругательством прижал его ладонью. Стас с Грегом ошарашенные такой новостью несколько мгновений молча глядели то на злобно шипящего Ковача, то хмурого Бенсона.
Наконец Грег нарушил молчание:
— И что теперь?
— А пес его знает, что теперь, — откровенно ляпнул Ковач. Он сидел за столом обхватив опущенную голову руками и нещадно теребил свою и так не густую шевелюру. В кабинете опять воцарилось гнетущее молчание и только было слышно как нервно барабанит ногтями по пряжке своего ремня Бенсон.
— Все погибло. И корабли, и вражеский экипаж, и все улики, свидетельства, факты и зацепки для поиска их логова. У нас не осталось теперь ничего, — неожиданно севшим голосом выдавил Ковач. Он оторвал пустой взгляд от стола и вперился им в так и оставшихся стоять посреди кабинета пилотов.
— Что теперь делать будем? — как-то слишком простодушно спросил майор службы безопасности лишившийся корабля экипаж. Но его можно было понять: из готового писать обвинительное заключение следователя, держащего в руках схваченных с поличным бандитов вместе со всем их разбойным снаряжением, он превратился в человека, который располагал показаниями всего двух свидетелей, кучей теперь малополезных записей в бортовом журнале и самыми тяжкими подозрениями, которые не опирались ни на одно вещественное доказательство. Ни на одну улику.
— Да. Действительно приплыли, — угрюмо уронил Стас.
Ковач неожиданно резким рывком, вложив в него всю ярость своего раздражения, поднялся из кресла. Его лицо, наконец-то, приобрело подобающее офицеру военизированной службы твердость.
— Я принимаю следующее решение, — он повернулся лицом к пилотам. Пока вы нам не нужны. Поэтому можете отправляться на отдых на станцию «Седьмое небо». Думаю, что где-то через месяц мы все-таки сумеем разобраться с ситуацией и может быть тогда вы нам ненадолго понадобитесь.
Ковач встал из-за стола и проводил космонавтов до двери кабинета. У самого порога он на несколько секунд остановился и произнес, протягивая на прощание руку:
— И, если сумеете, постарайтесь за это время прикинуть — кто же все-таки мог стоять за таким делом. Теперь вы единственные люди, кто обладает хоть какой-то полноценной информацией.
Грег короткой фразой пообещал сделать все от них возможное. Стас коротким кивком поддержал командира.
Друзья не торопясь брели по пешеходной линии большого коридора. К себе в номер идти не хотелось — слишком взбудоражило их последнее сообщение.
— Воевали-воевали… Совали голову в пасть дьявола. А что в итоге? — нервно потирая скулу, Грег говорил больше сам с собой, чем с плетущимся чуть сзади Стасом. —
— Да, — заупокойным голосом согласился Стас. — Кое-кто, наверное, уже воображал, как скоро их увешают наградами за такой успех. А тут им напомнили, что не стоит расслабляться раньше времени.
— Это точно, — хмуро поддержал Грег и бросил даже не глядя на напарника. — Что дальше-то делать будем?
— Отдыхать. Мы этого заслужили больше чем кто-либо. А эти, — Стас сделал красноречивый жест, — которые нашу связку ушами прохлопали, пусть теперь покажут на что способны. А если наши умники не сумеют раскрутить все дело, то я, ей богу, потребую от них компенсации за мои личные вещи погибшие в каюте. В конце-концов, каждый должен отвечать за свои провалы.
Грег ничего не сказал и только шумно вздохнул в ответ. Но молчание всегда было знаком согласия.
ГЛАВА 2
Недели прошедшие в курортной зоне орбитальной колонии «Седьмое небо» оттенили у экипажа рейса «Би-Джей-90» бурные события прежнего года. Острота переживаний недавней борьбы с безвестным и могущественным врагом начала притупляться. Она оттеснялась ежедневными яркими впечатлениями от тропической зелени роскошных искусственных садов и песчаных пляжей огромных бассейнов. От общения со старыми друзьями, тоже отдыхающими здесь и веселыми девушками из персонала курортного комплекса. И только иногда в глазах пилотов погибшего корабля вставали и заслоняли собой все вокруг, мерцающие на фоне черной бездны, мощные силуэты вражеских роботов и их слепящие смертоносные лучи.
Пропитанное страшной опасностью прошлое никогда не даст о себе забыть, тем более, что Грег со Стасом подсознательно ощущали, что все это еще не завершилось и когда-нибудь призраки вновь ринутся в их жизнь, обретут плоть и кровь и снова с оружием в руках придется отстаивать свое право на существование, до тех пор, пока полностью не уничтожат эту зловещую силу в самом зародыше, в самом ее логове.
Официант расставил тарелки приборы и бокалы на столе и попытался открыть шампанское. Но Грег остановил его жестом руки и сам достал бутылку из ведерка со льдом. Официант понял, что ему больше нечего делать у этого столика и, пожелав приятно провести время, удалился. В громадном зале, одну из сторон которого завершала высокая изогнутая полукругом зрительная стена, чуть слышно витал гул нескольких десятков голосов.
За время пребывания на «Седьмом небе» друзья уже удовлетворили всю свою, накопившуюся за долгое время полета страсть к движению, и вот теперь настал черед более размеренного и утонченного отдыха. Их уже не так как в первые дни тянуло в спортзалы и спортивные площадки и сегодня они решили провести время в одном из лучших заведений, сочетающих в себе хороший ресторан и великолепный просмотровый зал. Пусть за это посещение придется заплатить некоторую сумму, но атмосфера уютного зала на дюжину столиков и, приглушенная музыка, изысканная кухня явно стоили того. Первый голографический фильм начинался через полчаса и у товарищей было еще достаточно времени не спеша насладиться покоем и неторопливой беседой. Грег осторожно хлопнул шампанским и разлил радужно пенящееся вино по высоким фужерам.